— Я не говорю, что я ей верю. Но я думаю, что люди могут меняться. Ты сама говорила мне, что Максиму стоит дать второй шанс. Почему же с Ириной по-другому?

— Денис, ты не видишь? — Лена встала, прошлась, взъерошив волосы. — Она использует твою уязвимость. Ты после предательства Максима хочешь хоть кому-то верить. И она на этом играет.

Денис тоже встал, чувствуя, как внутри растёт раздражение:

— То есть ты считаешь, что всё, что говорит Ирина — это автоматически ложь?

Лена остановилась, повернулась к нему:

— Я этого не говорила. Не передёргивай.

— Но ты это имеешь в виду!

— Если ты считаешь, что это не манипуляция — пожалуйста. Верь Ирине. Открой ей дверь. И когда она тебя предаст, не приходи ко мне.

Она отвернулась к окну.

Денис стоял, не зная, что делать. Хотел подойти, обнять, извиниться. Но не сделал этого. Затем развернулся и вышел из мастерской. Дверь закрылась за ним с тихим щелчком.

На улице всё так же шёл снег. Денис чувствовал, как холод пробирается под куртку. Крутилась только одна мысль: «Я всё испортил».

На следующее утро Денис принял решение: он даст Ирине шанс. Не потому что верил ей безоговорочно — просто потому что хотел доказать себе, что он способен быть объективным, что может отделить прошлое от настоящего.

Он договорился с Владиславом Олеговичем. Ирину временно прикрепили к проекту «БегиГид» как координатора внешних связей — с сохранением основной должности в отделе кадров. Официального перевода не было, что давало Денису возможность в любой момент вернуть её обратно.

Ирина начала работать с первого же дня — методично, без лишних слов. Она пришла в офис в строгом синем платье, с собранными волосами, но без прежней демонстративной элегантности. Скорее деловая скромность. Она поздоровалась с командой. Никто не задавал лишних вопросов, и были готовы дать шанс, если Денис так решил.

Первая неделя прошла незаметно. Ирина работала, не отвлекалась на разговоры. Она занималась внешними связями: обзванивала партнёров, организовывала встречи, готовила документы.

Каждое утро она приносила Денису кофе — такой, какой он любил: без сахара, чуть тёплый, не горячий. Ставила чашку на край стола, тихо говорила: «Доброе утро». Никаких попыток задержаться, поболтать, войти в доверие. Просто работа.

Денис наблюдал за ней украдкой. Он видел, как она старается: задерживается допоздна, перепроверяет документы по три раза, вежливо отвечает коллегам. Она не жаловалась, не просила поблажек.

Однажды вечером, когда офис опустел, Ирина постучала в его кабинет:

— Можно?

— Заходи.

Она вошла, держа папку с отчётами. Положила на стол:

— Вот результаты за две недели.

Денис пролистал папку. Всё было оформлено идеально: таблицы, графики, контакты.

— Хорошо, — сказал он.

Ирина кивнула. Постояла, потом тихо произнесла:

— Денис, я знаю, что ты мне не доверяешь. Но я хочу, чтобы ты знал: я не пытаюсь тебя обмануть.

— Продолжай работать, — ответил он.

Ирина кивнула и вышла из кабинета. Денис остался сидеть, глядя на отчёты. Потом взял телефон, чтобы написать Лене. Но так и не написал. Они не разговаривали уже две недели.

Лена работала над личными проектами. Но она не могла перестать думать о нём. И об Ирине.

Каждый раз, когда Лена представляла, как Ирина втирается в доверие к Денису, внутри всё сжималось от злости. Она знала: Ирина манипулирует. Но как доказать?

Лена начала следить. Не демонстративно, не навязчиво — просто наблюдать. Она приходила к бизнес-центру, ближе к окончанию рабочего дня и наблюдала, когда Ирина выходит, с кем разговаривает, куда идёт.

Первые две недели ничего подозрительного не было. Лена начала сомневаться.

Но на третьей неделе кое-что изменилось.

Однажды в среду, Лена сидела в кафе напротив бизнес-центра, делая вид, что рисует в блокноте. На самом деле она наблюдала за входом. Из дверей вышла Ирина. Она была в светлом пальто, волосы распущены, в руке — телефон. Остановилась на крыльце, огляделась — быстро, нервно, как человек, который хочет убедиться, что за ним не следят, — и направилась к парковке.

Лена быстро расплатилась и вышла следом, держась на расстоянии. Ирина прошла через сквер, свернула к боковой улице, где стояли машины. И там, у серебристого автомобиля, Лена обомлела.

Автомобиль был ей знаком. Когда-то эта машина принадлежала Олегу Станиславовичу — Лена видела его за рулём не раз. Официально Олег уволился и, по слухам, уехал в другой город. Но кому теперь принадлежал автомобиль?

Ирина открыла дверь, села на водительское место, достала телефон и начала с кем-то говорить. Она проговорила минуты три, потом положила телефон на панель, поправила причёску. И вдруг к машине подошёл мужчина.

Это был Олег Станиславович. Он открыл дверь пассажирского сидения и сел рядом с Ириной.

Лена достала телефон, включила камеру и начала снимать. Они сидели в машине минут двадцать. Потом Олег наклонился — и поцеловал Ирину. Ирина обняла его за шею.

Лена поняла, что роман не закончился. Всё это время Ирина врала.

Потом Олег вышел из машины, что-то сказал — Ирина кивнула и улыбнулась. Затем завела двигатель и уехала.

Лена осознала, что всё это время Ирина играла. И Денис снова попался.

Вечером Лена пришла к нему домой. Позвонила в дверь. Денис открыл — удивлённый, в домашней футболке и джинсах, с растрёпанными волосами. Они не виделись две недели.

— Лена?

— Мне нужно тебе кое-что показать, — сказала она и протянула телефон с фотографиями.

Денис взял телефон, посмотрел. На экране было несколько снимков: Ирина и Олег в автомобиле, их поцелуй. Время и дата стояли на каждой фотографии — сегодня, половина шестого.

Денис вернул телефон Лене.

— Я знаю, — сказал он.

— Что?

— Я знаю, — повторил Денис. — Видел, что она копирует файлы, пересылает письма на личную почту. Я знал, что она встречается с кем-то. Просто ждал, пока она сама проколется. Лена медленно выдохнула:

— Ты знал? И ничего не сказал мне!

— Я не хотел, чтобы ты думала, что я снова глупо доверился. — Денис провёл рукой по лицу. — После нашей ссоры я понял, что действительно хотел верить Ирине. И готов был закрыть глаза на очевидное.

— Ты меня напугал. Я думала, ты снова попался.

— Я хочу понять, зачем она это делает. Что ей нужно на самом деле? Просто деньги? Или что-то другое?

— Давай узнаем, — сказала Лена.

Они разработали план на следующий день, сидя на кухне Дениса за чаем с лимоном. За окном уже стемнело, город погрузился в вечерний гул машин. Лена чертила схему в блокноте, Денис дополнял детали.

— Нам нужна информация, которая выглядит ценной, но на самом деле ложная, — сказала Лена. — Что-то такое, что Ирина захочет передать Олегу, но что не навредит проекту.

— Секретное партнёрство, — предложил Денис. — Скажем, что мы ведём переговоры с крупной сетью кофеен — они хотят разместить на наших скамейках брендированные QR-коды с доступом к аудиогидам. Эксклюзивный контракт. Большие деньги.

— Это хорошо, — кивнула Лена. — Олег сразу захочет использовать эту информацию. Либо продать конкурентам, либо попытаться сорвать сделку. В любом случае, если эта информация появится где-то за пределами команды, мы будем знать, кто слил. Только как мы узнаем, что именно Ирина передала?

— Небольшие изменения, — Денис достал ноутбук, открыл документ. — Мы вставим в презентацию уникальные детали, которые будут только в версии, показанной Ирине. Например, название кофейни будет слегка изменено. Если где-то всплывёт изменённое название кофейни — значит, утечка от неё.

Лена кивнула:

— Когда начинаем?

— Завтра.

На следующий день Денис созвал небольшую встречу — он, Станислав и Ирина. Тема — стратегический план развития проекта на следующий квартал. Встреча проходила в переговорной. Денис включил презентацию. На экране появились яркие слайды с графиками, фотографиями скамеек, логотипами партнёров.