На следующий день Вадим снова был бодр, энергичен, улыбчив. Но Ирина уже не смотрела на него с прежним восхищением. Она здоровалась, обменивалась парой фраз — но задерживалась реже около его стола.

Окончание стажировки Вадима наступил тихо и буднично.

— Мы очень довольны твоей работой, — произнёс Максим, и все закивали. — Ты показал отличные результаты, быстро влился в команду, помог оптимизировать процессы. Я хотел бы предложить тебе остаться у нас на постоянной основе. Что скажешь?

— Спасибо вам огромное, — сказал Вадим. — Я многому научился, познакомился с замечательными людьми. Но мне предложили место в стартапе. Там больше динамики, больше возможностей для роста. Я решил принять это предложение.

Максим кивнул.

— Что ж, желаем удачи.

Они пожали друг другу руки. Коллеги зааплодировали. Ирина хлопала, но без прежнего энтузиазма. Денис — не хлопал вообще, просто кивнул.

Примерно через час Ирина смотрела на Вадима уже через окно — он вышел на улицу, поднял воротник куртки и направился в сторону центральной площади. Потом она развернулась и подошла к столу Дениса.

— Теперь я снова могу проверять твою эргономику, — сказала она тихо.

С того дня всё стало как и прежде. Ирина в 9:15 появлялась у стола Дениса с кружкой кофе. Потом проверяла эргономику. В обед подсаживалась за его столик в столовой. После работы писала: «Как дела?»

Денис отвечал на сообщения, пил кофе и даже начал благодарить вслух.

Спустя некоторое время, произошло нечто весьма интересное. В один из дней, Лена пришла к бизнес-центру «Зодиак Плаза». Она пряталась за углом соседнего здания уже двадцать минут и чувствовала себя глупо. Но не могла уйти.

Денис не звонил уже две недели.

Две недели — это много. Раньше он писал каждый вечер, пусть и короткие сообщения: «Как дела?», «Что делаешь?», «Хочешь завтра увидеться?». А теперь — тишина.

Лена пыталась убедить себя, что всё нормально. Что у него действительно много дел. И что она не должна быть навязчивой. Но ей хотелось увидеть его. Хотя бы издалека. Убедиться, что всё в порядке. Поэтому она пришла сюда. Просто постоять, посмотреть, как он выходит после работы. Может быть, случайно встретиться. Или хотя бы понять, почему он молчит.

Лена посмотрела на часы: 18:15. Входная дверь бизнес-центра открылась. Лена выглянула из-за угла и обомлела.

Денис вышел. Но не один.

Рядом с ним шла девушка — симпатичная, высокая, стройная. Она что-то говорила, жестикулируя, и Денис слушал. Не пытался отойти подальше. Он шёл рядом с ней, кивал, и даже — Лена увидела это совершенно отчётливо — улыбнулся.

Денис улыбнулся этой девушке.

Лена почувствовала ревность. Она рисовала это чувство много раз, изображала на холстах в виде пятен и рваных линий.

Девушка коснулась руки Дениса — мимолётно, — указывая на что-то впереди. Он посмотрел туда, куда она показывала, и снова кивнул.

«Кто она?» — мысль пронзила Лену, как удар. «Почему он с ней так свободно общается?»

Она вспомнила, как сама пыталась заговорить с ним в первый день их знакомства — как он напрягался, отводил взгляд, сжимал кулаки. Как ей приходилось выбирать слова, не приближаться слишком близко. А эта девушка просто шла рядом, болтала, трогала его за руку — и Денису было вполне нормально.

«Может, он нашёл кого-то, с кем ему проще? Кто не такая странная, как я, с моим блокнотом, слежкой и художественным проектом».

Денис и девушка остановились у парковки. Та достала телефон, показала ему что-то на экране. Денис посмотрел, потом снова улыбнулся.

Лена отвернулась. Она не могла больше смотреть. В мыслях крутился лишь один вопрос, навязчивый и болезненный: «Почему не я?»

Она прислонилась спиной к стене, закрыла глаза и попыталась дышать ровно. Руки дрожали. Внутри всё кипело — смесь обиды, злости на саму себя.

«Ты идиотка, — сказала она себе. — Ты влюбилась в человека, который даже не обещал тебе ничего. Вы просто встречались несколько раз. Пили кофе. Гуляли. Ты не имеешь права ревновать».

Но ревность не слушала логику.

Лена открыла глаза и снова выглянула из-за угла. Девушка помахала Денису рукой и направилась к метро.

Лена смотрела ей вслед. Высокая, уверенная, улыбчивая.

«Конечно, — подумала Лена. — Конечно, ему больше подходит такая».

Она развернулась и быстро пошла обратно, не оглядываясь. Она же понимает, что люди могут общаться с кем угодно. Что она не имеет права требовать объяснений.

Лена дошла до ближайшей станции метро, спустилась, села в вагон и уставилась в окно.

«Кто она?» — снова и снова крутилось в мыслях. «Коллега? Подруга?»

Лена открыла заметки и начала писать:

«Серия "Любовный треугольник". Идея: изобразить ситуацию наблюдения, где субъект А отдаляется, субъект Б появляется, субъект B остаётся за кадром. Настроение: отчуждение, дистанция».

Она писала быстро, не думая. Это был её способ справляться — превращать боль в искусство. Переводить эмоции в линии, формы, цвета. Если она не может контролировать ситуацию, то хотя бы может её зафиксировать. Осмыслить.

К тому времени, как она вышла из метро и дошла до своей мастерской, в голове уже сложилась композиция первой картины: Денис и та девушка на переднем плане, яркие, чёткие, а Лена — маленькая фигурка на заднем, размытая, почти невидимая.

Она вошла в мастерскую, включила свет, достала холст и начала рисовать. Она рисовала, пока руки не устали, пока глаза не начали слипаться, пока внутри не стало чуть легче. А когда она наконец-то остановилась и отступила от мольберта, на холсте была первая картина серии «Любовный треугольник».

И Лена поняла: она не остановится, пока не нарисует всё. Пока не выплеснет эту ревность на холст. Потому что только так она сможет с этим справиться.

Даже если Денис никогда не узнает, что эти картины — про него.

Даже если он выбрал другую.

На следующем наброске сначала появилась фигура. Знакомые черты. Денис. Потом рядом — вторая фигура, с аккуратной укладкой волос. Ирина.

Лена провела линию между их фигурами — толстую и жирную. Затем посмотрела на рисунок и произнесла:

— Глупость какая-то.

Но остановиться не могла.

Через несколько часов уже было несколько набросков. На первом Денис и Ирина сидели за столиком в кафе, и над ними витало облачко с надписью «идеальная пара». На втором — Денис улыбался во весь рот. На третьем — их руки соприкасались. Лена обвела место касания красным маркером и подписала: «Момент сближения».

Она отложила карандаш, взяла телефон и сфотографировала рисунки. Открыла свой художественный аккаунт в соцсети и выложила серию с подписью:

«Новая серия "Любовный треугольник". Наблюдение со стороны».

Нажала «Опубликовать».

Её телефон завибрировал через пару минут. Сообщение от подруги Даши:

«Лена, кто это?! Это тот парень???»

Лена посмотрела на рисунки. Её лицо медленно краснело. Она зашла в аккаунт и удалила публикацию. Слишком поздно — тридцать два лайка и семь комментариев уже висели в уведомлениях.

— Идиотка, — прошептала она себе и швырнула телефон на диван.

Следующие три дня Лена пыталась работать над новым проектом для галереи. Заказ был простой: серия абстрактных работ на тему «Городские ритмы». Но каждый раз, когда она брала кисть, на холсте появлялось одно и то же: две фигуры. Мужчина и женщина. Рядом. Слишком близко.

— Это не ритмы, это параноя, — пробормотала Лена, смешивая краски на палитре.

Она попыталась изобразить что-то другое — линии метро, здания, поток людей. Но руки не слушались. Вместо этого на холсте появилась скамейка, а на ней — двое.

— Почему он не звонит? — спросила она вслух.

Лена вытерла руки тряпкой, взяла телефон. Последнее сообщение от Дениса: «Спасибо за вчерашний вечер. Было здорово». Она ответила тогда смайликом. А потом — тишина.

Она набрала сообщение: «Привет. Как дела?» — но не отправила. Удалила. Написала снова: «Ты занят?» — тоже удалила.