На краю в траве на животе лежали двое мужчин. Один из них, в поношенной куртке, поднял руку и помахал ею вниз, мол — «гляди, чтобы не заметили». Локхарт, не говоря ни слова, лёг рядом с наблюдателями, чувствуя, как сухая трава колется сквозь ткань его брюк.
— Мистер Локхарт, — сказал мужчина голосом, — Мы ждали вас. Я уже начал думать, что вы не приедете, и мне придётся тащиться обратно к заправке, чтобы звонить вам снова. Там, кстати, путь неблизкий!
Роберт взял переданный ему бинокль. Край плато, на котором они лежали, нависал над долиной, создавая отличную смотровую точку — с этого места было видно всё, что происходило на заднем дворе фермы, включая старый амбар и грузовик, стоя́щий рядом с ним.
— Говорите, что вы видели. И не тратьте моё время на жалобы.
— Три человека приезжают сюда третий день подряд, — ответил мужчина, — они работают над каким-то грузовиком. Я не могу понять, если честно, что именно они делают. Что-то таскают из амбара, какие рулоны и листы. Один из них, похоже, сам Бережной. Двое других — незнакомцы.
Локхарт навёл бинокль на задний двор ранчо и узнал Ивана — высокий, в простой рабочей одежде, он выглядел совершенно не так, как на тех фотографиях, которые поверенный видел в газетах. Рядом с ним стояли двое мужчин — один средних лет, движения уверенные. Другой был помельче.
Роберт видел, как они открывают задний борт и заглядывают внутрь, затем один из них — тот, что постарше, — забирается в кузов и начинает что-то там делать, а двое других подают ему инструменты.
— Что они делают? — спросил он, и в его голосе послышалось недоумение, — Зачем владельцу кинокомпании возиться с каким-то грузовичком доставки? У него есть люди, которые могут этим заняться. Это не его работа…
— Я не знаю, — ответил наблюдатель.
Локхарт нахмурился. В его голове крутились мысли, что Бережной сейчас совсем не вписывался в образ успешного бизнесмена. Почему не нанять людей? Зачем тратить время на то, что может сделать любой рабочий? И что это за люди, которые помогают ему?
— А может, это просто хобби? — предположил второй наблюдатель, что до этого молчал, — Некоторые богачи любят копаться в машинах в свободное время.
— Бережной — не любитель машин, — отрезал поверенный Эдисона, — Я уже узнавал об этом. Он слишком занят, чтобы тратить время на хобби. Учитывая его график, у него нет времени на то, чтобы возиться с этой рухлядью. Тем более, на черта ему эта развалюха?
— А вдруг они перевозят что-то незаконное? — предположил мужчина, и в его голосе послышалось любопытство, — Например, контрабанду.
— Возможно, — ответил Локхарт, — Но это слишком рискованно для человека, у которого есть легальный бизнес. Зачем Бережному рисковать, если он уже зарабатывает деньги на кино?
— Может, он просто хочет иметь запасной выход? — сказал второй наблюдатель, — Если что-то пойдёт не так, он сможет сбежать на этом грузовике.
— Ты дурак? — коротко спросил Роберт, и оба шпиона замолчали.
Он продолжал наблюдать, как Бережной и его спутники начали переносить какие-то тяжёлые рулоны из грузовика в амбар.
— Продолжайте следить за ними, — приказал Локхарт, — Я хочу знать, что они делают и зачем им этот грузовик. Докладывать каждый день в восемь часов. Звоните мне в офис с заправки.
Он ещё раз посмотрел в бинокль, и Бережной на мгновение повернулся в сторону плато, словно почувствовал, что за ним наблюдают. Локхарт замер, боясь пошевелиться, но владелец «Будущего» быстро отвернулся и продолжил работать. Локхарт выдохнул и почувствовал, как его сердце забилось от волнения быстрее.
Поверенный отдал бинокль и задом попятился от края плато. Затем встал и пошёл к машине. Роберт сел в «Паккард» и запустил двигатель. Все мысли в его голове крутились вокруг того, что он только что увидел.
— Да кто же вы такой, мистер Бережной?
* * *
Тем же вечером. Отель «Балтимор». Лос-Анджелес.
Номер Фреда Биглоу за последние пару дней изменился до неузнаваемости: то, что раньше выглядело как вре́менное пристанище преуспевающего дельца, теперь больше походило на логово загнанного в угол зверя. На столике у окна громоздились пустые бутылки из-под виски, пепельницы были переполнены окурками, а воздух, тяжёлый и спёртый, пропитался запахом алкоголя и табака, который въелся в шторы и ковры. Сам Фред сидел в кресле у распахнутого окна и покручивал стакан с виски.
Рубашка на нём была расстёгнутая до середины груди, галстук болтался на шее, как удавка, глаза, покрасневшие от недосыпа и алкоголя, мрачно смотрели на разложенную перед ним на столе газету.
«Лос-Анджелес Таймс» за 13 марта лежала перед ним, раскрытая на той самой странице, где содержалась заметка о найденных телах под холмом с надписью «HOLLIWOODLAND».
На снимке были вещи, найденные при убитых — часы, бумажник, и несколько перстней.
Фред смотрел на эту фотографию уже не первый раз, и в его мутных от виски глазах плескалась ярость. Пальцы слегка задрожали, когда он провёл ими по газете, останавливаясь на одном из перстней, который был снят с указательного пальца трупа. Массивная печатка с тёмным камнем и затейливой гравировкой в виде переплетённых инициалов «Т. Б.» — этот перстень Фред узнал бы из тысячи. Он сам подарил его Тому на тридцатилетие, заказав у ювелира в Тампе, и кузен никогда не снимал его, даже когда ложился спать.
— Том, — хрипло прошептал Фред, — Чёрт бы тебя побрал, Том… Я знал, что ты не мог просто так исчезнуть. Как так-то? Что я теперь скажу твоей матери там… — Биглоу поднял глаза в потолок.
Затем поставил стакан и опустил лицо в ладони:
— Я же ей обещал…
Том был хоть и ходячей проблемой, но самым близким для Биглоу родственником. Всё детство вместе. Для Тома Фред был старшим наставником, даже, можно сказать, старшим братом.
Гангстер резко поднялся с кресла, и пустая бутылка из-под виски, стоявшая на столике, с грохотом упала на пол, но Фред не обратил на это никакого внимания. Он подошёл к телефону, стоявшему на тумбочке, и несколько раз нажал на рычаг, а затем рявкнул в трубку:
— Мне нужен Майкл. Срочно. Пусть поднимется ко мне через пять минут, или я спущусь и вышвырну его из этого чёртова отеля вместе с его работой!
Через несколько минут в дверь постучали, и в номер вошёл мужчина с цепким взглядом и короткой стрижкой. Майкл был невысокого роста, крепкого телосложения, и в его движениях чувствовалась внутренняя сила. Он остановился у двери и вопросительно посмотрел на босса, ожидая приказаний.
— Подойди сюда, — приказал Фред, и его голос, несмотря на пьяный угар, звучал жёстко и властно, — Взгляни на это!
Майкл подошёл к столу и посмотрел на разложенную газету. Фред ткнул пальцем в фотографию, на которой были видны вещи убитых.
— Видишь этот перстень? — спросил он, и его голос дрогнул от едва сдерживаемой ярости, — Это перстень моего кузена Тома. Я узнал его, хоть он и пролежал в земле несколько месяцев. И часы тоже его — я их тоже помню.
Майкл посмотрел на фотографию, затем поднял глаза на Фреда, его лицо не выдавало никаких эмоций.
— Вы уверены, Босс?
— Я уверен, — отрезал Фред, — Я знаю этот перстень. Я сам подарил его Тому. Ты понимаешь, что это значит? Это значит, что кто-то убил моего кузена и закопал его на этом чёртовом холме, как собаку!
Майкл промолчал.
— Я хочу, чтобы ты разобрался с этим, — продолжил Фред, — Для начала узнай, где сейчас находятся тела? Где их держат? И сделай так, чтобы их забрали и привезли обратно в Тампу. Я хочу похоронить их по-человечески.
Майкл нахмурился и тяжело вздохнул, прежде чем ответить:
— Это будет непросто, Босс. Полиция сейчас расследует это дело. Если мы попытаемся забрать тела, это может привлечь внимание. Уверен, они в городском морге и там снуют детективы.
Фред медленно повернулся к нему, и его глаза начали наливаться кровью от гнева. Он схватил со стола стакан, в котором ещё оставалось немного виски, и с силой швырнул его в стену рядом с Майклом. Стакан разбился, оставляя на обоях тёмное влажное пятно.
