Несколько секунд прошли как вечность. Внезапно стоящий рядом куратор, скрывающий свое лицо в капюшоне, сделал шаг в сторону, встав таким образом между мной и взглядом старейшины Арнатхи.

В одно мгновение ужасное наваждение сошло, будто его и не было. Я осознал себя пропотевшим насквозь. Тело слегка потряхивало, а запасы ментальной энергии показали дно.

— Фух, — выдохнул я. — Твою мать.

Это были самые цензурные слова, что я мог сказать. Меня трясло, а в череп будто набили ваты. Видимо, таковы были последствия ментальной атаки, защититься от которой у меня получилось на пределе способностей и то лишь на пару мгновений.

— Очень «зрелое» решение — срываться на мальце без каких-то доказательств, — ворвался в сознание голос будто издалека. — Старейшина Фрилез, прошу сдерживать свои эмоции, иначе ваш Путь будет недолог.

Сознание прояснилось достаточно, чтобы обратить внимание на происходящее вокруг. Первым делом я увидел укутанную плащом спину старейшины. Именно он закрыл меня от этой атаки, он же и произнёс последние слова.

Едва запахло конфликтом между двумя представителями организаций, как напряжение тут же подскочило. Мгновенно затихли смешки и переговоры. Молодые адепты Пути смолкли, не смея вмешиваться в разговоры старших. Не встревали и другие представители организаций, что еще не разобрались в ситуации.

— Без каких-то доказательств? — тут же взъярился белокурый мужчина. — Вы что, издеваетесь⁈

Он показал на продолжавший мерцать голографический экран. Тот всё ещё сканировал файлы ядра, и изображение то и дело сменялось алым знаком. Только такой же сейчас был изображен на нашивках одеяний нашей тройки.

Краем глаза я заметил ошарашенно взиравшего на меня Ширана. Держу пари, заказывая провокацию, ксенос и подумать не мог, что устроена она будет ценой главного артефакта.

— И что? — не моргнув глазом, ответил старейшина. — Это должно что-то, по-вашему, доказывать?

На этот раз удивлёнными взглядами обменялись уже мы с Шираном. Тут любому присутствующему было очевидно, что я замешан, из-за чего вопрос моего куратора звучал просто абсурдно. Или же он был открытой издевкой.

«Ну ведь не зря же им нужна была провокация, — подумал я. — Было бы странно, если бы теперь он пытался замять конфликт».

Мой куратор явно вел все к скандалу. Старейшина Арнатхи даже оторопел от такой наглости. Пару секунд он смотрел на нас полным ярости взглядом. Было видно, что его переполняет столько эмоций, что он, видимо, не мог высказать их все. Наконец он подавил их: лицо вернулось к более спокойному состоянию.

— Что ж, может, вы и правы, уважаемый коллега, — голос буквально сочился сарказмом. — Тогда почему бы не спросить вашего воспитанника? Уж мы сумеем отличить правду от лжи.

— А почему бы и нет, — хмыкнул мой куратор. — Мой воспитанник не боится отвечать за свои поступки.

Он отошел в сторону, вновь открывая меня взглядам публики. Я тут же ощутил как на не концентрируется всеобщее внимание. Разумеется, смотрели на меня и старейшина Арнатхи, и сама нагловатая девица. Благо на этот раз он не применял ментальное давление, что, впрочем, не делало меня особенно довольным.

«Я сделал свою работу, — мысленно воскликнул я. — Какого хрена мне нужно участвовать в этих играх?»

Однако другого выбора сейчас не было. Ладно хоть маска скрывала моё лицо, облегчая задачу.

— Очень хорошо, — буквально прошипел старейшина Арнатхи. — Тогда скажи мне, «уважаемый» воспитанник, это ты сломал артефакт?

Он показал на дата-ядро, окружённое притихшими с начала конфликта ксеносами-технарями.

— Нет, — пожал я плечами. — Я его не ломал.

В этот момент я ощутил не давление, но какое-то косвенное влияние. Если это и был некий аналог детектора лжи, то я был спокоен. Дата-ядро как хранилище информации оставалось полностью рабочим устройством, тут я не соврал.

Старейшина ухмыльнулся. Разумеется, столь опытное существо не могло повестись на такую хитрость.

— Хорошо, спрошу по-другому, — улыбнулся он. — Ты замешан в действиях, из-за которых массивы данных в ядре находятся сейчас в перемешанном состоянии?

Сформулировав вопрос, он пристально уставился на меня. В этот момент, кажется, вся площадка затихла. Все внимательно ждали, как же я попытаюсь уйти от ответа. Ведь всем было понятно, что только я и мог как-то создать случившуюся ситуацию.

Я отвечать не спешил, ища пути выхода. Невольно скользнул взглядом по замершему рядом Ширану, но тот, кажется, и сам забыл дышать от напряжённости ситуации.

Не подавал мне никаких подсказок и стоящий в стороне старейшина. Глянув на него, я вспомнил последние слова.

«Воспитанники не боятся отвечать за свои поступки», — мысленно повторил я их.

Это была прямая подсказка для меня. Очевидным было то, что всё, что я делал раньше, готовило основу для массированной провокации. Причины её оставались для меня неясны, но для наёмника это и не имело особого значения. Самое логичное — просто поддержать ту линию, что начал куратор.

— Да, — бросил я в тишину.

Ровно этим одним коротким словом я и ограничился, не предпринимая никаких попыток перед кем-то объясниться.

По рядам прошлись шепотки, которые, впрочем, тут же затихли. Лицо старейшины приняло слегка удивлённый вид. Кажется, он не ожидал, что так просто получит доказательства.

— Зачем ты это сделал? — не сдержав удивления, спросил он.

Я ощутил растущее раздражение. Моя роль в текущих событиях была сугубо наёмническая. Какого чёрта меня заставляют участвовать во всём этом дерьме⁈

— Потому что артефакт должен получить достойный, — раздраженно ответил я. — А не хитрая сучка что только и умеет действовать подлостью.

По рядам присутствующих прошли удивленные шепотки. Я поймал обескураженный взгляд ксеноски. Кажется не сразу, но до нее дошел смысл сказанного. Глаза Арнатхи потемнели от сдерживаемой злобы. От этого душе разлилось приятное удовлетворение от совершенной мести.

«Для этой дуры будет достаточно и такого», — подумал я.

Репутация Арнатхи получит чувствительный удар. Учитывая что адептам союзных организаций часто приходится сотрудничать, это создаст ей много трудностей в будущем.

Происходящее совсем не понравилось старейшине Арнатхи. В первый момент он, кажется, не поверил, что какой-то малец, даже не достигший уровня ядра, посмел так нагло отвечать. Однако прошла секунда, другая — и глаза ксеноса налились гневом.

Я вновь ощутил зарождающееся давление, но в этот момент дёрнул плечом стоящий рядом со мной куратор.

— Ты получил ответ? — спросил он, кажется, с едкой насмешкой. — Любопытство удовлетворено?

Не знаю, что он сделал, но оппонент тут же потерял ко мне интерес, повернувшись к нему. Несколько секунд они, кажется, мерялись взглядами.

— Да, теперь мне всё ясно, — кивнул старейшина Арнатхи. — Видимо, найдя союзников в Лиге Срединных миров, вы решили, что теперь выше всех нас.

Он обвёл взглядом затихшую толпу и показал рукой на нас.

— Вы все свидетели, — уже громче произнёс он. — В своем высокомерии они в открытую плюют нам в лицо!

Надо сказать, его слова возымели действие. По площади пробежались возмущенные шепотки. Старейшины явно были недовольны таким поведением.

Наблюдая за этим, я невольно задумался о подоплёке события. Казалось бы, вызвав такую ситуацию, мои работодатели обратили на себя всеобщее недовольство. Это было просто нелогично, однако ни Ширан, ни таинственный куратор в плаще на дураков не походили.

«Опыт политики Земли говорит, что это странно, — подумал я. — Но кто сказал, что он здесь подходит?»

Тем временем ситуация нагнеталась. Слова старейшины нашли отклик у других. Как я понял, здесь были собраны представители вольных организаций из сегмента миров развития. И никому не нравилось, что одна из организаций, получив покровительство мира более высокого сегмента, кажется проявляет высокомерие.

— Мы желаем показать, что выше? — усмехнулся мой куратор. — Нам и не надо ничего показывать, это видно наглядно.