Назар прижал меня к себе с силой, продолжая держать на руках. Меня фотографировали. Это было так залипательно! И красиво. Картина, полная эстетики. Я — такая хрупкая нимфа на руках героя с фигурой древнегреческого бога. О, да…

— Я в тебя влип, и ты теперь моя навсегда, не вздумай больше от меня сваливать. Иначе начнутся неприятности.

Назар поставил меня на ноги.

— Поцелуй меня, — приказала я.

И даже пятнадцать сантиметров шпильки не делали меня с него ростом. Не дотягивала.

И, усмехнувшись, Назар поцеловал. Он взрослый, он понимал, что я хотела красиво уйти. Кстати, бойтесь своих желаний. Я ведь об этом мечтала.

С сегодняшнего дня я уяснила одну важную мысль — Вселенная меня слышит. Можно просить. За руль я села сама, не хватало ещё, чтобы слухи поползли, что это мой любовник, который купил мне машину. Наотсасывала. А так сказано: мама подкинула. Отчасти, это же была правда?

Мы ехали по городу. Пока что в тишине. Назар подстроил под себя сиденье пассажира и запрокинул голову. Сидел спокойно, расслаблено. И явно готовился к чему-то. А мне не было страшно уже!

Мне все по кайфу было! Я наслаждалась его запахом, терпкой смесью кофе и горьким ароматом его кожи. Я успокаивалась. Успокаивалась. А слезы текли.

— Останавливай, выпендрёжница, руки трясутся, я за руль сяду, — явно на пределе своей нежности, прошептал Назар.

И я остановилась. Мы поменялись местами, встретившись случайно у капота, под светом фар. Губы мимолётом чмокнулись, мужская рука проехалась по фигуре.

Так небрежно, чисто по-мужски.

Были у меня сложности, проблемы были…

Но Назар вернулся, раскидал все вопросы.

— Куда поедем? — поинтересовался Назар, подстраивая под себя сиденье.

— У меня комната снята, туда.

— Что делать будем?

— Трахать тебя буду, надо же как-то стресс снимать.

Секундная пауза, и потом на весь салон раздался громкий басовитый гогот. Моего любимого мужчины.

В комнате меня сразу поставили на колени.

И я вообще нихрена не сопротивлялась.

Покорно встала, раскидав туфли по углам, стащила с себя платье до бедер, потому что Назар приказал это сделать, ему хотелось, чтоб я грудь свою трогала, пока ему отсасываю.

А мне каждый приказ, отданных низким, хриплым голосом, по нервам и низу живота так остро проезжался, что голова отключилась от восторга.

И я с наслаждением сосала его здоровенный член, давясь и всхлипывая. Слезы текли по щекам, грудь ныла, и я бесконечно трогала острые возбужденные соски, кайфуя от этой сладкой боли.

— Вот так, блять… Козя такая… Свалила… — рычал Назар, придерживая меня за затылок, на удивление нежно и бережно, глаза его, черные и яркие, горели восторгом и мрачной похотью. Офигенное сочетание! Огонь просто! — Я чуть не сдох… Пока дела разрулил, пока понял, где тебя, засранку, искать… А ты тут уже с мажорами, блять, развлекаешься!

Я рыдала, пытаясь сказать, что нифига я не развлекаюсь, и что это он сам виноват, потому что надо словами через рот разговаривать, а не такую фигню устраивать!

Но не могла. Рот постоянно был занят, член входил в меня до горла, заставляя судорожно сглатывать, и в эти моменты Назар терял осторожность и трахал меня безжалостно и злобно.

А потом неожиданно вышел, поднял меня за подмышки, невменяемую и затраханную, кинул на кровать, упал рядом и затащил сверху.

— Давай! — прорычал он, — ебака грозная, блять! Трахай, как угрожала!

— Я не могу-у-у-у… — ныла я, счастливо ерзая на здоровенном члене, ощущая, что вот-вот , еще немного — и кончу! Просто так, от того, что он во мне!

— Аа-а-а, блять, только угрожаешь, коза!

Назар скинул меня с себя, поставил в коленно-локтевую и прижал за затылок к кровати.

— Наконец-то, бля… — счастливо выдохнул он, толчком заходя в меня.

Я лишь взвизгнула счастливо, прикрыла глаза и улетела.

Боже, это был самый жесткий, самый грубый, самый кайфовый секс в моей жизни!

Ради этого стоило убежать!

Хотя, нет… Лучше без беготни… Мы и так справляемся…

Через несколько часов, уже на рассвете, я сидела рядом с лежащим мужчиной на смятой простыне, прикрывалась одеялом.

Свет фонарей с улицы скользил по нашей постели, падал на могучее тело моего шикарного любовника.

Назар ходил в тренажерку два раза в неделю. Качал свои мышцы. Они у него красиво так рельефно выделялись, и я тащилась от того, что он такой сильный, такой мощный. Возможно, чуть меньше, чем он тащился от моей стройности и нежности. Он мне этой ночью это все говорил…

Похоже, он реально втюрился и успокоился.

И мне это так грело, так грело, м-м-м…

Назар водил костяшкой пальца по моим бёдрам, внимательно изучал моё тело. И губы его красивые трогала улыбка.

Где-то за окном — большой город. А в городе жизнь. Здесь же — отдельная вселенная, полная тишины, любви и неожиданного спокойствия. Да, Назар бывает спокойным, удивительно.

— Я только одно попрошу, — хрипло прошептал он, продолжая рассматривать меня в полутьме. — Только одно, — загадочно повторил он.

Стал накручивать мои локоны на палец.

— Что именно? — поинтересовалась у него.

— Переходи на заочку.

— Ну, всё испортил,— я отрицательно помотала головой.

— И замуж.

— Ты ещё не развёлся.

— Развёлся.

— Тогда не забывай , с кем ты развёлся.

— Я свободен. Ты свободна.

— Зачем ты просишь такие вещи? — поинтересовалась я у него. — Эта учёба — вся моя жизнь, моя независимость.

— Я — твоя жизнь. Весь мир тебе заменю, Алинка. Оплачу заочку, будешь со мной работать.

Звучало очень заманчиво. Он неожиданно сел.

— Алинка! — прошептал Назар. — Не выдержу прыщавых студентов, которые будут тереться возле тебя.

— А я выдержу каких-нибудь старых шлюх, которые будут тереться возле тебя? Я так поняла, конкуренция ещё та.

— Да хуй со всеми. Главное, чтобы мы вместе были. Соглашайся! Вместе по жизни.

Я посмеялась, но как-то слабенько. Если честно, я уже конкретно подсела на него. Не видела перспективы без Назара.

Рассталась с ним ненадолго, чем это все закончилось?

Горьким пониманием — мне без него очень плохо!

— Да, — согласилась я, прощаясь с университетом, тусовками.

И разрыдалась.

Назар посмеялся, сгрёб меня в свои объятия.

— А кем я буду работать? — всхлипнула я.

— На кого училась, тем и будешь работать. Мне нужен юрист.

Он ухватил меня за затылок, потянул голову вверх и поцеловал, повалил опять на спину… И я только с готовностью обняла его ногами. Пофиг на свободную жизнь! Попробовала — не понравилось!

С ним лучше!

О, это надо было видеть! Бабушкино вытянутое лицо.

Да, это была моя личная месть, месть моей сладкой бабуле. Да, кушай, бабушка, кушай.

Точнее, Назар кушай.

Короче, позвонила я бабке и сказала, что приду с женихом. Сообщила, что жених габаритный, надо бы его хорошенько накормить. Бабушка обрадовалась, начала расспрашивать, что да как? Я ей подробностей не дала. Ничего не сообщила конкретного.

И бабуля, не будь дурой, пригласила на смотрины всех своих подружек.

Да, тех самых, с которыми разыгрывала меня. Именно они, старые ведьмы произнесли, глядя на Назара:

— Это, наверное, шутка!

Я, такая юная, такая прекрасная, такая вся красавица расписная, мне там всем бабским составом искали перспективного жениха. А я отбила! Отчима у матери отбила. Именно такая трактовка прозвучала за столом.

Вообще ничего скрывать не стала! Всё выложила как на духу.

Назару было похер на старух, он вообще непробиваемый. Скала! Я гордилась им. Ведьмы колкости говорили, а он лопал еду , подвывал от удовольствия, будто иностранец, не понимающий слов. С любовью смотрела, как он уминает мясо по-французски, заедая его всеми салатами сразу. И только салфеточкой ему бороду вытирала.