Да, мы с Назаром стали спать вместе.

Да, он до этого спал с моей матерью.

Это тупо, пошло и дебильно.

Но не отменяло вообще того, что мне ужасно нравилось с ним в постели. И не только в постели.

Понятно, что такой мужик, опытный, умелый, сильный и выносливый беспредельно, меня на новый уровень эмоций вывел быстро.

Иногда, когда у меня, после дикой ночи и загруженного дня с ребенком, хватало сил на хоть какие-нибудь мысли, я пыталась проанализировать, каким образом это все так быстро случилось?

И что я по этому поводу испытываю.

По сути, должна же стыд? Да?

Но вот нет.

Вообще мимо!

Я испытывала только дикое желание, чтоб Назар скорее пришел с работы, поднял меня на руки и трахнул. Можно прямо у стены. Можно даже не у стены. И на весу тоже можно. (Мы так пробовали, кстати, очень даже прикольные ощущения). А еще мне хотелось его кормить, обнимать, смотреть на него… И не думать ни о чем.

Мой мир за последние несколько дней как-то очень сильно сузился.

Где-то за его пределами были проблемы, которые никуда не девались.

Бабушка, которой я звонила раз в день и выясняла ситуацию, нихрена не поменявшуюся, кстати.

Мои подружки, с их теперь уже страшно далекими от меня загонами, разговорами и проблемами.

Даже Милош был, блин!

На сборах, что характерно.

И, судя по всему, он там упахивался, потому мне писал мало и фотки титек больше не требовал.

Я, конечно, планировала с ним расставаться, потому что, во-первых, я — девушка честная, и если появился новый мужчина, то с прежним надо отношения разрывать, а не строить из себя не пойми что, а, во-вторых, я бы так и так с ним рассталась, это теперь четко понимала. И тут не важно, появился бы у меня мужчина, или нет… Просто… Ну вот разные мы с Милошем люди. Совсем разные. И то, что мне в нем нравилось раньше ( что, кстати, теперь и не вспомнить без напряжения мозга), теперь вообще не имело никакого значения.

Короче говоря, я как-то очень сильно погрузилась в новые для себя ощущения, и кайфовала от них.

И только мысли, что я, вроде как, непорядочно поступила по отношению к маме, и вообще, это кринж — заводить роман с бывшим отчимом, и что я бабушке буду говорить… Короче, все эти глупости мое счастливое состояние омрачали сильно.

И надо было бы проговорить проблемы с Назаром, раз уж он решил со мной в кои-то веки пообщаться не в горизонтальной плоскости, но…

Как их проговаривать-то?

Не умела я.

И слов подобрать не получалось.

Потому я помолчала, вздохнула и согласилась печально:

— Ну ладно, давай поговорим о настоящем…

И только мы собрались говорить о настоящем, как заиграл его телефон на стоечке.

Назар резко изменился в лице, нахмурился, сжал губы. Он выглядел таким суровым, таким мощным в этот момент, что я даже затаила дыхание, понимая внезапно, что все… Вот все…

Охренеть, вот это я влетела.

Втюрилась, ведь, в отчима!

А нечего было меня так вкусно трахать.

И, к тому же, в бывшего отчима. Он меня, конечно, старше, но не так, чтоб уж очень намного.

Назар, оказывается, моложе мамы на десять лет. Просто так брутально выглядел, да и вообще, я откуда могла понять его возраст? Я же не рассматривала мужчин старше себя для отношений, вот и с возрастом не могла определиться так сходу.

И зря не рассматривала, как выяснилось.

Очень эти мужчины постарше офигенные.

Мама, вон на сорок лет старше себе нашла кавалера…

Может, у нас в крови выходить замуж за взрослых мужчин. Надо почитать об этом какую-нибудь статью.

— Да, я за рулём. И что говорят? Лады. Хорошая новость. Значит, Захар скоро выйдет. Отлично. Что с этими чуханами? Егор, надо решать вопрос. Нет, я решу раньше, чем выйдет Захар. Лады, всё, давай, созвонимся. Сегодня меня не трогай, у меня выезд с семьёй на природу

Он отключил телефон, бросил его на стойку.

— Захар? — вычлениля я основное.

— Да, брат мой. — Назар хмурился, вел машину, — сейчас проблемы у него. В СИЗО сидит. Скоро выйдет.

Ого…

Новость, однако.

У Назара есть брат Захар… Блин, привет их предкам, офигенная фантазия на имена.

И этот Захар сейчас сидит…

— Если честно, я о тебе вообще ничего не знаю. — Осторожно начала я разговор, — как так получилось с братом?

— Подставили, — коротко ответил Назар, еще больше хмурясь.

Он явно не хотел об этом говорить.

Ну… Ладно.

Потом спрошу, как время будет.

Радовало уже то, что Назар не стал от меня таких подробностей о своей семье скрывать.

Доверяет, значит?

А пока я смотрела на него, спокойного такого, брутального, и глаз не могла оторвать.

У Назара — невероятно длинные ресницы, чёрные, пушистые. Это какую мне тушь надо купить, чтобы такие получить? Только если накладные клеить и то пушистость не получу.

У Мишки, кстати, тоже такие реснички.

Как он там?

Я повернулась назад, брательник мой мелкий дрых. Реснички фамильные бросали тени на щечки. Уй, няшка какой!

— Блин, он так похож на тебя, — прошептала я с умилением.

— Серьёзно? — улыбнулся Назар, — на самом деле, он на батю моего похож. На нашего с Захаром. Батя, короче, оставил нам бизнес. Сам не справился с болезнью, не так давно умер. Мы тут разруливаем с братаном.

Я опять порадовалась, что Назар решил от меня не скрывать ничего. Пусть и не сразу рассказал, но, с другой стороны, мы не так долго друг друга и знаем…

И, раз такой разговор, то надо поддерживать.

— А что за бизнес? — с участием поинтересовалась я.

— А ты не знаешь? — Назар искренне удивился.

— Нет, мама говорила, что в каком-то магазине с тобой познакомилась… И больше ничего. Даже имени твоего не говорила.

— Да, это наш магазин. У нас автомастерская. Ещё точка, где б/у машины продаём. И ещё несколько магазинов по городу. И кое-кто подумал: раз отца нашего не стало, значить бизнес можно раздербанить. Но немножко ошиблись ребятки, — он как-то хищно посмеялся после этого. — Кстати, насчет машины я тут подумал — подумал… — Он протянул последние эти слова и широко улыбнулся. — Алюсь, а ты вообще водить умеешь?

— Да, у меня есть права, — я выпрямилась, — но у меня нет машины.

— Я тебе машину подарю.

Кажется, он в этот момент нашёл во мне какую-то потаённую кнопку, по типу точки G, но не интимного характера, а хозяйственного. Это когда мужчина угадывает, что тебе из вещей ну очень нужно и пригодилось бы в хозяйстве.

Вот что-то такое я испытала, клянусь!

Если бы не за рулем был, то точно кинулась бы целовать!

Назар снял телефон с панели и начал что-то набирать, чуть ли не вслепую. И чуть-чуть смирила свой восторг.

— Дари, — пожала я плечами, — почему нет, раз ты меня трахаешь. И держишь взаперти.

— Я не держу тебя взаперти. Тебе надо быть, так скажем, немного осторожной.

Я как раз хотела уточнить, что значит, быть осторожной? Опасность, что ли, какая-то?

Но глянула в окно и тут же обо всем забыла.

— Блин, как здесь красиво!

Мы свернули к речке, покинув пыльную трассу, по неровной дороге, к которой деревья близко подступали. Высокие сосны и стройные берёзы. Как же давно я не была на природе! Время от времени приоткрывался вид на залитые солнцем поляны, усыпанные полевыми цветами.

Назар знал дорогу, выехал на скалу прямо у песчаного берега.

Я тут же отстегнула ремень и выскочила из машины.

Расставила руки в стороны, ловя в свои объятия тёплый ветер. Под ногами шуршали опавшие иголки, сухие веточки и мягкий мох.

Река была не особо широкой в этом месте.

Вода блестела, отражая голубое небо, зелёные кроны и слепила солнечными бликами. Берег был усыпан песком, а у самой воды росли высокие камыши и кувшинки.