После этого все следящие заклинания исчезли.

Тем временем в участке.

— Хорошо же тебя приложили. Ты, однако, молодец, регулярно свои щиты накладывал.

— Просто раньше только при допросе мне пытались по голове долбануть ментально, —

пожаловался Януш. — А тут только подумал о кое-ком, думал откинусь. Притом котенка я через

несколько минут увидел, но она убежала, хоть и не далеко.

— Значит, это точно артефакт с небольшим радиусом действия. Что ж, этого стоило ожидать, —

вздохнул магистр Шаер. — Вас уже четверо. Вот бандиты и стали шевелиться, чтобы себя

подстраховать.

— Предлагаю наложить на парня наши самые сильные щиты от ментальной атаки и попробовать их

поймать. А ты осторожно отслеживай воздействие.

— Хорошо.

Минут пятнадцать они готовились, а потом дали парню отмашку. У парочки бандитов в карманах

сильно нагрелись артефакты.

— Парни, нам хана. Артефакты раскалились и сейчас взорвутся.

— Сделаем новые.

— Ты забыл, что как только они взорвутся, нас арестуют.

— Нужно убить всех провидцев и делов-то!

— Легко сказать убить. Они, заразы, осторожные! Даже бабы! Те вообще кошки дикие!

— Если кинуть клич среди наших и дать хороший гонорар. И вообще объяснить, какая от этого

для нашего брата польза. Кто-то даже задаром это сделает. Предлагаю это сделать, пока нас не

поймали.

— Ты знаешь, кому звонить?

— Да.

— Звони.

А я сижу в вентиляции, и мне хорошо слышны их разговоры и планы на убийство. От этого

шерсть становится дыбом. Через непродолжительное время сначала выругались бандиты — их

артефакты накрылись. А потом сразу же услышала, как подъехали машины. Было слышно, как

вооруженные люди забежали в здание и бандитов арестовали. А меня стал звать Корин, отец и

мама. Я сразу стала метаться, думая, куда выбраться, и попутно мяукая.

— Тише, малышка, успокойся! — проговорила мама, найдя ближайший вентиляционный выход. —

Кто-то, помогите ей сориентироваться!

Но не успели они мне помочь, я сама выскочила из вентиляции под потолком. Благо, чья-то

большая ладонь поймала меня под пузо и потом успела придержать, когда я мигом обернулась. А

потом меня передали Корину. Я вцепилась в него всеми конечностями. Мама погладила меня по

спине, ощутила даже руки отца.

— Они хотят убить провидцев, — сказала я тихо. — Кто это?

Мне не успели ответить, я зачастила:

— Они кому-то звонили, чтобы много бандитов захотели убить четверых. А меня хотели на части

порезать и папе прислать. Их санитары забрали? У них же не все в порядке с головой. И я

кушать хочу!

— Сейчас едем домой, — сказала мама, строго смотря на отца. — Тин, я тебе хвост купирую!

— За что?!

— Милая, не рычи на него, — заступился Корин. — Точно так же могли и мне мстить, и даже

тебе. Всё, едем домой, она уже почти уснула. Думаю, всю нужную информацию коллеги получили.

— Да, — услышала я сквозь навалившуюся дрему басистый голос. — Как ты в вентиляции

ориентировалась?

— Картинки в голове видела, — сказала, зевая, — и чувствовала, что там безопасно. А ещё нам

в школе недавно рассказывали, как себя вести при похищении. И даже акцентировали, как

сбежать и когда кричать можно, а когда нет.

Из взрослых кто-то что-то пробормотал, слов я не разобрала. И вскоре окончательно уснула.

Маме отдали мой рюкзак, и мы отправились домой. Проснулась я не в своей кровати, а между

мамой и Корином. Мама обнимала меня и сразу проснулась, когда я стала выбираться из её

объятий.

— Как ты, малышка?

— А почему я тут?

— Мне так спокойнее, да и чтобы ты не испугалась, когда проснёшься. У нас ещё два часа на

сон.

— Я выспалась, — призналась я маме. — Можно я встану?

— Можно. Если голодная, в холодильнике есть молоко и порезанное мясо.

— Угу, — сказала я довольная, а живот стал громко урчать.

Меня сгреб Корин и стал щекотать.

— У тебя так громко животик урчит.

— Спите, — сказала я им, смеясь.

Меня выпустили из объятий. Убежала сначала в ванную умыться и даже покупалась. А потом

побежала разорять холодильник. Переживаний о похищении не было. Странно, но я даже не

вспоминала о случившемся, почти. О том, как бабушка со мной обращалась, я переживала больше.

Но там, видимо, за много лет привыкла, что она просто так себя со мной ведет. Ведь даже

сейчас в школе я делаю всё, чтобы учиться на отлично. Видимо, подсознательно боюсь, что если

будут плохие оценки, меня накажут. Хотя мама мягко интересуется, как у меня дела, как школа.

За оценки почти не спрашивает, но регулярно хвалит. При этом не акцентируя, что это похвала

за оценки.

Через два часа мама с Корином спустились на первый этаж. Я, поев, забралась на диван и,

свернувшись клубочком, снова уснула. Ощутила, как меня гладят, вывернулась на спинку,

подставляя мягкий животик. Меня ласково погладили.

— Дочка, пора просыпаться. Сегодня тебя Корин отвезёт в школу. А после школы побудешь с

детьми Дина у них дома. Мы заедем за тобой вечером.

— Я могу и сама дома побыть, — сказала я сонно и потянулась за объятиями.

— Можешь, но это неправильно. И мне страшно тебя оставлять одну. Тем более что тебя вчера

похитили.

Сегодня ко мне за парту подсел Аким, братишка Глеба. Обычно он сидел со своим близнецом

Вадимом. А Мая всегда с Давидом сидела. А Глеб иногда садился со мной.

— Ты не против? — спросил тихо медвежонок.

Покачала головой и внимательней посмотрела на него. Он на четыре года старше, но при этом

значительно выше меня и крупнее.

— Что? — спросил ребёнок, понимая, что я его рассматриваю.

— Так, просто думаю. Ты намного меня больше, потому что старше, или из-за того, что

медведь?

Парнишка довольно заулыбался и сказал:

— И то, и то сразу. И мы с братьями, когда вырастем, будем как наши отцы — большими.

— А Мая?

— А Мая и Маша будут только немного крупнее и выше других девочек. Они же девочки! — сказал

это как само собой разумеющееся. — Моя мама тоже медведица, и по ней это так и не скажешь.

Пойдёшь сегодня к нам в гости?

— Моя мама сказала, что меня сегодня домой к Мику отведут.

— Хм, понял, значит, их тоже приглашу.

И мальчик на перемене сбежал позвонить отцу. Мне проследить за ним не дала Мая, уведя в

столовую. Там мы смогли пообедать. Оказывается, я могу в столовой сама расплатиться за еду.

А после школы нас забирал отец Глеба, Акима и Вадима. И мне показалось, что Акиму он

подмигнул.

Сегодня дома были старшие тройняшки, Наташа и Мира. Сразу заметила колыбельку с малышами.

Осторожно подошла и привстала на цыпочки, чтобы посмотреть.

— Поднять? — спросил Мирл.

Кивнула. Меня приподняли, и я смогла посмотреть на двух маленьких детей.

— А сколько им?

— Три месяца, — сказала Мира. — В начале осени родились.

Я просто кивнула и отпустила бортик люльки. Меня подхватили за талию и прижали. Медведь

перенёс меня к обеденному столу и усадил на высокий стул. Сама бы я с трудом залезла.

Взрослые быстро расставили детям еду — вкусную кашу с нежнейшим тушеным мясом. Котята дружно

урчали над тарелками, и я не была исключением. После еды я попыталась сесть за уроки, но

медвежата мигом отобрали тетрадки и планшет.

— Вы чего?! — не поняла я. — А учёба?

— Лили, тебе нужно отдохнуть! — сказал Глеб. — И нам очень мало задали, только задачки по

математике.

— Ну так быстро сделаем и можно об уроках не думать!

— В чём-то она права, — сказала Наташа. — Давайте часик позанимайтесь, а потом будете

гулять, и ещё на площадку сходим. Только в этот раз младших за руку вести, — сказала она

строго всем троим медведям.

— Я не видела тогда люка в луже… — сказала честно.