— Конечно, — достаю из пакета заранее приготовленные кусочки хлеба. — Только понемножку, чтобы не перекормить.

Мила осторожно бросает крошки уткам. Те бросаются к ним с таким энтузиазмом, что чуть не переворачивают друг друга.

— Ух ты! — восхищается Мила. — Они как дети в садике, когда дают печенье! Только без визга и драк. Утки вежливые.

Садик… Вчера Мила весь день говорила о садике.

В какой садик ходит моя дочь?

Надо наверное ее записать в тот, что рядом с моим домом.

Только зачем ей сад? Я няньку нанять могу…

После кормления уток Мила решает, что пора переходить к более активным развлечениям.

— Папа, а теперь догонялки! — объявляет она и тут же убегает, хохоча.

— Эй, подожди! — я бросаюсь за ней. — Правила! Какие правила?

— Никаких правил! — доносится из-за дерева. — Просто догони меня!

Неуклюже бегу за ней по тропинке.

Когда я в последний раз бегал?

На деловых переговорах?

В спортзале?

С солдатами?

Но, пожалуй, бегать за пятилетним ребёнком — задача посложнее.

Наконец, мне удаётся поймать Милу. Она визжит от восторга и пытается вырваться, но я осторожно подхватываю её на руки.

— Поймал! — торжественно объявляю о своей победе.

— Ты жульничаешь! — хохочет она. — Ты же большой!

— Зато ты быстрая, — улыбаюсь ей. — В кого только пошла?

— В тебя! — гордо отвечает Мила. — Хотя ты не такой быстрый, как я… Иначе бы давно ко мне прибежал! Я тебя так долго ждала…

Мы смеёмся, и в этот момент она смотрит на меня. Глаза сияют, губы растянуты в широкой улыбке… и у меня перехватывает дыхание.

Её улыбка — точная копия улыбки Тани. Та самая, которую я так любил и так часто не замечал. Искренняя, светлая, обезоруживающая. В груди что-то теплеет, будто внутри зажёгся маленький костёр.

Пять лет…

Пять лет я не видел этой улыбки.

Не знал, что она живёт в моей дочери.

И что она может так сильно меня изменить…

— Папа, ты чего замер? — Мила дёргает меня за рукав. — Теперь я буду догонять тебя!

— Хорошо, — встряхиваюсь, смахивая с себя сантименты. — Но учти, что я тоже быстрый!

— Посмотрим! — она снова убегает.

На этот раз я специально немного замедляюсь, чтобы она меня поймала. Когда Мила налетает на меня с радостным криком «Я тебя поймала!», я делаю вид, что поражён её мастерством.

— Невероятно! — восклицаю. — Ты настоящий чемпион по догонялкам!

— Да! — она торжествующе поднимает руки. — А теперь качели?

— Выбирай! — бросаю ей, обведя рукой парк.

Взяв меня за руку, Мила ведет меня к понравившимся ей качелям. Сажаю малышку и начинаю раскачивать ее, сначала осторожно, потом чуть выше.

— Выше! Ещё выше! — требует она.

— Выше уже опасно, — предупреждаю.

— Но я хочу до облаков!

— До облаков не получится, — смеюсь. — Зато могу до верхушек деревьев.

— Договорились!

Я раскачиваю качели сильнее. Мила хохочет, запрокидывает голову, волосы развеваются на ветру.

Мамочки в парке смотрят на нас выпучив глаза. Перешептываются и ведут себя так, словно я посреди детской площадки шашлык сел жарить… Шашлык из их детей.

А я просто своего ребенка качаю на качелях.

— Я летаю! — кричит она. — Папа, я летаю, как утка!

— Почти как супергерой, — поправляю ее. — Только без перьев.

Она смеётся ещё громче, а я ловлю себя на том, что тоже улыбаюсь во весь рот. Несмотря на мамашек, что смотрят на меня, как на сумасшедшего.

Когда Мила устаёт качаться, мы садимся на скамейку. Малышка пристраивается рядом, кладёт голову мне на плечо.

— Папа? — зовет меня устало и чуть зевая.

Бросаю взгляд на часы. Двенадцать. Надо обеда и… А дети в ее возрасте спят на обед?

— Да?

— А завтра мы опять пойдём в парк?

— Конечно, — отвечаю невозмутимо. — Когда захочем!

— Хорошо, — вздыхает она. — Я сегодня уже устала гулять. Посидим?

— Посидим, — соглашаюсь. — А хочешь я на ручках отнесу тебя домой?

— А так можно? Я же тяжелая… Мама так говорит, — расстроено тянет она.

— Для меня ты не тяжелая, — успокаиваю ее, поглаживая по голове.

— Пап, а когда мы к маме пойдем? — спрашивает уязвимо. — Или вы с ней в догонялки играете? Один приходит, другой уходит?

— Скоро, солнышко! Скоро, — отвечаю и подхватываю ее на руки, направившись домой.

Малышка поудобнее устраивается, и к моменту, когда я заношу ее домой, уже мирно сопит.

Дорогие читатели, с 9 мая вас! С Днем победы! С праздником нас!

Правда спит она недолго.

Я старался аккуратно ее положить и раздеть. Но стоило только потянуть за один рукав, и малышка открыла глаза, заявив, что выспалась.

И вместо того, чтобы отправиться по делам, я сижу на краю кровати этой вредины и держу в руках книжку с яркими картинками «Кот в сапогах». Мила лежит, укрывшись до подбородка, и смотрит на меня огромными глазами в ожидании сказки.

Только сказка ей нужна не та, что написана в книге.

— Папа, — шепчет мелочь вредная, подсказывая. — Мама всегда начинала так: «В одном далёком королевстве, где звёзды светят ярче, чем лампочки, а облака похожи на зефирки…»

— Кхм… — прочищаю горло. — В одном далёком королевстве… где звёзды… эээ… очень яркие… и облака… ну, вроде зефирок… жил-был кот. В сапогах.

Мила морщит носик, оглядев меня как строгая учительница непутевого ученика.

— Не так! Ты пропускаешь волшебство!

— Волшебство? — переспрашиваю, не понимая вообще ничего. Придумали свои правила, а мне играй не зная что к чему. — Сейчас…

Перелистываю страницу, делаю глубокий вдох и начинаю заново, стараясь придать голосу нужную сказочную интонацию:

— В одном далёком-предалёком королевстве, где звёзды сияли так ярко, что ночью можно было читать книги без лампы, а облака плыли по небу, словно пушистые зефирки разных цветов, жил-был удивительный кот. И не просто кот, а кот в сапогах!

— Вот! — довольно кивает Мила. — Теперь правильно. Читай дальше!

Читаю, стараясь не сбиваться. Но уже на следующем абзаце спотыкаюсь:

— «Кот был очень… эээ… находчивый и смелый, и он решил отправиться в путешествие, чтобы найти… гм… волшебный кристалл, который исполнял любые желания…

Боже…

Понапридумывают, а мне страдай.

— Папа! — возмущённо прерывает Мила. — Не кристалл, а волшебный амулет! И он не исполнял любые желания, а только самые добрые!

— Точно, — киваю, лихорадочно пытаясь вспомнить текст. — Волшебный амулет, который исполнял только самые добрые желания. Так вот, кот надел свои сапоги…

— Красные! — подсказывает Мила.

— Да, красные сапоги, — послушно добавляю. — И отправился в путь. По дороге он встретил… эээ…

— Великана! — подсказывает дальше всезнайка мелкая. — Огромного-преогромного великана, который храпел так громко, что деревья качались!

— Да-да, — подхватываю. — Огромного великана. И храпел он так громко, что… гм… даже облака пугались и разбегались в стороны!

Мила хихикает:

— Ты смешно придумываешь! Но мне нравится. Читай ещё!

Продолжаю, уже смелее импровизируя. Когда дохожу до сцены, где кот перехитряет великана, Мила так увлечена, что приподнимается на локтях.

— И тогда кот сказал великану: «О, могущественный великан, я вижу, ты такой сильный, что мог бы поднять… эээ… целую гору!»

— А великан ответил: «Да, я такой сильный!» — подхватывает малышка. — И он пошёл к горе, а кот тем временем пробрался в замок и нашёл амулет!

— Именно так! — киваю. — И кот вернулся домой, где его ждали друзья, и устроили праздник с пирогами и… эээ…

— Мармеладом! — радостно заканчивает Мила.

— С мармеладом, — соглашаюсь. — И все были счастливы. Конец.

Закрываю книгу и смотрю на Милу. Она лежит, улыбается, но глаза уже слипаются.

— Это была самая лучшая сказка, — шепчет она сонно. — Ты читал почти как мама.

— Почти? — приподнимаю бровь.

— Ну… мама ещё добавляла волшебные звуки, — Мила зевает. — Жужжание фей, шёпот ветра… Но ты тоже хорошо.