Сердце не могло найти себе покоя, также как и тело, которое стало покрываться мурашками под палящим солнцем.

Такого конечно с Глебом не было. Она не почувствовала ничего даже околоподобное.

Кире стало слегка неловко от подобных мыслей. Казалось, что кто-то может услышать о том, о чем она думает и осудит ее.

— Лучше расскажи, как ваши дела с Денисом, — нашла она лучшее решение, как перевести тему. — Смотрю на вас и не могу налюбоваться. Такие вы ми-и-илые, — Кира решила сменить тактику, и вместо защиты попробовать самой «напасть» на подружку.

Девчонки уже подъехали к яблоням. Бросили велосипеды, и шли по коридору, который образовался между деревьями.

— Скажешь тоже… А вообще он такой хороший. Слишком хороший, знаешь?

— Говоришь так, будто это что-то из ряда вон выходящее. Неприличное, я бы даже сказала, — усмехнулась Кира.

— Ну, я не говорю, что это плохо, но как-то… Он до скукоты правильный что ли.

— Ой, дурочка. Кажется, подруга ты заигрываешь. Скучно ей, — осуждающе вздохнула Кира. — Лучше уж так, чем все время жить в неопределенности.

— Кстати, насчет неопределенности… Вы вчера как уехали, Максим совсем поник. На нем буквально лица не было.

— И? К чему ты это?

— Ну, я все о том же…

— Ага, опять двадцать пять, — Кира нетерпеливо закатила глаза. — Может, у человека несварение было от вашей сырой картошки, а ты ему снова приписываешь того, чего нет. И все, — начинала раздражаться она, — завязывай уже ты с этими наблюдениями. Все равно тебя зрение подводит! Ты давно его проверяла, кстати? — уже шутила Кира. — Может тебе уже пора очки носить? А? — хмыкнула она, прячась от солнца под деревом.

— Ладно, так и сделаю. Да и к чему тебе это действительно? Что-то я не подумала. У тебя же сейчас Глеб есть. Поэтому в топку Максима.

— А чего ты вообще про него вспомнила?

— А-а, все же интересно, да? — расхохоталась Альбина. — Весь вечер бренчал какие-то унылые песни, — продолжила она. — А что у них со Светкой, не знаешь?

— Ты у меня спрашиваешь? — возмутилась Кира.

— Нет, блин, у Тиабалду! (Тиабалду — это вымышленный друг одного из героев из бразильского сериала «Секрет тропиканки», 1993. Также встречался в сериале «Воздушные замки», 1999)

Девчонки рассмеялись после секундной паузы.

— А, ну да! Я же его личный помощник, все расписание на мне. Когда там Марианна, когда Светка! — хмыкнула Кира, а самой вся эта ситуация с подружками Осипова доставляла душевные страдания.

— Ого! Груши! — отвлекалась на урожай Альбина. — Надо же! Я вообще не думала, что мы найдем сегодня хоть что-то. Кто-то, видимо, пропустил эти деревья.

Обычно к августу на деревьях уже не оставалось ни одной груши, их срывали местные жители еще зелеными. После чего раскладывали дома под опилки, и там они уже становились желтыми и дозревали.

— Да, это очень странно. Видимо Небеса решили тебя пощадить, и подкинули пару нетронутых деревьев, чтобы спасти тебя от гнева твоей любимой бабулечки, — подтрунивала Кира над Альбиной.

— Так, давай, не болтай много. Собирай уже. Смотри, какие черные тучи надвигаются, — кивнула Альбина куда-то ввысь, привлекая внимание Киры. — Дождь что ли собирается. Хм, странно. Жара вроде такая стоит…

Девчонки сработали оперативно и уже торопились обратно домой.

Больше переживали, что дорогу смоет и грунтовая грязь налипнет на колеса велосипедов, что усложнит им обратный путь.

Но все же они не успели.

Грянул гром, за ним сверкнула молния, и дождь таки полил, да к тому же, как из ведра.

Они забежали под дерево, одиноко стоящее в поле, по которому собственно и катили обратно в деревню.

— Какая красота!

Девчонки любовались узорами, которые вырисовывались на небе, которое буквально расходилось яркими трещинами.

Страшно и красиво.

— Ага, главное, чтобы по нам тут не шандарахнуло, — беспокоилась Альбина.

А Кира в этот момент выбежала из-под дерева и начала бегать по полю.

— Альбина, иди сюда! — созывала она подругу к себе.

— Совсем что ли из ума выжила! Вернись!

Гром все громче громыхал, передавая по всей земле и всему живому на ней свои зловещие вибрации.

— Не-а! — кричала Кира, продолжая носиться по полю.

«Точно девка сошла с ума,» — лишь подумала про себя Альбина, но кричать уже не стала. Пришлось бы слишком надорваться, чтобы суметь перекричать «небесные вопли».

— А-а-а-а! Как здорово! — доносились крики бегуньи.

Альбина уже смирившись с происходящим, просто улыбалась и наблюдала за своей внезапно свихнувшейся подругой.

Казалось, состояние эйфории постепенно передавалось и ей, и вся тревога по поводу погодных условий уже медленно отпускала ее.

Пока одежда Киры на ней сырела, внутри нее парадоксально разливалось тепло. В ее душе и вправду было как-то по-особому гармонично.

Она закрыла глаза, расправила руки, как если бы это были крылья, и походу вообразив себя птичкой, продолжала бегать, будто летала по воздуху, пребывая в каком-то состоянии нирваны.

Перед ее взором вставал образ не Глеба, который держал ее вчера за руку, гладил по волосам, сыпал комплиментами, называя самой красивой и всматриваясь в нее со всей не присущей ему нежностью, а Максим с его суровым обликом и опустошающим взглядом.

Эта картина вызывала у нее волнение и одновременно что-то уютное.

А потом она снова вспоминала про их несуразный поцелуй и невольно признавалась себе, что хотелось бы его повторения.

Хотелось бы, чтобы именно Максим говорил те прекрасные слова, чтобы именно он гладил ее по волосам.

Она даже умудрилась вообразить себе эту картину, и в животе тут же запорхали бабочки, которые взмахом своих многочисленных крыльев поднимали ее над землей.

Она парила. Так ей казалось.

Какое-то безудержное, по факту ничем не подкрепленное, счастье обволакивало ее в тот момент.

Набегавшись, она, наконец, плюхнулась на траву, и продолжала лежать на спине с закрытыми глазами, принимая удары от дождевых капель, и широко улыбаясь.

— Звезда моя, вставай уже! — смеялась Альбина, которая успела уже нависнуть над ней. — Ты что какие-то теории по физике проверяешь? В последнее время так и норовишь поваляться в горизонтальном положении на земле нашей грешной.

С этими словами она плюхнулась рядом с Кирой. Смиренно, думая о том, что все равно уже насквозь промокли обе.

Теперь можно было и в грязи полежать для полного удовлетворения своего несносного внутреннего ребенка.

— Ну, Астахова, если я из-за тебя заболею, пеняй на себя, — лишь добавила она.

— Альбинка, я так счастлива!

— Кто бы сомневался! Если бы за мной сам Кулик ухаживал, я бы тоже от счастья сошла с ума!

Кира хотела возразить подруге, чтобы скорректировать ее неверные предположения, но остановила себя, и просто молча сжала ее руку, предаваясь мысленно своим мечтам, которым никогда не суждено сбыться.

— Максим, а ты чего это? — бабушка сверлила внука глазами, стоя на крыльце и прикрываясь ладонью от слепящего солнца.

— Да, вот, — чумазый Осипов выглядывал из гаража, в котором хранился допотопный хлам. — Решил попробовать дать ему вторую жизнь, — кивал он в сторону старого мотоцикла, который когда-то принадлежал Сергею. — Вроде дядя Сережа говорил, то он еще на ходу. Просто нужно малость пошаманить. Чем собственно я и занимаюсь, — последнее уже бубнил себе под нос.

Максим возился со старым транспортом дяди, именуемый маркой «Иж».

— Так, он уже того, — вздыхала Виталина Аркадьевна, которая не сильно желала, чтобы внук его чинил, вспоминая, как Сережа несколько раз на нем переворачивался.

— Ну, я хотя бы попробую. А вдруг что получится и поедет. Сейчас еще Андрей забежит, глянет. Он в этом деле собаку съел, точно что-нибудь придумает.

— А чего это ты вообще? Велосипеда уже мало?

— Ну, ба, велосипед — это уже что-то на детском, — негодовал повзрослевший внук.