Филипп мог рассчитывать и на поддержку верных слуг и союзников своего отца, обладавших многолетним опытом. Многие из них начинали свою карьеру при последних Капетингах, а некоторые занимали в административном аппарате ключевые посты. Среди них был и Жан Шершемон, бывший канцлер и протеже Карла де Валуа. Он был канцлером Франции при Филиппе V (1321–1322) и снова при Карле IV (1323–1328). Иными словами, Жак занимал один из самых важных постов в королевстве, поскольку канцлер отвечал за составление и рассылку королевских актов. Он также занимал пост главы Счетной палаты — учреждения, деятельность которого была организована ордонансом 1320 года, изданным Филиппом V в Вивье-ан-Бри[187] Счетная палата состояла из мэтров (клириков и мирян[188]), подчиненных финансовому суверену, и осуществляла надзор за деятельность Казначейства. Суверен и мэтры в ведении и проверке счетов могли полагаться на счетоводов, или "мелких клерков", и нескольких нотариусов. Дважды в год, в День середины лета и на Рождество, Счетная палата проводила ревизию счетов местных приемщиков доходов, комиссаров-дознавателей и королевского двора, а также расходы средства на пожертвования, религиозные учреждения и дарения. Счетная палата также ведала тяжбами, связанными с урегулированием счетов, и занималась чрезвычайными доходами, такими как церковная десятина и габель[189]. Таким образом, Жан Шершмон был опытным чиновником, как и Жан Биллуар, еще один приверженец Валуа. Изначально он был хранителем драгоценностей, дорогих тканей и другого личного имущества короля Людовика X. Затем его повысили до казначея королевского Казначейства. Отстраненный от этой должности в начале 1320 года, в 1321 году он стал приемщиком доходов парижского привотства, а затем, во время правления Карла IV, возвращен на должность казначея. Другой преданный сторонник отца Филиппа, Жан дю Шастелье, рыцарь и сеньор де Витри, начал свою карьеру на службе у графа Валуа в начале XIV века. Близкий советник принца, он был одним из его душеприказчиков. Во время правления Карла IV Жан вошел в состав королевской администрации в качестве мэтра Большой палаты Парламента. Реорганизованный при Филиппе IV, Парламент был разделен на несколько палат: Большая (Верховная) палата, где слушались дела, была самой важной; Палата прошений рассматривала иски тяжущихся; Палата дознаний (Следственная палата), учрежденная Филиппом Красивым в 1307 году, отвечала за дознание по делам, изучив которые, выносила представления, которые затем передавались в Большую палату. В силу своих полномочий члены Парламента часто приглашались в королевский Совет и таким образом играли роль в принятии политических решений. Им также могли поручать дипломатические миссии. Жан дю Шастелье был еще одним ключевым членом команды Филиппа и одним из немногих новичков в Парламенте[190].
При Филиппе VI высшие офицеры короны, коннетабль Гоше де Шатийон, два маршала Матье де Три и Роберт Бертран де Брикбек, магистр арбалетчиков Пьер де Галар сохранили свои посты[191], как и два казначея — Гийом де Диси и Эрар л'Аллеман. С точки зрения управления государством приход Филиппа к власти был скорее переходным периодом, чем явным разрывом с предыдущими царствованиями, хотя он воспользовался своим вступлением на трон, чтобы открыть доступ в королевскую администрацию ряду своих сторонников.
Филипп назначил шестнадцать новых нотариусов в свою Канцелярию, которая теперь насчитывала сорок семь человек. Его бывший канцлер, Жан де Вьенн, мог бы с полным правом претендовать этот пост на службе у нового короля, но Жан Шершемон, еще один друг семьи, уже несколько лет занимал эту должность. Филипп не был заинтересован в его смещении, поэтому помог Жану де Вьенну в церковной карьере. Жан стал епископом Авранша, затем, в 1330 году, епископом Теруана, а завершил свою карьеру архиепископом Реймса, с 1334 года до своей смерти в 1357 году[192]. На протяжении всех этих лет он оставался одним из ближайших советников короля, держа его в курсе церковных дел[193]. Когда в октябре 1328 года Жан Шершемон умер, Филипп назначил на должность канцлера одного из своих советников, Матье Феррана, которого в 1329 году сменил Гийом де Сент-Мор, остававшийся на этом посту до своей смерти в 1335 году.
Другой верный Валуа человек, Пьер Форже, был до 1330 года бальи Анжу и Мэна, а затем назначен казначеем короля. Вместе с другими он отвечал за королевскую казну, которая со времен царствования Филиппа IV хранилась в Большой башне Лувра[194]. Назначение на эту должность, которую он занимал до своей смерти в 1334 году, было не единственной его наградой. Король также одарил его имуществом в Париже и Сюси-ан-Бри[195]. Во время своей службы на должности бальи Мэна Пьер Форже имел заместителя в лице Гийома де Монтрея. Гийом в 1331–1332 годах служил приемщиком доходов в Тулузе, а впоследствии был повышен до должности королевского казначея. Он оставался на этом посту до 1349 года, когда его обвинили в растрате и заключили в Лувр. Помилованный и освобожденный из тюрьмы Гийом был помещен под домашний арест в столице, где и умер после 1360 года, его дело было закрыто в 1354 году. Галеран де Во, служил бальи Амьена и Вермандуа, а затем стал президентом Парламента. Гийом де Фошероль, бывший капеллан графа Мэна, стал капелланом короля.
Филипп также назначил новых мэтров прошений. Этих чиновники, также известных как poursuivants du roi, первоначально было шесть: три мирянина и три клирика. Они отвечали за прием прошения, адресованных королю, чтобы определить, достойны ли они быть представленными на рассмотрение Совета, и за управление отправкой ответов по ним Канцелярией. Желая угодить как можно большему числу своих слуг, Филипп решил оставить на месте мэтров прошения служивших при Карле IV и добавил к ним Гийома де Сент-Мора (до того, как тот стал канцлером), Эмери Жено и Гийома Бертрана. Таким образом, число мэтров увеличилось с шести до девяти. То же самое он сделал с магистрами двора и камергерами: Эрар де Беллеперш, Мишель де Рекур, Роберт Фретар, Жан д'Андрессель, Пьер Труссо и Жоффруа де Бомон усилили прежнюю команду находившуюся под руководством Жана де Бомона, суверена королевского двора. Магистров двора и камергеров, которых изначально было шесть, теперь стало тринадцать[196].
Среди новых членов королевского двора были некоторые из крупных вассалов, такие как Труаяр д'Усаж, видам Мэна, ставший королевским рыцарем; Тибо де Матефелон, из Анжу, получивший должность камергера; Морис Шамайар, легист и декан Сен-Мартен-де-Тур, ставший мэтром прошения. На службу к Филиппа поступили и многие другие сеньоры, из областей, граничащих с графством Валуа[197].
Такая интеграция в королевскую администрацию бывших слуг или верных семье Валуа людей была совершенно нормальной практикой, поскольку в то время вознаграждение было непременным инструментом управления: если служба королю и оставалась привлекательной, то во многом благодаря наградам, которые государь даровал своим самым верным офицерам, позволяя им подняться в социальной иерархии. Преимущество было двойным. Награда гарантировала королю преданность его слуг, укрепляя связывающие их личные узы. Во-первых они были преданы королю, потому что были обязаны ему своим состоянием; во-вторых, награда стимулировала эффективность офицеров, которые были мотивированы еще и тем, что королевская щедрость могла быть распространена на всех их родственников.
