— Хоть бы ледокол не ушёл, только бы он не ушёл, — мысленно твердила себе и сделала шаг в сине-зелёную волну, потянув за собой короля. Закрыла глаза от страха и открыла их спустя два шага.

Красные маяки ледокола заставили меня плакать. Я упала на колени, отпуская мужскую руку.

— Я здесь! — полукричала, полуплакала. — Я здесь! Я хочу домой! Я здесь!

Истерика накрыла с головой. Там, в двухстах метрах от меня, стоял ледокол. Его красные огни говорили, что произошла какая-то экстренная ситуация. Скорее всего, их включили, чтобы я по ним могла найти дорогу среди бесконечно белого снега и льда.

— Что это такое? Это чудовище размером половину моего города, — задал вопрос мужской голос, кажется, готовый обороняться. — Парни, надо проверить это... Парни?

Эдриан повернулся назад, но никого не увидел, только белая степь.

Он прошёл через сияние туда и обратно, но ничего не произошло.

Эдриан схватил меня подмышки и, волоча по снегу, затащил в сияние.

Снова мир оборотней. Тридцать стражников, словно ищейки, пытались понять, куда мы исчезли и как появились обратно.

— Король!

— Как вы…

— Это всё девушка. Она вас украла…

— Я видел корабль, — произнёс правитель, затыкая всех. — Он огромный и, кажется, состоит из металла. Нас не успели заметить.

— Эдриан, нужно спешить. Пока ледокол не уплыл, — попыталась я подняться на ноги, но меня крепко перехватили под грудью, чтобы не дёргалась и стояла смирно. — Отпусти меня! Я хочу домой!

— Замолчи, — рыкнул Эдриан мне в затылок. — Объявляйте тревогу. Все сюда. Мы захватим этот корабль, пока они не захватили нас.

Дальше началось страшное. Сразу двадцать медведей, перевоплотившись, издали рёв. Животный, громкий и очень жуткий. Двое белых, как снег, медведей понеслись к ледяной цитадели, где уже трубили в рог стражники на вышках.

Общий сбор впечатлял. Маленькая армия неслась к нам, полностью опустошив цитадель.

Меня брали под руки и переводили в другой мир.

Больше двухсот мужчин, снаряжённых кирками и верёвками, шли в наступление.

Как только экипаж судна забил тревогу, оглушая воздух рёвом сирены, жители ледяного города обернулись зверями. Я стояла на льдине под присмотром одного стражника, который держал меня за пояс, давая понять, что сбежать не получится. Я не верила своим глазам.

Два мира схлестнулись. Одному нужен был металл, а второму — хотелось жить.

Экипаж в количестве восьмидесяти четырёх человек и пятьдесят девять пассажиров были схвачены и связаны.

На удивление, даже через час безмолвного ожидания на снегу я не замёрзла. Тёплая обувь позволяла выдержать ещё некоторое время, но мне хотелось понимать, что происходит. Знать, что творится в каютах, пока с десяток оборотней охраняет верхнюю палубу.

Ожидание стало невыносимым. Лёд под ногами передавал далёкие вибрации — то глухие удары, то скрежет, то приглушённые крики. Стражник позади меня не произнёс ни слова, но его пальцы впивались в мой ремень всё сильнее, сжимаясь в кулак. Бежать бессмысленно — меня нагонят тут же.

Я пыталась представить лица пленённых людей из моего мира — испуганные глаза экипажа, растерянные взгляды богатых людей, которые вместо отдыха получили пиратский набег.

Разве они ожидали такого в Антарктиде?

И всё это из-за меня.

Вдруг громыхнуло изнутри судна. Не сирена, а что-то тяжёлое, металлическое, сорвавшееся с креплений. Двое медведей с верхней палубы бросились вниз через открытый люк. Их рёв, теперь уже торжествующий, прорезал полярную тишь.

Через несколько минут они выволокли на свет то, ради чего, видимо, всё и затевалось. Не ящики с провизией или оружием. Гигантские катушки с толстенным кабелем и странные станины из блестящего сплава — часть какого-то сложного бурового или научного оборудования. Нашли сокровище. Металл.

Оборотни тащили груз осторожно, почти благоговейно, не как добычу, а как святыню. И я вдруг поняла: они не просто грабят.

Эдриан появился на палубе, его лицо и руки были перепачканы кровью и машинным маслом. Он бросил оценивающий взгляд на трофеи, затем обернулся, и его взгляд упал на меня. Не на пленников, там внизу, не на свой отряд, а именно на меня. В его глазах читалось не торжество, а холодное, безошибочное знание.

— Её, — коротко бросил он стражнику, указывая на меня пальцем. — Приведите. Я хочу поговорить.

Оставив металл на палубе, ко мне бросились двое мужчин, помогая друг другу слезть по верёвкам с борта.

— Может, не надо… — вырвалось у меня, но стражник уже повернулся и тащил меня ближе к краю.

Меня поволокли наверх, подгоняя в спину и не давая упасть с верёвок.

Оказавшись на верхней палубе, трое мужчин поставили меня на ноги и сопроводили к королю. В просторной комнате с картами на стенах, под охраной ещё двух оборотней в человеческом облике, сидели капитан и старший механик ледокола. Их лица были бледны, но в глазах горел не потухший огонь сопротивления.

Мой стражник грубо усадил меня на стул напротив них. Тут же появился Эдриан.

— Они говорят, что, если мы вытащим весь металл, корабль пойдёт ко дну, и вы не сможете уплыть домой. А если вы не вернётесь, сюда прибудет ещё больше людей на поиски, — говорит король оборотней мне и смотрит серьёзно в глаза. — Это правда?

— Правда, — ответила я без раздумий. — Мой отец точно будет меня искать, и ему хватит денег отправить сюда ещё один ледокол. Остальные пассажиры тоже из богатых семей. Ты можешь забрать металл, пусть корабль на дно, но потом нас всё равно будут искать.

— Её отец уже бьёт тревогу, он договорился с владельцем нашей компании и сказал, чтобы мы задержались. Если мы сейчас не сообщим ему, что она нашлась, он прилетит бизнес-джетом. В двухстах километрах западнее есть аэропорт для высадки полярников, оттуда он уже будет добираться на вертолёте, буквально за час. Кстати, вертолёт уже искал её, только ничего не нашли, — оправдывается капитан, понимая, что нужно давить сильнее.

— Папа, наверное, с ума сошёл там… Надо позвонить ему… — посмотрела с мольбой на короля, которому явно не нравилась перспектива больших поисков. — Пожалуйста, Эдриан… Папа правда может прилететь. Или отправить сюда целый отряд на поиски. Он не успокоится, пока меня не найдёт.

Правитель оборотней в полной тишине задумался, смотря на меня из-под густых ресниц.

— Сообщите, что она нашлась, но больше ничего не говорите, — решил выиграть время мужчина.

— Нам нужен спутниковый телефон, вон там в специальном чемодане, — показывает рукой капитан, и один из оборотней подаёт ему кейс.

Сделанные специально для таких случаев, эти гаджеты помещались в противоударный и влагозащитный чехол. Таких на корабле было три штуки. Расположив чемодан у себя на коленях и открыв крышку, капитан под пристальным присмотром достал гаджет и вытащил антенну.

Тяжёлый, кнопочный, с небольшим экраном, но надёжный. Тут же рядом лежало зарядное устройство и подготовленный специальный блок на батареях. На все случаи жизни. Комплект не для обывателей. Набрав нужный номер, командир экипажа принялся ждать ответа.

— Да! — рявкнули на том конце провода. Голос был похож на роботизированный. — Какие новости, капитан? Вы нашли её?!

— Мы нашли вашу дочь, она сидит передо мной, живая и невредимая, — отрапортовал мужчина.

— Пусть скажет сама! Анна?! — отец нервничал и напирал. — Анна!!!

— Я здесь, папа. Я здесь. Со мной всё хорошо, — отвечаю я, а сама смотрю на Эдриана. Глаза в глаза. Почти не моргая.

— Как звали твоего пса в детстве? Которого я застрелил из ружья, отвечай, Анна!

— У меня никогда не было собаки, — растерялась я.

— Верно. Верно. Молодец. Мои люди встретят тебя на материке и доставят частным самолётом прямо в город. Никаких больше путешествий. Поняла меня?! — в конце срывается на крик. А я представляю, как его гладкая лысина покрывается испариной, а лоб морщится от напряжения. Да. Это точно мой отец. Теперь он меня дальше входной двери своего дома не выпустит.