— Уволили с рынка?

— Конечно, с позором! — отвечает он мне. — Еще бока намяли серьезно, что всех нас опозорили. И звание наше.

— А с торговцами как поступили? — интересно мне.

— Вычли налог в четырехкратном размере, забрали имуществом и с рынка выгнали, — уверенно доносит мне старший.

— Правильно поступил. Все должны знать, что за попытку обмана будет, — одобряю я его решение.

Лжи не чувствую, поэтому дальше не вникаю. И так пару часов всех слушаю, потому что самое удобное место для меня здесь получается.

Цементом, железом и тканями очень интересуются на юге, но купцы из Бейств просят скинуть оптовые цены.

— Цемента самих не хватает, наверно, какая тут скидка? Ткани можно подвинуться на одну восьмую часть, хотя и так цена самая низкая против ручной работы. Железо наше вообще не имеет конкурентов по качеству, поэтому скидки не будет! — решаю я все очень быстро.

Вечером уже в доме у меня встреча с Дропером и Аписом, разговоры чисто наедине про наши тайные и относительно законные дела. То есть совсем незаконные, но никто из нас угрызениями совести не мучается, все люди взрослые и жизнь понимающие.

— Значит, ситуация вполне контролируемая, вопрос только с тем, что знает и сколько смог навербовать тот второй доверенный посредник? — подвожу я итог.

— Да, Ольг, никаким переворотом или чем-то подобным в городе даже близко не пахнет. Но вот нанять меткого стрелка, чтобы высадить тебя или кого-то из Капитанов наши враги все же могут, — признает подобное положение вещей Апис.

— Я могу поставить сам в домах бывших начальников Гвардии и Стражи подслушивающие устройства, — вспоминаю я про артефакты скрытого глаза. — Тогда все их разговоры наши люди смогут слышать. Но вообще тогда долго придется подслушивать и людей отвлекать постоянно. Еще артефакты будут быстро разряжаться, придется проникать в дома и снова их заряжать. Наверно, проще будет сначала с вторым посредником порешать, правду ли он станет говорить — сами поймете. Если не сдастся и не согласиться на нас работать — тогда его в Быстрицу с камнями на ногах, чтобы никогда не всплыл. Потом уже придется с моими артефактами связываться.

Потом добавляю, немного подумав:

— Всегда так бывает, вроде ничего серьезного у противников не может получиться. А потом раз — и внезапный ход от них, после чего нужно или самим спасаться, или долго и мучительно решать серьезные вопросы. Так что лучше руку полностью держать на пульсе того брожения, которое происходит в домах бывших Капитанов. Еще нужно понимать, что они никогда не смирятся со своим поражением. Требуются серьезные доказательства насчет планирования будущего бунта, чтобы еще раз пройтись и отнять оставшееся добро. Или придется делать то, чего я вообще не хочу, — намекаю я на физическое устранение главных заговорщиков.

Прямо не говорю, потому что убивать Капитанов, даже бывших — очень плохое дело для всего Астора. Одни только подобные подозрения и слухи испортят жизнь всему новому Совете надолго. Может даже навсегда.

После моих заместителей встречаю Трона и Крипа, Клоя уже и так хлопочет на кухне, готовит поздний праздничный ужин. Посидели очень хорошо, мои замы по мастерским выдали мне полный отчет по работе, по деньгам и по имеющимся проблемам. Которые оказались не слишком серьезными, чтобы пришлось вмешиваться уже лично мне.

— Орния завтра придет! — сообщила мне Грита, когда мы уже ложимся спать. — Заходила уже сегодня, но ты был занят, хочет про агентство и строительства торгового дома во дворе трактира рассказать.

— Ну и хорошо, — обнимаю я Гриту, но внутри все же мешает проснувшаяся совесть, что сплю сам с ее же лучшей подругой.

«Это для дела! — успокаиваю я сам себя. — Клее нужна моя близость и поддержка, а она сама мне тоже близка».

Потом делаю давно напрашивающийся вывод:

«Отсутствовал в Асторе целый месяц, но пока никаких серьезных проблем не появилось, одна рутинная мелочевка. Дропер и Апис со всем вполне справляются и без меня, отличных я себе вырастил заместителей. Водера завтра увижу, он уже две осьмицы, как вернулся с Севера».

На следующий день первым делом с утра встречаюсь с Водером на производстве. Постоянная охрана промзоны Аписом увеличена, двое моих людей стоят на воротах, еще двое все время патрулируют периметр в дневное время, пока идет работа. Ночью на воротах никого не остается, но тогда пара охранников бродит внутри периметра, постоянно проверяя замки на кузницах и складе металлов.

Я сказал сюда ставить именно бывших гильдейцев, которым ночь не особо мешает проявлять свою привитую лесным образом жизни высокую бдительность. Тем более масляные лампы со всех сторон немного освещают подступы к промзоне.

Не думаю, что в Асторе вообще найдутся смельчаки пытаться на холодном оружии с бывшими гильдейцами поиграть в ночи. Даже вообще бесшабашные астрийцы не рискнут получить три ладони стали в живот от лесных убийц.

— Все правильно сделано! — хвалю я своего заместителя. — Ведь здесь теперь одного нашего металла на тысячи тайлеров лежит. Не говоря уже про крайне дорогие инструменты и всякие изделия наших кузниц, еще нового штамповочного цеха. Могут незаметно пробраться на территорию и украсть лихие людишки! Поэтому патрулирование обязательно, пусть здесь все время охранники дежурят.

Для массовой штамповки изделий из железа и всяких прочих сплавов теперь построен отдельных цех прямо на месте вывезенных каталонских горнов. Люди Водера используют в нем новые водяные колеса, еще раз серьезно улучшенные, то есть упрощенные самим Водером, которые теперь производятся в моих мастерских для ускорения общего процесса. Так что молоты бьют, штампы-прессы формируют и давят заготовки топоров, лопат, вил, всяких прочих изделий массового производства.

Теперь вся подобная продукция, зарекомендовавшая себя, как особо качественная, влет расходится по тем же степным Бействам через вернувшихся в Астор купцов с дальнего юга. Они, как появились в Асторе и увидели, насколько тут все развилось в промышленном плане и насколько качественные изделия из железа в огромном количестве можно скупать, так вообще не переставая плавают в приморские Бейства и к себе на юг. Поняли, что могут зарабатывать просто огромные деньги, пока между Астором и степью существует вооруженный нейтралитет, а степные купцы не хотят ехать в Черноземье.

«Знают ведь, что скоро война продолжится, поэтому боятся попасть под арест в самом Асторе. И под полную конфискацию имущества и золота тоже. А вот простые пастухи по очереди вовсю продают мне своих баранов, потому что я лично пообещал им полную свободу и неприкосновенность на нагорьях», — понимаю я.

Еще ведь ткацкий цех постепенно превращается в настоящую мануфактуру. Один за другим новые механические ткацкие станки приходят из тех же моих мастерских, где собираются под присмотром Трона. Количество выдаваемых рулонов ткани растет вместе с мастерством работниц, их высокое качество тоже. Поэтому получается самый подходящий продукт для завоевания экспортных рынков наряду с изделиями из нашего железа.

Прямо уже предвкушаю, как потянутся караваны с асторской продукцией в Сатум. Ведь придется открывать там свои лавки для реализации новинок технического прогресса, далеко обогнавшего все сатумские производства. Торговать придется только на территориях, захваченных мной и той же Клеей, поэтому лучше сразу забирать побольше земель и городов. Впрочем, местные купцы, как распробуют новые товары, так начнут так же крутиться между завоевателями и оставшимися в подчинении у старых хозяев землями.

— В ваше отсутствие, господин Капитан, решил удвоить охрану. Теперь и по ночам четверо охранников на промплощадке остается. Благо больше нет никаких проблем в хамамах, чтобы там постоянно охрану держать, еще в цементном и ткацком цехах все спокойно, как в тех же мастерских. На рынке наши люди сами справляются, тем более бывшие воины из мангальной всегда готовы им помочь. Еще сам господин Водер попросил охрану увеличить, потому что вокруг больно много людей стало шляться и из-за частокола подсматривать за работой на промплощадке! — докладывает мне Апис.