Я свожу брови к переносице. Что он делает?

— Сакс, нет, — Саманта хватает мою руку, сжимает. Но я уже не отвожу взгляд от папы. Одно слово, один вопрос крутится в моей голове.

— Зачем? Что ты делаешь? Почему ты стал таким?

Да, я боюсь стать как он. Я уже становлюсь. И весь ужас накатывает на меня лишь сейчас. Это не сон. Правда. Жестокая, ужасная правда.

— Почему?

Он машет головой, прикрывая веки, его нога кровоточит, рука свисает в неистественном положении, но он будто не чувствует боли. Не замечает её.

— Ты никогда не знал своего деда, моего отца. Он был...он хотел сделать меня своей копией. Думаю, в итоге у него получилось. Ведь сумашенствие штука опасная, — глаза отца блестят, но не от слёз, от безумия. Мама прикладывает руку ко рту, отворачиваясь к Сэм.

— Он бил меня плётками каждый день, бывало я даже не мог пойти в школу, потому что он промахнулся и на моём лице прасовалась отметила. Он убирал любого, кто становился мне близок. Но однажды всё прекрастилось. Я выдохнул. Не смея спрашивать, что не так, почему он меня не трогает. Я будто...ждал этого, был зависим от этого, желал этого. Потом я понял, что теперь он стал издеваться нам матерью. Насиловать её, запирать в подвале. А потом над прислугой. КАЖДЫЙ ДЕНЬ, — смех раззнёсся по всей комнате, меня передёрнуло...

— А затем я влюбился, — его глаза нашли мою маму, в них, под слоём безумия всё ещё была заметна нежность. — Для меня было настоящим страхом лишь потерять её...и отец узнал. Ему было неведомо всё хорошее. И тогда, когда я увидел, как он..., - отец выплёвывает следующие слова. — Тронул мою любовь...

Ему не нужно было говорить, мы и так всё поняли. Рыдания матери возобновились с новой силой, и я пройдясь по кабинету налил ей виски. Она выпила залпом.

— Ты не любил меня. Ты принимал мою любовь. Это не одно и то же.

— Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!!!

Резкий выкрик, от чего мы все разом вздрагиваем. Он никогда никому не говорил этих слов.

— Если бы это было так, ты бы не делал того, что делаешь. Не стал бы таким.

— Я болен, родная. И эта болезнь скоро сделает меня таким же, каким был мой отец. А потом и тебя, — он взглянул на меня, глубоко вздыхая. — Может и хорошо, что у тебя не может быть детей. На тебе всё и остановится.

— Но, есть же ещё я, — Саманта в ужасе смотрит на меня, прикусывая губу.

— В тебе этого нет. Я всё проверил. Шизофренией пока в малой степени болен лишь твой брат.

ЧТО???

— Как ты? — мой голос хриплый, надломленный...я пока не могу переварить, то, что услышал.

— Все анализы, что мы сдавали. Кровь, мочу, даже спинномозговую жидкость.

— Нет! Он Врёт!

Мама присажимается рядом, беря моё лицо в свои руки. Она вытирает мне щёки, на которых нет слёз и заглядывает в глаза.

— Это не правда, ты здоров. Абсолютно. Я видела анализы. Ты здоров. Не верь, не верь ему, не позволяй себе верить.

— О, дорогая, ты всё ещё надеешься, что он не станет таким как я? Станет, он уже становится. Мой дед, отец, я — мы все такие. И он будет. Говорю же, хорошо, что детей у него не будет. Трахайся сколько угодно, без последствий, разве не рай?

Шок, неверие, страх бессилие. Всё тонким эллектрическим разрядом бьёт по мне с размаху.

— С ним всё хорошо!

— Да неужели? Поэтому он иногда меняется в лице, залипает на вещи? Его эмоции часто путаются. Он бывает счастлив, а через секунду накатывает грусть. Сакс стал реже общаться даже со своими друзьями! Бред уже наступил? Галлюцинации?

Мне хочется рассмеяться ему в лицо. А потом ударить.

— Убей меня. Давай!

Отец поднимает руку, вскакивает и хватает маму, Сэм. Я сижу на полу уставившись на них. Как будто в ваакуме. В прострации. Не моя жизнь, не я. Я не хочу. Мне страшно.

Я начинаю трястись, пока он с размаху залепляет пощёчины, он кричит что любит их, а потом бьёт.

Я стану таким же?

Это моё будущее?

Я не смогу...любить? Не смогу иметь семью? Всё, что было во мне исчезнет? Испарится?

— Сакс!

Я стану таким же мерзкий как и он? Грубым? Буду избивать Лилиан?

Лилиан.

Я держусь за это, как за якорь. Она сможет меня спасти? Или я потяну её на дно.

Представить, что когда-то сорвусь и сделаю ей больно...

— Сакс!!!!

Кто-то кричит, но в моей вселенной не слышно криков. В ней нет боли. Нет слёз.

Я должен проверить сам. Сдать тесты сам. Установить всё сам.

Это ошибка.

Глобальная ошибка.

— Рай!

Я поднимаю взгляд. Сэм кричит, лупя ладошками отца, который уже душит маму.

Всё это не со мной.

Не со мной.

В кабинете вдруг стало так жарко, так душно.

Бабочка сидящяя на стекле может умереть.

Больно.

Очень больно.

Я поднимаю пистолет.

Бам!

Выстрел в сердце.

Отец падает.

Я снова это сделал.

— Сакс, — мама подбегает ко мне, пытаясь дотянуться до моего сознания.

Мир, запахи, вкусы...Страх. Всё резко исчезает. Я концентрируюсь на произошедшем.

Мама забирает у меня пистолет. Её шея в красных пятнах, на коже видня порезы, на руках уже проступающие синяки.

— Слушайте меня оба, внимательно, СЕЙЧАС! САКС! СЭМ!

Мама кричит, привлекая наше внимание.

Сэм плачет. Я молча смотрю.

— Вы сейчас оба куда-то уезжаете. Куда-то где будет народ. Куда-то где смогут подтвердить, что вы там были. ЯСНО? Мы поговорим об этом завтра. Поняли? Будьте рядом с народом. САКС!!!

Мама щёлкает передо мной пальцами, но я прекрасно слышу её. Я сосредоточен. Всё прошло. Я снова я. Бабочка исчезла. В комнате стало холодно, ведь кто-то открыл окно. Может она тогда вылетела?

— Но как ты, он же, он, — Саманта начинает кричать, падая на пол. Ещё чуть-чуть и она начала бы истерить, но мама хватает её поднимая и заглядывая в глаза.

— Он хотел тебя убить. Убить меня. Он врал, манипулировал и избивал! Ничего не произошло. Ничего. Всё нормально. Мы просто спасались.

Мамины глаза находят мои, смотрят пристально, внимательно, будто видят впервые.

— Ты — не он. НЕ ОН. Я всё решу. Вас тут не было, не было, слышишь. Забирай её, уходи. Я позвоню. Сакс, пожалуйста.

Голос сравается, она дрожит, но продолжает выпихивать нас за дверь.

Как и в прошлый раз.

Я не жалею. Не плачу. Не чувствую боли, потери. Я бы сделал так ещё раз.

Я выстрелил в сердце, потому что меня учили стрелять в голову.

И теперь всё, о чём я думаю, это та чёртова бабочка. Может он начал мне внушать?

Звук моего мобильника вывел меня из раздумий как раз в тот момент, когда я подъезжал в бассейну. Сэм уснула прямо в машине. К счастью, на ней не было никаким видимых следов.

— Алло?

— Они забрали его тело. Сняли мои побои. Всё хорошо, слышишь? Я защищалась, выстрелила в него. Побудьте с сестрой там, где вы сейчас, приезжайте позже. Думаю ей тут быть точно не обязательно.

Я отключился, всматриваясь в огни. На улице так красиво.

Ещё один звук, на этот раз смс.

Демоница: "Я скучаю по тебе"

Я тоже скучаю по себе... по тебе. И всю жизнь буду скучать, ведь нам не быть вместе.

И только сейчас я понял, что ножа в моём боку нет, так же как и пореза.

Лилиан

— Где он?

Я встаю прямо напротив Саманты, которая идёт одиноко по коридору. Она как всегда уткнулась в книжку и ничего не замечает, но что-то всё равно неуловимо изменилось. Волосы, она распустила их, а кофта...в +35 никто не будет носить кофту с длинными рукавами. Она носит. Причём с того самого момента, как исчез Сакс.

Хейг говорит, что дело, которое произошло в их семье настолько засекречено, что даже через свои хакерские каналы выяснить ничего не удалось. Возле их дома была скорая и полиция. А потом, просто, пух, и Сакс пропал. Я думала сойду с ума первые два дня, пока Эдриан не придёшь и не сказал, что все ации, все документы и все имущество переписано на Сакс. По причине того, что мистер Райвен отправлен в реабилитационный центр. Не матери, а ему.