— А остальное, думаю, ты прав. Поговорить то поговорю, но вот послушает ли он. Мы гордые, блин. Но попробовать стоит. А насчёт подружки невесты, Эд до сих пор готов убить Ви, и даже думает заказать журналиста, чтобы он осветил именно момент того, как ты выйдешь в платье, которое подготовила тебе его невеста.

— Каком это таком платье?

Я свожу брови на переносице, смотря, как Лилит начинает тихонько смеяться. Змеюка. Ведьма, ну.

Раздаётся негромкий стук в дверь. Мы переглядываемся, и я подхожу к двери в тот момент, когда из своей комнаты выходит Ава. Вся заспанная.

Открываю.

На пороге Ник, с контейнерами. Где-то я это видел, ага, да, пару дней назад.

— Я принёс еду, которую вы так и не съели.

Лилит вскакивает, подходя к парню и обнимает его, пока я забираю пакет.

Бесит. Крайне сильно бесит. Хочется врезать, причём самому себе.

— Спасибо, проходи.

Ник заходит, видит Аву и машет ей, та машет в ответ, прикусывая губу, явно смущаясь. Меня она так не смущается, спокойно щеголяя в своей домашней пижаме. Но только появляется кто-то ещё, как она сразу же бежит приводить себя в порядок. Знает ведь, что я на неё точно не посмотрю...и права. Я всегда теперь вижу только её подружку.

— Расскажешь мне?

— Да, но можно, когда будем вдвоём?

Лилиан поглядывает на меня, пока я упорно делаю вид, что меня это никак не задевает.

— Ребят.

Ава выходит в джинсах и футболке, подходя к нам.

— Вы не могли бы съездить со мной ко мне домой, чтобы помочь собрать кое-какие вещи.

— Да, без б.

Я киваю, поднимаясь с места, хватая ключи с тумбочки. Всё, что угодно, зная, как она боится своего отчима.

— Я не смогу поехать, хочу посмотреть за братом. Ник, ты не мог бы съездить с ними, пожалуйста?

Её "парень" недопарень...кивает.

Мой друг меня не бесит, но вот то, что он так НРААААВИТСЯ Лилиан, ага, раздражает. Неужели она не понимает, что всё это хуйня полная.

— Спасибо.

Ник целует Лил в щёку, пока я, сжав кулаки, выхожу за дверь вслед за Авой.

Сакс

Переступаю порог квартиры, незамедлительно морщась. Пахнет тут чем-то...сырым, тухлым, потным. Оборачиваюсь на Аву, которая заламывает пальцы, поглядывая на нас. Ей неудобно, понимаю, правда, но вряд ли она смогла бы это изменить. Насколько я понял — пыталась.

— Извините, что пришлось Вас просить, я просто...

Она вздыхает, смотря пристально мне в глаза.

— Я просто готова ответить на твой вопрос и признаться, что боюсь его. И нет, он ничего со мной не делал...пока...в плане...ну, сексуальном плане. Но он жесткий человек, заводится с пол оборота и не контролирует то, что вылетает из его рта.

Ник вопросительно переводит взгляд с меня на неё, продолжая молчать. Так он делал всё дорогу до сюда, лишь изредко спрашивал какие-то уточняющие детали. Например, сколько забирать вещей — получив ответ "как можно больше", или как именно так вышло, что она бежит из дома, а не спокойно уходит, тут он получил от девушки вздох. И больше мы не разговаривали.

Я протягиваю Нику сумку, которую захватил из машины, она всегда лежит на всякие нужны. Впервые пригодилась.

— Где твоя комната?

Ава пошла прямо, проходя через комнату с включённым телевизором, показывая нам пальцами и взглядом быть тише, как я понял, она не знала был ли дома её отчим, хотя и говорила, что сегодня он где-то гулял. А потом повернула на право, заходя аккуратно в комнату. Свою комнату.

Она была маленькой, но аккуратной. Видно, что здесь пытались поддерживать частоту и уют.

Некоторые шкафчики были вывернуты наружу, а книги разбросаны, но, казалось, Аву это совершенно не заботит и не удивляет.

— Предположу, что это не ты неряха, а отчим что-то искал, — Ник открывает шкаф, без капли эмоций, бросая вещи в сумку, пока девчонка достаёт чемодан.

— Деньги. Он не может никак понять, что я скорее их на улице спрячу, чем в этом доме.

Отпад.

Первые десять минут мы молча складывали то, на что указывала Ава, я даже увидел пару фотографий с Лил, которые были явно сделаны в их совместной поездке. Девушки на них были на вечеринке, на пляже обе счастливые, улыбающиеся. У Лилиан я заметил серьгу внутри носа, которой теперь нет, да и не было никогда. А так же каре, удлинённое или как там правильно называть это, которое за пол года отрасло. Удивительно, но ей всё шло.

Входная дверь хлопнула. Ава застыла.

— Он же должен был прийти после шести, — она побледнела. Клянусь, стала белее мела.

Мы с Ником переглянулись, перемещясь к двери. Заслоняя собой Аву и готовясь к чему-то, пока сами не понимая чему.

Моя рука сама по себе потянулась к стволу, который я таскал с собой, но быстро опомнившись, не стал этого делать. Это всего лишь мужик, которого мы вырубим с одного маха.

Образовалась гробовая тишина. Мне кажется, словно весь мир замер в ожидании.

— Милая?

Худая женщина, заглянула в комнату, хватаясь за сердце.

— Боже, боже, что...

— Мам, мам, всё хорошо, мам, мои друзья.

Ава быстро схватила женщину за талию, садя на свою кровать, которая заскрипела просто ужасно сильно, мы с Ником вновь переглянулись.

— Мам, мои друзья, мы вещи собираем, я переезжаю.

— Что? Куда? Как? Зачем?

Испуганная мать Авы переводила на нас всех взгляд своих красных глаз, затуманенных. Я так и не понял была она под кайфом или пьяна, а может это уже обычное состояние. Но если Ава не поднимает панику, значит и нам не стоит.

Ник отвернулся к шкафу, а я остался стоять у двери, пытаясь не смотреть на разворачивающуюся сцену. Но комнатка была очень мала, поэтому, весь разговор мы всё равно слышали.

— Мам, я выросла. Жить тут с НИМ больше не..., - девчонка прокашлялась, подбирая слова. — Не...мам, это выше моих сил. Я буду жить со своей подругой, в квартире. Я работаю, учусь, всё хорошо.

Мать Авы кажется не дышит, пока переваривает всё то, что только что сказала дочь. Но в одну секунду её лицо меняется, скулы заостряются, становясь похожими на лезвие, глаза краснеют, а руки сжимаются. Хлоп.

Я делаю резкий выпад, когда Ник хватает меня за руку, останавливая.

— Мам...

Ава прикладывает ладошку к щеке, продолжая смотреть в глаза чудовищу, породившему себя. Я знаю этот взгляд. Я смотрел так на отца, когда ещё давал ему шанс. Когда ещё любил...

— Неблагодарная сука. Жрёшь нашу еду, живёшь в нашей квартире. Тебе даже отдельную комнату выделили, а не заставили спать на диване в гостиной. И вот она благодарность? Уходишь? Ну конечно, лучше расти шлюхой и ходить с такими вот, — она кивает на нас, злобно скалясь. — Чем жить как обычный народ. Сколько вы ей хоть платите? Стоит её тело того?

Теперь она переводит взгляд на нас, и я просто сжимаю всё внутри себя, чтобы не выстрелить этой дамочке в лицо.

— Эта квартира принадлежала папе, а твой "муж" не имеет к ней никакого отношения. То, что ты работаешь и горбатишься на эту свинью, никак не помогает тебе в жизни. Давно бы его выгнала и может у тебя был бы шанс не стать такой, какой ты стала. Я не позволю к себе такого отношения, когда ты была ещё в своём уме, ты говорила мне, что я принцесса и заслуживаю всего того, что в будущем должна получить королева. Если ты забыла, то я нет. Поэтому лучше быть шлюхой и трахаться с ними за деньги, чем стать такой жалкой подстилкой за бесплатно. Ведь получается, что ты ему ещё и платишь, использует твоё тело, и сам же сосёт из тебя деньги. Интересно выходит.

Воцаряется тишина. Оглушительная, давящая.

Рука её матери снова взлетает, но Ава больше не даёт себя ударить, перехватывая ладошку.

— Пока ты учила меня быть принцессой, я стала воином. И я больше не позволю вам себя бить, ясно? Не буду лежать в этой комнате зализывая раны, обрабатывая ссадины. Не буду защищать никого из вас, пока истекаю кровью. Я очень сильно люблю тебя, но ты мне мать, а не я тебе. И я тебе больше ничего не должна.