Они появились на кухне минут через двадцать, когда мы с Евой уже накрыли на стол. Оба с мокрыми волосами и довольные. Анька просто светилась, и такой я ее давно не видел. Возможно, даже никогда.

— Вот теперь доброе утро, — сказала сестра. — Как отдохнули?

— Хорошо, но только под утро рыба клевать начала, — ответил я.

— Надеюсь, ты домой ничего не притащил?

— Нет, Олег Николаевич домой увез.

— А вы чем занимались? — осторожно спросила Ева.

— В клуб сходили, Марка встретили, — ответила сестра.

— Что? — переспросил я и посмотрел на Макса.

Он кивнул головой.

— Макс его отшил, — продолжила Анька. — Вы могли бы не скрывать от меня, что он бандит. Я, может, и дура, но не самоубийца. Молчали, байки какие-то выдумывали.

— Драка была? — уточнил я.

Макс хотел что-то сказать, но Анька его перебила.

— Зачем Максу драться? — почти шепотом сказала она. — Он одним взглядом убивает. Опасный парень.

Анька улыбнулась и с такой нежностью посмотрела на Макса, что защемило внутри. Сестрица влюблена. Он ответил ей таким же взглядом и улыбкой, и немного отлегло.

— Мне ехать надо, — сказал Макс. — Отцу обещал помочь. Вечером давайте на воздух выберемся?

— А куда? — тихо спросила сестра, явно разочарованная тем, что Макс уезжает.

— Есть одно местечко, тебе понравится, — ответил Макс и поцеловал Аньку. — Уехал.

Сестра проводила Макса до двери, он обнял ее, что-то шепнул на ухо, и она засмеялась.

— Кирилл, хватит следить за ними! — одернула меня Ева, и я повернулся к ней. — Сам же говорил, что с Максом она в безопасности.

Я кивнул. Да, так и есть. В безопасности и счастлива, пока он с ней.

Мы проспали с Евой полдня после бессонной ночи на рыбалке. Она лежала на моей руке, и я прижимал ее к себе спиной. Проснулся от того, что волосы Евы щекотали нос, но уходить от нее не хотелось. Она такая теплая, мягкая, пахнет чем-то цветочным и мило сопит во сне. Я бы с удовольствием оставил Еву себе, чтобы каждый день засыпать и просыпаться вместе под одним одеялом.

Дурак был, за деньгами гнался и независимостью, не понимая, что счастье намного ближе и круче. Оно в мелочах — забыть старые обиды, держать за руку того, кто дорог, смотреть в глаза, где сосредоточен весь твой мир.

Я аккуратно вытащил руку, Ева сморщила нос, но не проснулась. Пару секунд смотрел на ее красивое лицо, и вышел на кухню. Анька хлопотала у раковины, мыла посуду, вытирала стол и в целом была нервной и дерганой.

— Ты чего? — спросил я и прислонился спиной к столу рядом с Анькой.

— Убираюсь, — ответила я. — Вечером некогда будет. Макс приедет и… — она остановилась и посмотрела на меня своими большими, в моменте детскими глазами: — Приедет же?

— Конечно, — улыбнулся я, отобрал тряпку и притянул сестру к себе.

Она сначала по привычке напряглась, когда я обнял ее, а потом обмякла.

— Я рад, что ты счастлива, — сказал я и поцеловал сестру в макушку.

— Кирилл… — тихо начала Анька. — Прости меня, что изводила тебя. Я хотела привлечь твое внимание, и не знала как по-другому.

— А ты прости меня, что не замечал этого.

— Давай… попробуем быть настоящими братом и сестрой? — сказала Анька и подняла на меня взгляд.

— Давай. — Я поцеловал сестру в лоб и снова прижал к себе, улыбаясь.

— За последние дни я много, что поняла. И хочу, чтобы ты знал — ты очень дорог мне. Я не держу на тебя зла за детство, за Андрея. Вражда больше не нужна мне, Кирилл.

— Знала бы, как ты мне дорога, сестренка. Я хотел быть хорошим братом, но не понимал, что должен делать для этого. Может, и сейчас не понимаю, но буду просто рядом.

Анька крепко сжала мою спину, под звонок домофона быстро чмокнула в щеку, побежала открывать и замерла в ожидании возле двери. Будь я верующим, сплюнул бы через плечо, чтобы не сглазить ту жизнь, что есть сейчас.

Мы поехали на природу на машине Макса. Девчонки сидели на заднем сидении, что-то активно обсуждали и смеялись. Я слушал смех сестры и пытался вспомнить, когда в последний раз слышал, чтобы она так искренне смеялась. Так и не смог вспомнить.

Я посмотрел на Макса, как он кидает на Аньку взгляд через зеркало и улыбается, и думал о том, что он с ней сделал. Какую кнопку нажал, чтобы превратить вечно ворчащую, недовольную девчонку в тот комок счастья и радости, что сидит позади меня.

Мы поговорили, и мне стало намного легче, с души свалился груз весом в целую жизнь. Я буду рядом, буду не только слушать ее, но и слышать. Не сразу, но мы вылечим друг друга, избавимся от старых привычек и научимся быть семьей. Я верю в это, и сделаю все, что нужно.

Макс привез нас в недостроенный коттеджный поселок на горе, показал какую-то бумажку охране, и нас пропустили. Мы проехали на самую вершину, и остановились возле огромного дома в два этажа.

— Дальше немного пешком пройдемся, — сказал Макс, и мы вышли из машины.

Свежий, прохладный воздух пах прелыми листьями и деревом от стройматериалов. Вокруг — ни души, только мы, вчетвером бредущие куда-то. С горы открывался шикарный вид на реку и лес, а закат был таким красивым, что даже я, человек не романтичный, засмотрелся на него.

Девчонки шли с открытыми ртами, а когда мы оказались на небольшой поляне с двумя качелями ахнули. От открывающихся видов захватывало дух, а воздух был таким чистым, что невозможно надышаться.

Мы расстелили на траве покрывало и сели напротив заката, наблюдая, как солнце садится за горизонт, а небо окрашивается в красно-оранжевый цвет.

— Офигеть! — воскликнула Анька, высказывая наше общее мнение.

— Это еще не офигеть, — ответил Макс. — Вот звезды появятся, тогда будет еще круче.

— А что это за место? — спросила Ева.

— Вот этот коттедж мои родители строят. Это место общее, здесь позже будет забор и площадка.

Макс не соврал — как только небо покрылось звездами, вид стал намного красивее. Они казались так близко, что можно было дотянуться рукой. Девчонки сначала любовались небом, а потом убежали на качели, оставив нас с Максом вдвоем.

— Мы поговорили с Анькой, и решили прекращать войну, — сказал я. — Не знаю, что ты с ней сделал, но… спасибо.

— Я ничего не сделал, она сама все поняла. Не будешь дураком — не испортишь это.

Я лишь кивнул, понимая, насколько хрупко доверие. Как сложно его добиться и легко разрушить всего одним словом.

На мой телефон пришло уведомление, я открыл приложение и внутри все застыло. Обернулся на девчонок и снова посмотрел на Макса.

— Задание от Марка пришло.

— Что там? — Макс заглянул в экран.

Я нажал на ссылку, пробежался глазами и чуть не выронил телефон. Отдал Максу, и тот читал несколько раз, хмурясь с каждым разом все сильнее и сильнее.

— Втереться в доверие к женщине, чтобы разузнать информацию или встреча с Аней? Серьезно? — тихо сказал Макс, сжал телефон и вернул его мне.

Тут же пришло второе уведомление, и я открыл его.

— Предоплата пришла, — сказал я.

— Вот же хитрый… падла.

— Он дал мне выбор, какой из своих женщин пожертвовать…

— Обиделся, видимо, после нашей встречи в клубе.

— И что теперь делать? — тихо спросил я и снова обернулся на счастливых девчонок.

— Думать, Кирюх, надо думать.

— Я не могу так поступить с Евой.

— А с Аней можешь? — резко спросил Макс и повернулся ко мне.

— Нет, конечно! О ней и речи не идет.

Макс смотрел на реку, думая о чем-то своем. Анька, словно почувствовав его настроение, бесшумно опустилась рядом, и сразу оказалась в кольце его рук. Макс крепко, но бережно прижал сестру к своей груди, не отрывая взгляда от мирного речного течения. Я был внешним зрителем их тихого, спокойного счастья, и понимал, что выбор только один: подставить себя. Я не мог даже представить, как ради денег изменяю Еве или рискую безопасностью сестры. Они обе не заслуживают это, а что будет со мной — уже не так важно. Главное — их счастье, их безопасность и мир.