Я тогда еще отходил от разрыва с Евой, и наши отношения с Анькой испортились хуже некуда. Срывался на ней, пытался винить всех, но не себя. Сестра выдерживала мои нападки, возможно, понимала, что мне тошно. Рядом постоянно крутился Андрей — с ним я дружил с первого курса, и он всегда мне казался нормальным. Сестра ему нравилась давно, но она была холодна к нему. Он делал попытки, общался с ней, звонил, пытаясь пробить стену.

А потом я сорвался на Аньке при Андрее. Вышло случайно и по-дурацки, но сестра со слезами убежала из дома. Андрей пошел за ней, и вернулись они только часов через пять. И Анька, наконец, сдалась. Может, поддержка его помогла, может, нуждалась в защите от брата-идиота. Влезла в отношения, и стала счастливой. Два месяца она порхала и улыбалась, даже не держа на меня зла за мое поведение. Я успокоился, радовался за нее и тихо завидовал. Мы наладили с сестрой отношения, по крайней мере перестали гавкать друг на друга, достигнув хрупкого перемирия.

Оно действительно оказалось хрупким — рухнуло в тот самый вечер, когда Анька ворвалась ко мне в комнату с криками. После этого стало еще хуже, чем было. Только теперь не я срывался на ней, а она на мне.

Под гул собственных мыслей я не заметил, как мы с Максом приехали в городской парк и заняли место на лавочке в тени деревьев. Вокруг бегали дети, гуляли парочки и семьи. После дождя пахло сыростью и прелыми листьями, а прохладный воздух заставлял поежиться. Пожалев, что не надел теплую кофту, я еще раз посмотрел фотографию человека, которого мне нужно было отследить, и посмотрел по сторонам.

Казалось, ничего необычного. На первом задании я два дня фотографировал какого-то мужика возле входа в офисное здание. Кому и для чего это нужно — я не знал, но выполнил все, как полагается. Теперь мне нужно было снять встречу женщины и мужчины, и здесь можно подумать, что это любовники. В голове снова мелькала успокаивающая мысль — может, этот Марк работает в детективном агентстве? Никакого криминала, все честно и законно. Ну или почти законно, учитывая, что за слежку и съемку можно получить хороший срок.

Макс толкнул меня локтем, и я быстро переключился с мыслей на зрение. В парке гуляла парочка — немолодые мужчина и женщина, держась за руки. Я сделал несколько фотографий, и мы медленно пошли за ними. Молча брели по тропинке, и когда парочка обнялась, я сделал еще фото. Сразу отписался Марку, что задание выполнено, и мы пошли обратно.

Мы прошли мимо детских аттракционов, киосков с попкорном и сладкой ватой. Запах навевал воспоминания о детстве, о совместных с родителями прогулках. О тех временах, когда не было проблем, кроме назойливой младшей сестры, требующей много внимания. Мимо пробегали дети с воздушными шариками, громко смеясь. А потом навстречу нам вышла семейная пара, и я пригляделся к троице. Сердце рухнуло вниз от волнения. Они тоже узнали меня, и я приближался к ним с улыбкой.

— Привет, — сказала Ева, и я кивнул ей.

— Здравствуйте, Елена Викторовна, — сказал я матери и пожал руку отцу. — Как у вас дела?

— Да вот гуляем, — ответил Олег Николаевич. — Как учеба, родители?

С родителями Евы у меня всегда были хорошие отношения. Они замечательные люди и, несмотря на свой достаток, не было в них величия или брезгливости по отношению ко мне или Аньке. Я спокойно приходил к ним в гости, пил с ними чай на их огромной кухне, и они всегда разговаривали на равных. Пару раз мы катались с отцом на рыбалку, маме помогал копать огород, и за короткий срок они стали мне практически роднее собственных родителей.

— Все в порядке, — сказал я.

— Ты заходи, — сказал отец. — Не к Еве, ко мне. На рыбалку сгоняем. А то сестра твоя у нас часто бывает, а ты нет.

— Да неудобно как-то, — ответил я и посмотрел на Еву.

Без косметики, с хвостиком на голове, в обычных черных джинсах и сером худи она выглядела ничуть не хуже, чем в тех платьях, что она носит в клуб. Ее голубые глаза как магниты, притягивают взгляд настолько, что трудно оторваться. Я сразу вспомнил сегодняшний сон, где Ева лежала рядом со мной, а я не мог насмотреться на нее.

— Неудобно суп вилкой есть, а все остальное ерунда, — отреагировала мама.

Я посмотрел на нее и улыбнулся. Они с Евой, как сестры. Елена Викторовна в свои сорок с хвостиком выглядит на двадцать, и по красоте не уступает дочери. Ни одной морщинки, ни седого волоска, ни лишнего веса. Стройная, высокая, с прямой осанкой, она наверняка ловит кучу мужских взглядов на себе.

Ева с интересом и легкой улыбкой взглянула на Макса и стало понятно, что она в курсе ночного приключения сестрицы. Еще бы! Если кто и знал об Аньке все, то это Ева. Она дружат с первого курса, и я ни разу не слышал, чтобы они ссорились или у них были другие подруги. Все время вдвоем, вместе, либо на телефоне.

— Я спиннинги новые купил, ты должен попробовать, — добавил Олег Николаевич. — Пока в конец не похолодало, надо ехать.

— Хорошо, уговорили. Рад был увидеть вас, — сказал я и попрощался со всеми.

Мы с Максом двинулись дальше, но я не удержался и обернулся. Ева шла позади родителей и смотрела по сторонам, а я так хотел, чтобы она тоже обернулась. Даже подумал, что, если сейчас она посмотрит на меня, я попробую добиться ее снова. Но она не обернулась. И я воспринял это как знак.

Макс привез меня домой, и я предложил ему поужинать вместе у нас. Знал, что наверняка он захочет увидеть сестрицу, а мне было это на руку. После утренней речи Макса я понял важную вещь — я ошибался в нем. Я давал ему зеленый свет на отношения с Анькой, а он отказался. Даже несмотря на то, что она нравится ему, что более, чем очевидно.

Анька пряталась в своей комнате, и не выходила к нам. Это тоже странно, хотя они вчера с Максом так мило беседовали за столом. Но решила выбрать прятки, а я не лез. Мне она все равно не расскажет, даже под пыткой.

Но она появилась позже, когда мы болтали с Максом обо всякой ерунде. Даже не появилась, а влетела в кухню, одетая в штаны и футболку. Очередной бунт или что?

— Макс, какого хрена? — заявила она с порога.

Судя по его удивленному взгляду, он был не в курсе какого.

— Ну ладно я не спрашиваю, откуда у тебя мой номер, но зачем ты его раздаешь! — возмущалась сестра.

— Не понял, — сказал Макс. — О чем ты?

— Мне написал твой дружок, Марк этот!

Мы совершенно непроизвольно переглянулись с Максом, и не знаю, как у него, но у меня внутри все похолодело.

— И что он тебе написал? — тихо спросил я.

— Встретиться предложил.

— А ты?

— А я написала, что подумаю, — она пожала плечами. — Я просто не понимаю, зачем, Макс? По-моему мы вчера все решили, лезть я к тебе не буду.

Макс посмотрел на меня, а я знал, что здесь возможны только два варианта: признаться или согласиться с мнением Аньки. И выбрал третье: молчать.

— Сразу говори, скольким ты еще дал мой номер! — злилась сестра. — Как неугодную собаку сбагрить решил? Мог бы в лицо сказать, чтобы я отвалила, а не поступать, как трус!

Макс молчал, но его взгляд, нацеленный на меня, прожигал дыру. Анька, не дождавшись ответа, ушла к себе и хлопнула дверью.

Макс тоже сразу ушел, не проронив ни слова. Я долго сидел за столом, проклиная себя во всех местах. Надо было просто сделать несколько шагов до комнаты сестры и рассказать ей все, но я не мог. Не мог признаться в том, что я, старший брат, обязанный защищать, подставил ее. И был только один выход, который на тот момент показался мне самым подходящим.

Я вышел из квартиры и сразу набрал номер, договариваясь о встрече и не давая себе возможность передумать. Через десять минут я уже ехал в такси, еще через столько же брел по пустынной улице мимо домов.

— Что случилось? — раздалось за спиной, и я обернулся.

— Прогуляемся?

Ева закрыла ворота, и мы медленным шагом двинулись по тропинке. Не так я себе представлял нашу встречу вдвоем, но ничего другого я придумать не смог.

— Ев, ты наверняка знаешь, что Аньке сегодня парень написал, — начал я, тщательно подбирая слова.