Сидевшие на присмотренном олой Лайсой месте торговец, трое приказчиков, боцман, суперкарго и пара весёлых и заметно пьяных девиц поначалу возмутились при обращении к ним кабатчика, но тут же, увидев четверых олов, на которых тот им показал, поспешили, собрав свои еду и выпивку, пристроиться по другим лавкам.

Вскоре Андрей со своими новыми знакомыми занял освободившийся стол. Эверин, усаживаясь, небрежно бросил владельцу «Акульего плавника» мелкую золотую монету имперской чеканки в десять оборов, трактирщик ловко её поймал.

— Как обычно? — спросил.

— Да, только нас теперь четверо, — напомнил адепт воды и, когда Бочка откатился выполнять заказ, поинтересовался у Немченко: — Какой судовладелец у нас такой богатый, что может позволить себе нанять ола командиром абордажной команды?

— Как нам не хватало огневика в этом последнем плавании, кто бы знал, — мрачно усмехнулся ол Гервус.

— Да ладно, — поморщилась адептка воздуха. — Справились ведь.

— Угу, — кивнул Гервус. — Только теперь половину платы придётся на восстановление судна пустить, а все наши расчёты на покупку нового брига можно утопить в Куварской впадине. Анд?

Андрей пожал плечами.

— Я не был в составе команды, здесь по делам просто.

Троица магов его удивила. Очень часто олы, особенно водники и воздушники, нанимались на корабли, но ему редко приходилось встречать тех из них, кто сам владел судном, и ни разу ещё не слышал, чтобы в экипаже имелось сразу трое одарённых. Это ж какие грузы должно доставлять судно? Не иначе, золото или драгоценности. А ведь, похоже, так и есть. Что это за шкатулка, которую водник и воздушник поставили на лавку между собой? Явно ведь какой-то дорогостоящий товар. И, судя из контекста их слов, кто-то пытался этим ларцом завладеть.

— Вот так вот просто? — удивился старший из магов, переглянувшись с товарищами, тоже посмотревшими на молодого огневика с недоумением. — Заплатил деньги за проезд и всё?

Да, с их стороны ситуация была странной. Проще ведь заключить контракт на рейс, и не только не оплачивать проезд, а ещё и заработать. К тому же, ведь подвергнись корабль нападению, в стороне остаться было бы сложно.

— Я по суше сюда прибыл, — пояснил Великий Анд, нисколько не соврав. — Дело есть к местным правителям. Не подскажете, кто тут сейчас главный и где его можно найти?

— О, это тебе с нами повезло, — сообщил адепт воздуха. — Мы, как поедим, туда и направимся. Проводим заодно, если пожелаешь. Местные олы раз в два года переизбирают Совет республики, правда уж лет пять, как одних и тех же. Главой Совета ол Пирвус, мы по его поручению кое-куда плавали, и теперь он нам кое-что должен. Бочка, — обратился он к вернувшемуся с керамическими тарелками трактирщику. — Вон наши люди уже спускаются, рассади их.

— Всё сделаю, господин, — пообещал тот расставляя перед каждым олом миски из более дорогого материала, чем обычные глиняные, деревянные или оловянные. Серебро, понятно, в портовой таверне не поставят даже королям, в виду отсутствия и такой посуды, и монархов, последнего здесь олы свергли ещё лет сто пятьдесят назад, установив магическую республику. — Места есть. Кардалья уже дожаривается, сейчас принесут.

Вскоре действительно к двум кувшинам вина и блюдом с твёрдым как копыто тонко нарезанным сыром подали полный с горкой квадратный противень с прожаренной до золотистой корочки рыбы, той самой кардальи, сильно похожей на черноморскую барабульку из родного мира Андрея. И на вкус оказалась почти такой же. Даже удивительно, всё-таки здесь северное море, холодное.

Разговорились, но Немченко больше молчал, давая возможность выговориться своим новым знакомым. Когда-то в прошлом читал, как тщательно подбирали космонавтов для длительного пребывания на орбите в плане возможности долго терпеть общество друг друга.

Взаимное нахождение в относительно небольшом пространстве достаточно длительное время может вызвать озлобление даже между самыми близкими людьми. Понятно, морской корабль не космический, и помимо олов там полно и других членов экипажа, и всё-таки, Андрей прям чувствовал, как обоим мужчинам и девушке приятно встретить свежего собеседника одного с ними статуса.

О том, кто он на самом деле, Великий Анд сообщать не спешил, тем более, что его особу пару раз краем задели в разговоре, правда, посчитав слухи о новом Великом слишком преувеличенными.

— В портах и не такого услышишь, — усмехнулся ол Эверин. — Ладно, друзья, давайте ещё осушим наши кубки. С тем же, кто передал про нас информацию, пусть Пирвус разбирается.

Похоже, его новые знакомые еле спаслись. В подробности целей своего плавания не вдавались, но о четырёх пиратских нападениях, которым подверглась их бригантина рассказали довольно подробно, больше споря друг с другом, насколько те или иные их действия были оптимальными.

В половине случаев им удалось ловко уйти от преследователей, не вступив в бой, правда в одном из них пришлось уходить почти к самому северному полюсу, даже полярные льды наблюдали на горизонте.

Немченко узнал, что бригантина, с её мощным парусным вооружением, да ещё и с тремя олами водной и воздушной стихий, самое быстроходное судно из тех, что бороздят просторы гертальских океанов, тем не менее, дважды их зажали.

Для пиратов оказалось неожиданностью наличие на борту сразу трёх магов, да ещё и обеспеченных Советом республики большим количеством боевых амулетов. Так что, новые знакомые ола Рея прорвались к Тристу, отправив на дно одну вражескую шхуну, два галеона и обратив в бегство бриг и каравеллу, основательно их потрепав. Однако и их кораблю сильно досталось. Получили несколько пробоин, еле-еле добрались до порта, едва не разбившись о скалы Нотенских островов во время шторма. Такую настойчивость пиратов, не очень свойственной для здешних широт, ничем иным, кроме как знанием морскими разбойниками груза преследуемой бригантины, не объяснить.

— Похоже, вы что-то очень ценное везли, — сказал Андрей и заметил, что взгляды всех трёх олов на миг вильнули к ларцу. — Но меня это не касается. Ох, наелся. Рыба и в самом деле чудо. Кажется, такой ещё не ел, — он выложил на стол серебряную монету номиналом в три обора. — Моя доля.

— Бочка конечно прохвост, но, надо отдать должное, жена у него готовить рыбу умеет лучше всех в порту, — кивнул ол Эверин, тоже отвалившийся от стола и принявший вытирать руки об отрез мокрой ткани, принесённый по его знаку девчонкой-служанкой, обеспечившей заодно этими полотенцами и остальных олов. — А деньги убери, пожалуйста. Всё ж мы пригласили. Не стоит нарушать традиции, особенно тем, кто выходит в моря и океаны.

— Не знал о ваших традициях, — признался Великий Анд.

А ведь в портовом городе несколько лет прожил, считает Нагабин чуть ли не родным. Впрочем, монету убрал в кошель. Для него это пылинка, однако почему-то стало приятно. Поймал себя на мысли, что не сможет вспомнить, когда за него кто-нибудь платил. Всегда он сам, и за себя, и за спутников, если таковые имелись.

Они подождали, пока ол Гервус допьёт вино, члены экипажа уже тоже насытились, и Лайса дала знак боцману, чтобы он и его матросы тоже направились у выходу. Уже перед самыми дверями Эверин отдал ему ларец, и боцман бережно завернул его в вынутую из сумки тряпку, но убирать не стал, так и понёс в руках, заняв позицию на пару шагов впереди олов. Трое матросов их команды двинулись первыми, грубыми тычками разгоняя толпу. Если кто-то из встречных и был такими действиями возмущён, то постарался этого не показывать.

По набережной прошли шагов двести и повернули к воротам. Там им самим пришлось пропустить процессию из двух паланкинов, в каждом из которых восседали важные, вельможные олы, и десятка наёмников охраны.

Зато за воротами стало резко свободней. Каменная дорога пошла резко в гору. Собственно, благодаря такому рельефу Тирст выглядел на удивление чисто для портового города. Потоки воды при неплохо устроенной ливнёвке во время дождей смывают грязь, мусор и нечистоты в океан.