Силина же аккуратно подняла двумя пальцами его мачете и протянула мне:

— Взгляни своим оракулом.

И тут всё встало на свои места:

[Мачете кровожора]. Редкое оружие. При нанесении раны противнику, вся вытекающая из него кровь усваивается владельцем оружия. Устойчиво к кислоте и огню.

Я расхохотался и повторил услышанное от оракула для остальных.

— М-м-м, не поняла, — ответила Силина.

Но понял Варгал. Я до этого никогда не видел смеющегося кота, но это был именно он.

— Мачете поглощает чужую кровь. А у Деменса кровь кислотная, — пояснил за меня перевёртыш.

Тут до Силины дошло, и она тоже усмехнулась:

— Ну. Если бы он не сражался столь бездумно, возможно, не загнал бы себя так.

Не знаю. Нарочно дроу кинула камень в мой огород или случайно, но после её слов мне стало уже не столь весело.

— Ладно, — махнул я в сторону безногого щитоносца. — Я тут нам одного языка добыл. Пойдёмте развязывать.

Аска с трудом подняла тяжёлые, будто привязанные к кирпичам, веки. Нещадное южноамериканское солнце хоть и собиралось вскоре скрыться за горизонтом, но всё ещё по-прежнему палило непривыкшую к таким курортам девушку.

Обычно после такой дозы солнечной радиации и ультрафиолета люди беспокоятся о грозящих им ожогах. Но когда ты висишь приколоченный ржавыми гвоздями к деревянному кресту, солнечные ожоги — это последнее, о чём ты будешь беспокоиться.

Они висели так уже третий день. И повышенная, по сравнению с обычной, выносливость лишь продлевала их мучения. На второй день, когда жажда уже начала настырно скрести где-то в горле, Аска перестала смотреть на труп Эни с сожалением. Деменс порою говорил о смерти, не как о чём-то ужасном, а скорее, как об избавлении, прекращении страданий.

Первой от страданий избавили именно начинающую порталистку, так как никто не захотел заниматься её ранением.

«Хорошо, что Варгал этого не видит», — подумала Аска. — «Интересно, что там с ним?»

Целительница радовалась, что хотя бы троим из них удалось уйти. Она не надеялась, что выжившие придут за ними. Трое одарённых вряд ли смогут вырвать остальных из лап Мадре Негра.

Скрыться в той части бездны казалось хорошей идеей. Спецотряды МОППС не столь смело ходили через храмы обеих Америк. Так что, можно было выдохнуть и собраться с силами. Им так казалось. Но проблема в том, что правительство южноамериканских стран — это не основная власть в регионе. Эту самую власть им приходится делить с другими вооружёнными группами. Конечно же, речь идёт о многочисленных преступных группировках.

Мадре Негра — это не просто клан одарённых. Это выкованная в междоусобных стычках единая организация наркокартелей. Привыкшие к власти денег и оружия старомодные наркобароны слишком поздно осознали, что Земля вошла в новую эпоху, где источником силы становятся не деньги, а бездна. Но один из наркоторговцев, теперь называющий себя Падре, осознал это раньше всех.

Каким-то образом он не только обрёл класс, навыки и даже малого оракула, снабдив всем этим доверенных людей. Но также он сумел наладить новые каналы транспортировки через бездну уже не только запрещённых веществ, но и ресурсов, добываемых там же.

Очень быстро он подмял под себя остальные, даже самые крупные картели, организовав их в единую сеть. Центром которой стал его клан — Мадре Негра, сейчас занимающий самую верхнюю строчку в рейтинге, после стремительного падения Проклятых.

И вот кто бы мог подумать, что, поселившись на пути одного из их основных каналов транспортировки, Проклятые привлекут к себе нежелательное внимание. Они были не единственным кланом, скрывавшимся в недрах бездны. Вот только они в то время были единственным кланом, находящимся в топе рейтинга. Пока [Гнев бездны] не выкачал из них все соки.

Поначалу всё было относительно мирно. К ним пришли какие-то люди с предложением присоединиться к Мадре Негра. Взамен Падре обещал прикрыть Проклятых от внимания властей и МОППС.

Аска ожидала такого визита. Локи со своими разведчиками уже видели таких бегунов от Падре, пытающихся вербовать одарённых. Но, естественно, никто из Проклятых не захотел идти под крыло каких-то мутных персонажей. Поэтому посланникам Падре был дан вежливый отказ.

— Мне не отказывают, — после скалился прямо в лицо целительнице глава Мадре Негра. Сразу после того, как их захватили в улье.

«Ох, если бы не этот грёбаный [Гнев бездны]! Мы бы вам показали, что такое настоящий отказ!» — сокрушалась про себя Аска.

Но почему-то их не убили сразу. Вместо этого их провели через странные тоннели, и теперь Аска видела самое настоящее земное солнце. Вот только как? Они ведь не проходили через Чёрный Храм.

Но факт оставался фактом. Сейчас все они находились на поверхности. В явно рукотворной небольшой низине, надёжно скрытой от взгляда со стороны. И, кроме всего прочего, выглядело это место каким-то объектом поклонения. А ещё местом проведения кровавых ритуалов.

Первыми на алтарь взошли «мопсы». Исписанный некромантскими узорами в одной набедренной повязке мужчина приносил в жертву какой-то их богине одного солдата за другим.

Затем были непонятно откуда взявшиеся здесь дроу. Правая рука Падре — некромант по имени Кабалер лично занимался пленными. Принося в жертву мужчин, женщин, детей, он заодно постепенно пополнял свою армию зомби.

Но сегодня у картеля намечался праздник. Пришёл черёд казни самих Проклятых, из которых были выкачаны практически все силы. Даже члены «второго круга», которые изначально не попали под воздействие [Гнева бездны], были иссушены одним из одарённых Падре.

Надежды не было. Всю низину заполонили бойцы картеля. От рядовых солдат без способностей, вооружённых пусть и дорогим, включающим новейшие разработки МОППС, но всё же просто огнестрельным оружием. Заканчивая верхушкой клана.

И Аска всё не могла понять, откуда же для них столько чести. Ну не могла столь серьёзная группировка так радоваться простой казни над непокорившимся кланом. Должно было быть что-то ещё.

Солнце уже клонилось к закату, обещая наступление сумерек. Но Мадре Негра не торопились.

Кабалер готовил какие-то свои некромантские ритуалы, попутно вознося похвалы каменной статуе, возле которой находился алтарь для жертвоприношений. Он самозабвенно вещал о своей богине, которая, наконец, получит жертву, ей причитающуюся, и одарит Мадре Негра чем-то очень хорошим. Настолько хорошим, что будет им всем счастье и благодать.

«Бредни фанатиков», — измученно выругалась себе под нос висящая рядом Дина.

И данное неуважение не укрылось от внимания Кабалера. Он прервал свой одухотворённый спич и подошёл к магичке, хватая её за нижнюю часть лица.

Поднеся нож к её горлу, некромант выдохнул, страшно выпучив глаза:

— Я сделаю из тебя секс-куклу для бойцов клана. Ты будешь тёплой и податливой.

Сказав это, он облизал её лицо под довольный смех окружающих.

— Не тронь её! — зарычала Аска из последних сил.

Кабалер перевёл на неё взгляд и усмехнулся:

— Иначе что? Что ты мне сделаешь, будущий труп?

На этих словах он схватил целительницу за волосы и откинул голову назад, лаская её шею своим клинком.

Но Аска не испугалась. Злобно вытаращив глаза в ответ, она оскалилась:

— Смерть — это не конец, некромант. Клянусь, я достану тебя и с того света.

— Какие смелые слова, девчонка, — лишь рассмеялся Кабалер. — Ты будешь смотреть, как умирают твои друзья. Тащите этого на алтарь!

Его нож указал в сторону Соника. Разведчика из группы Локи. Худощавый парень с серыми взлохмаченными волосами был тут же снят с креста. Ему в рот вставили кляп, а руки завели за спину.

— С-суки! — прошипел Локи, глядя на то, как его человека растягивают на алтаре.

Соник пытался кричать через забитый рот, но наружу выходили лишь приглушённые стоны. Один миг, и его расширенные от ужаса глаза тускнеют, а веки приопускаются, когда нож Кабалера входит в его живот и, продвинувшись чуть выше, доходит до грудной полости.