Никел, несмотря на свой возраст, был очень смышлёным. Поэтому лишние объяснения не потребовались.

Незаметно даже для меня он оказался на моей спине, скрываясь за широкими плечами. Я же, как бы невзначай, подошёл к вездеходу и сделал вид, что копаюсь в его багажнике.

— Всё ещё смотрят?

— Да, — подтвердил наш маленький лазутчик. — Вот только внимание это какое-то странное. Будто неосмысленное.

Выяснять, что он имеет в виду, уже не было времени. Я медленно снял со спины секиру и опять как бы невзначай положил рядом в багажник.

— Сейчас я рвану. Корректируй моё направление и… держись крепче.

Когда Никел подтвердил готовность, я что было силы ринулся в сторону скалистой стены.

— Чуть левее! — воскликнул Никел мне на ухо.

Я скорректировал направление движения. Вот только бежал я ровно в стену. И если бы Никел за пару метров до столкновения не крикнул: «Они впереди!» Возможно, я бы и остановился. Ну а так пришлось выставить левое плечо чуть вперёд, как бы вышибая дверь, и врезаться прямиком в гору.

— Держись! — воскликнул я, надеясь, что если сам и расшибусь, то хотя бы он не пострадает.

И что тут можно сказать? Никел был прав. За нами действительно наблюдали. Стоило мне хорошенько приложиться к стенке, как она тут же пошла трещинами и лопнула, как кусок массивного стекла.

Я тут же налетел на человека в чёрной униформе МОППС, ломая тому хребет, и пробежал ещё пару шагов уже по инерции. И это было как раз кстати. Потому что моппсовец тут был не один.

Ещё трое солдат ощетинились копьями, и именно этот факт и заставил меня действовать жёстко. Не само сопротивление, а применяемое оружие. Во-первых, я ещё не видел, чтобы МОППС пользовались артефактами. Но это ладно. Больше всего меня смутило то, что это были одинаковые копья — типичное оружие простого ополченца. Прокачанные одарённые ими, конечно, пользуются, но не вся группа сразу. И явно неодинаковыми. А значит, эти им кто-то выдал. И я голову мог бы дать на отсечение, что это не какая-то государственная структура. Ну а даже если я и ошибся, разбираться будем потом. Как говорится, лучше выстрелить, перезарядить, а потом ещё раз выстрелить. Чем спрашивать в подозрительную темноту «кто там?»

[Вихрь] тут же разобрался с окружившей меня троицей, и вскоре я обнаружил, что противников рядом не осталось.

— Никел? Ты где? — заозирался я по сторонам, вспомнив, что я, вообще-то, должен был здесь быть не один.

Но к моему ужасу ответа не последовало. Я заметался по какой-то пещере в поисках мальчика, но так и не смог его найти.

— Да где же ты⁈ — тихо выругался я.

Но тут я понял, что секиру я всё ещё держу в руках, а подвес имеет какой-то странный вес. Я стянул его со спины и поднёс к глазам. Дроу висел на подвесе, уцепившись за него руками и ногами, как котенок за ветку дерева. Глаза его были зажмурены, а уши прижаты.

— Ты чего молчишь? Эй! Я тебя спрашиваю!

Мальчик, наконец, пришёл в себя и неуверенно открыл глаза.

— Я не испугался! — внезапно воскликнул он, заметив лежащие вокруг трупы.

— Правда? Ну ладно, — усмехнулся я.

К этому времени в пещеру уже забежали остальные. Рассел и Майк присели возле убитых «мопсов», и я заметно напрягся, потому что их лица не предвещали ничего хорошего.

Но обстановку, сама того не осознавая, разрядила Силина, задав вслух риторический вопрос:

— Откуда здесь зомби⁈

— Зомби? — недоверчиво переспросил Майк.

— Да. Они мертвы уже несколько дней как. А вот такие знаки используют некроманты для поднятия мёртвых, — танцовщица указала пальцем на странные начертания на телах.

Американцы заметно расслабились, и я выдохнул, а ко мне подошёл Варгал с вопросом:

— Как ты понял?

— Это не я. Это он.

Я вытянул перед собой Никела, держа за шкирку, снова как котёнка.

Варгал хмыкнул и сказал что-то вроде того, мол, не зря мы всё-таки детей взяли с собой.

— Это из нашего отряда, — внезапно заявил Рассел, осматривая трупы. — Его я знал. Это Стивен. У него жена и дочка.

В голосе рейнджера чувствовалась горечь, но я не стал разводить сопли. Они были солдатами, которые знали, на что подписывались. Так что сейчас надо было не рефлексировать, а понять, что вообще происходит. И что это за тоннель, ведущий вглубь горы?

На этот вопрос было решено ответить уже по ходу дела.

— Я иду впереди. Варгал бери детей и иди в конце. Если что, сматывайся с ними к вездеходу.

— Думаешь, сейчас будет разумно действовать в лоб? — засомневался перевёртыш.

— Ну, извините, — развёл я руками. — Призрака у нас сейчас нет.

— Призрака нет. Зато есть лазутчик, — многозначительно заметил Варгал, и все уставились на Никела.

— Ну, уж нет! — Запротестовала Силина.

Все, конечно, задумались, но переубеждать её никто не решился. Всё-таки речь шла о том, чтобы отправить в неизвестность ребёнка.

Но спорить с ней внезапно начал сам ребёнок:

— Я смогу! Я тоже хочу помочь!

— Это не обсуждается! — строго отвечала ему Силина. — Там слишком опасно!

— Они увели наш клан! Я хочу их спасти! — настаивал на своём мальчик.

И как бы не претила мне эта мысль, но отправить туда хоть такого разведчика было лучше, чем прыгать в неизвестность. И ладно бы речь шла только о нас. Проблема в том, что мы рисковали жизнями пленников. Но тут Никел сумел сам поколебать уверенность Силины:

— Если вдруг что, я смогу использовать [Подмену]!

Заметив, как Силина не нашла что ответить, я решил уточнить:

— Что за подмена?

— Мой активный навык, — пояснил Никел. — В случае опасности я могу поменяться местами с кем-нибудь из вас на расстоянии сорока метров.

— Звучит недурно, — заметил Варгал.

Конечно, пришлось ещё немного поуламывать Силину, давя на то, что Никел действительно был талантливым лазутчиком для своих лет. Даже ко мне он сумел незаметно подобраться.

— С твоей мудростью к тебе сможет незаметно подобраться даже болотный топотун, — фыркнула Силина.

Но это было скорее для проформы. Единственным неприятным моментом было то, что для использования подмены на живом существе, нужно было скрепить согласие, соединившись друг с другом кровью. А у меня кровь кислотная.

— Видимо, в бездне ничего не знают про ВИЧ, — заметил Варгал, глядя на то, как мы с Никелом касаемся друг друга кончиками предварительно уколотых указательных пальцев.

Небольшой ожог не особо повредил мальчику, зато теперь он был в большей безопасности.

— Давай, — приободрил я нашего разведчика. — Я сразу за тобой. А остальные за нами.

Тоннель поначалу вел просто вглубь горы. Но довольно скоро я начал ощущать заметный подъём вверх. Радовало только то, что никаких врагов по пути встречено не было. Вот только до определённого момента.

По ощущениям, где-то через час я заметил, что Никел вышел в обширную пещеру с довольно ровным полом. Предчувствие заставило меня быстрее побежать за ним, но было уже поздно. Одна бездна знает, как этот лазутчик не попался на глаза целой группе, только что спустившихся сюда людей.

Было их семь человек. И все были одарёнными разной степени силы. Выглядели они довольно разномастно, как и положено одарённым. И в отличие от «мопсов» с ног до голов были обвешаны артефактами бездны, игнорируя огнестрельное оружие. Но самое интересное было то, что у всех у них были малые оракулы.

Большинство из этих людей, хоть и были одарёнными, но по уровню сил меня не особо впечатлили. Редкий ранг характеристик — максимум. Но их вожак уже был куда интереснее. Разгуливающий с голым торсом худощавый, но очень жилистый латинос с выбритым черепом и густой бородой. Доминантные характеристики — ловкость и выносливость, а класс — головорез.

Вот уже, где класс полностью подходил под внешний вид. И оружие у него было соответствующее — внушительное мачете, измазанное кровью. Где он уже успел его обагрить, непонятно. Но, кажется, сам металл клинка постоянно кровоточил в его руке.