— Я хочу увидеть рассвет. Не тот, который жжет глаза. Обычный. Серый. Скучный.

— Это все, чего ты хочешь?

— Нет.

— А чего еще?

Он посмотрел на меня.

— Я хочу, чтобы ты была рядом. Когда этот рассвет наступит.

Я молчала.

— Это не план, — сказала я наконец.

— Это обещание.

— Ты бог. Бывший. Ты не должен ничего обещать смертной.

— А я и не обещаю. Я просто говорю, чего хочу.

— Сентиментальный идиот.

— Я в курсе.

Ночь. Костер трещал. Тихон спал у меня на коленях.

— Кайан.

— М?

— Спасибо.

— За что?

— За то, что не дал мне умереть там. На дороге.

— Ты не дала мне умереть в храме. Мы квиты.

— Я не хочу быть квиты.

— А что ты хочешь?

Я закрыла глаза.

— Не знаю. Может, просто знать, что ты есть.

Он взял меня за руку. Теплую. Живую.

— Я есть. И никуда не денусь.

Утром нас разбудил Тихон. Кот умывал нас обоих. Шершавым языком.

— Он нас за людей не считает? — проворчал Кайан, отмахиваясь.

— Привыкай. Ты теперь часть стаи.

— Я бог. Бывший. Боги не входят в стаи.

— Посмотри ему в глаза и скажи это.

Тихон уставился на Кайана. Тот отвел взгляд.

— Я передумал, — сказал он.

— Мудрое решение.

Мы собрались. Рюкзак оттягивал плечо — золото гремело. Кайан покосился на него.

— Пряности, — напомнила я.

— Боги не носят пряности.

— Ты теперь не бог. Ты — курьер.

— Это понижение.

— Это повышение. Я плачу.

— Ты еще не заплатила.

— Заплачу. Когда доберемся.

Мы вышли из леса.

Впереди была дорога. И Маркус.

Но сейчас — просто дорога.

И рассвет.

Серый. Скучный. Обычный.

Такой, о котором он просил.

Глава 12. Портал в никуда

Нейтральные земли встретили нас серостью.

Небо было низким, тяжелым, без единого просвета. Трава хрустела под ногами, как сухая кора. Даже воздух был другим — пресным, пустым. Ни запаха гари, ни свежести леса. Ничего.

— Мне здесь не нравится, — сказал Кайан.

— Мне тоже.

— Я не чувствую магию. Как будто отрезали часть меня.

— Это пройдет.

— Откуда знаешь?

— Понятия не имею. Но надо же тебя подбодрить.

Он посмотрел на меня. Без улыбки, но тепло.

— Ты жестокая женщина, Эльза.

— Я курьер. Оптимизм не входит в должностные обязанности.

Тихон фыркнул из рюкзака. Кот тоже чувствовал это место — притих, не вылезал.

Мы шли молча. Кайан с каждым шагом бледнел.

— Остановись, — сказала я.

— Не могу.

— Ты упадешь.

— Поднимешь.

— Наглая твоя морда.

— Я бог. Бывший. Наглость — это профдеформация.

Я усмехнулась. Но на душе было паршиво.

Вдруг Тихон зашипел.

Я выхватила нож. Кайан напрягся.

Из кустов вышла Зоя. Грязная. Уставшая. С пустыми руками.

— Не стреляйте, — сказала она. — Я одна.

— Ты с Маркусом? — я не опустила нож.

— Была. Теперь нет.

— И почему я должна тебе верить?

— Потому что я здесь, идиотка. Одна. Без оружия. В нейтральных землях. Ты представляешь, как мне страшно?

Она дрожала.

Я опустила нож.

— Зачем ты здесь?

— Маркус знает про портал. Он вас там ждет.

— Откуда ты знаешь?

— Я была у него в лагере. Слышала разговор.

— Ты работаешь на него?

— Работала, — Зоя скривилась. — Он обещал вернуть мне мужа. Сказал, что держит его в темнице. А потом я узнала, что муж давно мертв.

Она замолчала.

— Как ты поняла? — спросил Кайан.

— Я почувствовала. Магия не врет.

— А теперь?

— А теперь я хочу, чтобы он заплатил. И чтобы вы остались живы.

Она посмотрела на нас.

— У меня никого нет. Ни мужа, ни дома, ни магии. Только вы.

— Жестокая логика, — сказал Кайан.

— Я торговка. Логика — это работа.

Тихон чихнул и прыгнул к Зое на руки. Кот одобрял.

— Ладно, — вздохнула я. — Пошли.

Портал выглядел как дыра в мире.

Он висел в воздухе, мерцая серебристым светом. Вокруг не росло ничего — даже трава обходила стороной.

— Красиво, — сказала я.

— И смертельно, — ответил Кайан.

— Не боишься?

— А есть смысл? Зоя уже сказала, что нас ждут. Это не секрет.

— А вдруг она врет?

— Зачем? Она здесь. Без магии. Без оружия. Если бы хотела нас убить, привела бы солдат.

Я промолчала. Он был прав.

Зоя остановилась в нескольких шагах от портала.

— Дальше я не пойду.

— Почему? — спросил Кайан.

— Моя магия сгорит. Я умру. А умереть я еще успею.

— Как же твой муж? — спросила я. — Ты же сказала, он мертв.

— Думаешь, меня это остановит? — усмехнулась Зоя. — Я хочу увидеть, как Маркус горит. Это не про мужа. Это про меня.

Она посмотрела на Кайана.

— Ты — бог. Ты сможешь его остановить. А я — верю.

— С чего вдруг?

— С того, что он тебя боится. А боги не боятся никого, кроме равных.

Кайан кивнул.

— Не подведу.

— Постарайся.

Она развернулась и ушла.

Мы остались одни перед порталом.

— Что будем делать? — спросил Кайан.

— Идти.

— А если это ловушка?

— Зоя сказала — ловушка. Маркус знает. Но выбора нет.

— Ты всегда так легкомысленно относишься к смерти?

— Я к ней привыкла.

Он взял меня за руку.

— А я нет.

— Привыкнешь.

— Не хочу.

— Тогда живи.

Он усмехнулся.

— Пошли.

Серебристый свет поглотил нас.

А когда рассеялся, мы стояли на другой стороне.

И напротив — Маркус.

— Привет, Эльза. Я же говорил, что найду.

За его спиной было синее, живое небо с облаками. Мы были там, где началось наше путешествие. У развилки.

— Портал замкнул круг, — сказал Маркус. — Вы никуда не уйдете.

Кайан шагнул вперед.

— Ты не сможешь меня удержать.

— Уже удержал.

Он махнул рукой. Из-за холмов вышли фантомы. Десятки. Сотни.

— Теперь вы — мои.

— Что будем делать? — тихо спросила я.

— Драться, — ответил Кайан.

— У тебя нет магии.

— Есть ты.

Он взял меня за руку.

— Ты — моя искра.

— Я — дрова.

— А без тебя огня нет.

— А без меня ты — просто пепел.

— Так давай.

Мы шагнули навстречу.

Глава 13. Пепел и пламя

Фантомы надвигались молча. Это было страшнее криков. Тишина давила на уши, и в ней каждый шаг отзывался в груди.

— Ну что, курьер, — сказал Кайан. Голос ровный, но я чувствовала — он боится. Не за себя. За меня.

— Не называй меня так, — ответила я. — Я уже не при делах.

— А кто ты?

— Та, кто вытащит нас отсюда. Давай, бог. Работай.

— А если я ничего не могу?

— Тогда умрем. Но сначала попробуем пожить.

Он усмехнулся.

Первые фантомы бросились одновременно.

Я ушла в сторону, рубанула ножом по протянутой руке. Нож прошел сквозь призрачную плоть, как сквозь дым, но фантом взвыл — я задела его суть. Он рассыпался, но двое других уже заходили с боков.

— Кайан! — крикнула я, падая на землю и пропуская удар над головой.

Он ударил. Огонь вырвался из его рук — рваный, почти черный в основании, с багровыми сполохами на концах. Волна жара прокатилась по поляне, сшибла трех фантомов. Они загорелись, заметались, но не исчезли — горели, как сухие ветки.

— Бей точнее! — крикнула я, уходя от следующего удара.

— Я стараюсь!

— Мало!

Он зарычал. Огонь стал плотнее, ударил прицельно, испепелил еще двоих.

Но сам он пошатнулся. Схватился за грудь. Из носа потекла кровь.

— Амулеты, — прорычал он, кивнув на солдат за спиной Маркуса. — Они гасят магию. Я чувствую, как она уходит.

— А ты не чувствуй!

— Хороший совет.

— Я тактик.

— Я заметил.

— Тогда слушай, тактик.

Я рванула в сторону, поднырнула под руку фантома, всадила нож в его шею — он взорвался пеплом. Я вытерла лицо рукавом.