— Его личное дело — это угроза для всей империи, Эльза.

— Ты всегда оправдывал грязь светлыми целями.

Я развернулась и пошла прочь.

— Ты не сможешь его защитить! — крикнул он.

— Я курьер. Я доставляю посылки. Это моя работа.

— Эта посылка убьет тебя.

— Тогда хотя бы не придется платить налоги.

Я прыгнула на крышу и побежала.

Кайан молчал несколько минут, а потом его голос прозвучал в моей голове — чуть насмешливо:

— Бывший муж — красный флаг. И опасный.

— Заткнись.

— Я мог бы помочь.

— Ты — камень.

— Обижаешь. Я — бог. Бывший. Но все еще с искрой.

Я добежала до тупика. Стена. Три этажа.

— И что ты предлагаешь?

— Дай мне контроль. На три секунды. Не бойся, я сжег целый пантеон. С этими справлюсь.

— Ты сожжешь полгорода.

— Только стену. И немного пса. Обещаю.

Шаги за спиной приближались.

— Если ты спалишь мой рюкзак, я тебя разобью.

— Договорились.

Я закрыла глаза. И позволила ему войти.

Огонь не обжег. Он вырвался из моей груди — оранжевыми змеями, ударил в стену, растопил ее, как воск, и выжег круг перед преследователями.

Люди Маркуса отшатнулись.

Никто не пострадал. Кайан сдержал слово.

А потом мир покачнулся, и я провалилась в темноту.

Очнулась я в ночлежке. Тихон сидел у меня на груди и дышал в лицо рыбой.

— Спасибо, родной.

— Очухалась? — голос Кайана звучал устало, довольно.

— Что это было?

— Магия. Я поделился. Теперь мы связаны.

— В каком смысле?

— В прямом. Часть меня — в тебе. Часть тебя — во мне. Только пока я не воскресну.

Я села. Руки дрожали. Но внутри было тепло. Как будто кто-то разжег огонь там, где была только зола.

— Ты мог меня убить.

— Мог. Но не убил. Не хочу оставаться один.

Я помолчала.

— Ладно, бог. Пора в путь. И если ты снова устроишь пожар без спроса, я найду способ тебя выключить.

— Договорились. Кстати, у тебя красивая улыбка, когда ты злишься.

Я не ответила.

Но огонек внутри разгорелся.

Глава 3. Пиромантия для чайников

Меня разбудил мокрый нос.

— Тихон, убирайся.

Нос переместился на затылок.

— Я сказала...

— Это не кот. Это твоя совесть. Пора вставать, за тобой пришли.

Я села так резко, что Тихон кубарем покатился на пол.

— Кто пришел?

— Человек Маркуса. Один. Стучится внизу.

— Почему не сказал сразу?

— Ты так мило спала. И кот тебя облизывал. Я не хотел вмешиваться.

Я натянула сапоги, закинула рюкзак на плечо. Тихон запрыгнул внутрь.

— Черный ход?

— За углом. Он выведет в тупик. Лучше окно.

— Мы на втором этаже.

— Ты — тактик. Придумай что-нибудь.

Я прикинула расстояние. Внизу — куча мусора.

— Держи амулет.

— Я не умею себя держать. Я — камень.

— Тогда просто не разбейся.

Я прыгнула.

Приземление вышло жестким, но я перекатилась, вскочила и побежала.

Сзади хлопнула дверь ночлежки. Они поняли, что я ушла.

— Он нас видит?

— Пока нет. Но скоро. У него пес. Ищейка.

— Отлично.

Я выскочила на главную улицу, свернула в лабиринт рынка.

— Налево.

Я свернула.

— Направо.

Я свернула.

— Стой. Глухо.

Тупик. Стена.

— Ты издеваешься?

— Нет. Просто город дурацкий. Я мог бы помочь.

— Опять жечь?

— А у тебя есть другие идеи?

Шаги и клацанье когтей приближались.

— Не спали город.

— Только стену. И немного пса. Обещаю.

— В прошлый раз ты тоже обещал.

— И сдержал слово.

Я выдохнула.

— Делай.

Огонь вытек из пальцев — теплый, послушный. Я смотрела на свои руки и не узнавала их.

— Видишь? Ты уже учишься.

— Я ничего не делаю. Это ты.

— Я — искра. Ты — дрова. Без тебя огня нет.

Я не успела осмыслить. Из прохода выскочил пес — черный, с красными глазами. За ним — солдат.

— Стоять! Именем императора...

Я шагнула в дыру. И побежала дальше. Ищейка завыла, но за нами не бросилась — стена была слишком горячей.

Мы выбрались к реке. Я упала на колени.

Тихон вылез из рюкзака и начал умываться. Кот был спокоен.

— Неплохо для новичка.

— Я не новичок. Я курьер.

— Теперь еще и пиромант. Бывший бог в придачу. Расширяешь профиль.

— Заткнись.

Я посмотрела на руки. Они больше не светились. Только тепло осталось внутри.

— Это останется?

— Частично. Ты всегда будешь чувствовать тепло. А если захочешь — сможешь разжечь огонь.

— Я не буду просить.

— Будешь. Когда придется.

Я встала.

— Где мы?

— На полпути к Пепловому городу. Если не будем отвлекаться, доберемся за неделю.

— А если будем?

— Тогда дольше. И веселее.

Тихон мяукнул.

— Он хочет есть.

— Я знаю.

— А я с тобой два дня. И уже понимаю кота лучше, чем ты.

— Потому что вы оба — занозы.

— Какая грубость. А я думал, мы подружились.

Я не ответила. Но огонек внутри горел ровно.

Мы пошли вдоль реки. На запад. Туда, где небо было багровым даже днем.

В Пепловый город.

Где Кайан мог воскреснуть.

Или умереть навсегда. Я не знала этого точно. Но чувствовала. Дурацкий камень, пульсирующий в кармане, явно таил не только жизнь.

Глава 4. Попутчики — хуже врагов

К полудню я поняла: пешком мы не дойдем.

— Нам нужна повозка.

— Или лошадь.

— Ты умеешь ездить верхом?

— Я бог. Я умел летать. Лошади — для смертных.

— Значит, повозка.

Я вышла на тракт. Первый возчик отказался. Второй запросил пять золотых. Третий — полная женщина с обветренным лицом — окинула меня взглядом, задержалась на рюкзаке, из которого торчала кошачья морда, и спросила:

— В Пепловый город?

— Откуда вы знаете?

— Туда все бегут. Кто от долгов, кто от бывших. Ты от кого?

— От бывшего.

— Тогда садись. Два золотых.

Зоя везла пряности. В фургоне пахло корицей и чем-то еще. Тихон оживился.

— Кот умный, — заметила Зоя.

— У вас есть кошки?

— Было пять. Остальных то ли волки съели, то ли сама съела с голодухи.

Я решила не уточнять.

К вечеру Зоя развела костер.

— Пепловый город, — сказала она. — Был там раз. Больше не поеду.

— Почему?

— Оттуда не все возвращаются. А те, кто возвращаются, становятся другими.

Она посмотрела на мою грудь. На карман.

— Знаешь, что это?

— Камень.

— Конечно. Камень, который говорит голосами.

Я напряглась.

— Не бойся. У меня свои скелеты. И свой камень.

Она расстегнула ворот. На шее висела серая галька. Древняя. Тяжелая магия.

— Хранительница? — спросила я.

— Бывшая. Теперь просто торговка. И никто.

— Как ты... порвала?

Зоя усмехнулась.

— Я не рвала. Меня выгнали. За то, что усомнилась. Магия не прощает сомнений.

Мы замолчали. Костер трещал.

Утром Зоя украла мой кошелек.

Я заметила не сразу.

— Она воровка, — сказал Кайан. — Смотри на руки. Ловкие. Быстрые.

— Зоя.

— Да, милая?

— Кошелек.

Она вздохнула, полезла за пазуху и вернула.

— Профессиональная привычка. Ты мне понравилась.

— Мне она нравится, — заметил Кайан.

— Не злись, — добавила Зоя. — Я вообще-то добрая. Просто жадная.

Я закрыла глаза.

Ночью я лежала в фургоне.

— Кайан.

— М?

— Твоя жрица. Она была такой же, как Зоя?

— Красивой. Умной. Холодной. Она хотела власти. Я дал. Она хотела больше. Забрала сама.

— Ты злишься на нее?

— Устал. Злость — это топливо. А у меня топливо кончилось тысячу лет назад.

— А на меня можешь злиться?

— Пока нет. Ты удобная. Теплая. И у тебя вкусный кот.

— Тихон не еда.