Через несколько часов мы сидели на крыльце в пижамах, покачиваясь на старых качелях и потягивая горячее какао. Бруно растянулся у наших ног, громко посапывая. Воздух был тихим, мягким и пах домом. Я всегда любила зиму в Луизиане — после ледяного Колорадо это казалось настоящим раем.

— Вот это да, — протянула Кэм, дуя в кружку. — Не верится, что он извинился.

Я кивнула, все еще немного растерянная.

— До сих пор не укладывается в голове, — призналась я. — Он был таким другим, Кэм… будто совсем не тот человек, каким я его помнила.

— Театр, — сразу отрезала она. — Хочет, чтобы ты вернулась домой.

— Наверное, — вздохнула я и опустила голову ей на плечо.

— А вот фиг ему, — произнесла она решительно. — Потому что ты, моя дорогая Ли-Пчелка, живешь в Боулдере. Со мной.

Я улыбнулась.

— Боже, как же я тебя люблю.

— И я тебя, — ответила она неожиданно серьезно. — Ты для меня как младшая сестренка, Ли. Я всегда тебя защищу.

— Знаю, — тихо ответила я.

— Всегда, — пообещала она.

Бруно вдруг рывком поднялся, зарычал, залаял и сорвался вниз с крыльца, прямо навстречу фарам машины, въезжавшей на нашу улицу.

— Похоже, гости, — пробормотала Кэм, спускаясь по ступенькам. Ее взгляд тут же приклеился к большому авто, остановившемуся у дома.

Первым открылся пассажирский дверца.

— Скучала по мне? — с широкой ухмылкой крикнул Дерек, вылезая наружу.

У меня отвисла челюсть.

— Да ну на фиг! — завизжала Кэм, бросившись к нему. — Придурок! — выпалила она, обвив его руками и ногами. — Почему ты не сказал, что приедешь?

— Я парень спонтанный, — усмехнулся он. — Люблю тебя, Бэм-Бэм.

— И я тебя, идиот, — простонала она и впилась в него поцелуем.

И пошло-поехало — как всегда, будто в своем собственном сериале с пометкой «только для взрослых».

А потом хлопнула водительская дверца. Сердце у меня ушло в пятки. Я зажмурилась, не двигаясь, сжимая кружку так крепко, что удивительно, как она не треснула. Я слышала его шаги по гравию, потом по ступенькам крыльца. Не знала только одного — какую версию Кайла увижу сейчас.

— Принцесса.

Одного слова хватило, чтобы я, хоть и против воли, подняла голову. Его глаза встретились с моими — и все вокруг замерло.

— Ли, — хрипло сказал он, стоя передо мной, руки в карманах, капюшон натянут низко на лоб.

— Значит, ты здесь, — выдохнула я, не зная, что сказать. Мы не виделись слишком долго. По телу пробежала дрожь. Не привязывайся, приказала себе. Не надейся. Он снова тебя подведет.

— Я здесь, — ответил Кайл.

— Далеко же ты ехал, чтобы просто подбросить Дерека, — произнесла я, ставя кружку на пол. — Глупо как-то.

— А если я приехал из-за тебя? — он подошел ближе, взял мою руку и легко потянул вверх. — Что бы ты сказала?

— Что зря потратил бензин, — прошептала я, выскользнув из его рук. — Потому что я тебе больше не подруга.

— Я знаю, что тогда все испортил, Ли, — сказал он. — По-крупному.

— Думаешь?

— Знаю, — рыкнул он. — Я понял. И мне жаль.

— Ты хоть представляешь, что я чувствую? — я подняла руки, не в силах больше сдерживать раздражение. — Ты просто не можешь перестать все портить, Кайл. Снова и снова. Будто застрял в этом круге самоуничтожения! — Я выдохнула, горло сжало. — Я не могу больше. Не могу снова проходить через все это. Потому что я всегда проигрываю.

— Ли, я понял, — ответил он, стянув капюшон и взъерошив волосы. — Я знаю, что причинил тебе боль. Но, клянусь, ты ничего не теряешь…

— Как ты можешь это говорить? — сорвалось у меня. — Ты сам ушел. Снова, Кайл. Я думала, мы… — я запнулась, отвернулась. — Забудь.

— Не могу, — хрипло сказал он, шагнув ближе. — Не могу забыть, — прошептал почти у самого уха. Его дыхание касалось моей кожи, грудь двигалась в такт моему дыханию. — Я не могу нас отпустить.

— Нас больше нет, — выдохнула я едва слышно.

Он опустил голову, и его губы коснулись моей шеи.

Боже, почему же я все еще так на него реагирую…

— Не надо, — прошептала я, устало. — Не играй со мной.

— Я не играю, — его руки сомкнулись на моей талии, и я почувствовала, как вся сила уходит из меня. — А если играю… то только насовсем.

Кайл

Когда я вышел из своей машины, сердце у меня колотилось — я боялся, что Ли просто выгонит меня. Судя по взгляду, она явно собиралась надрать мне зад, и, честно говоря, я не мог ее винить. Но, будучи Ли, она снова выбила у меня почву из-под ног: не закатила сцену, не накричала, а просто убила своей мягкостью и тихим, благородным разочарованием. Когда она все же сдалась и позволила мне обнять ее, я буквально обмяк от облегчения. Честное слово, я чувствовал, что должен держать ее в своих руках так же, как должен дышать. Это уже не было желанием — это была необходимость.

Я в последнее время так эффектно все портил, что просто не знал, чем заслужил ее доброту, когда она открыла дверь и впустила меня. Минут через десять после моего приезда Кэм и Дерек исчезли наверху, явно снова поймав волну любви, и в доме остались только мы с Ли. Ну, точнее, я, Ли и ее огромный, чертов пес. Умная тварь — сразу понял, что я для его хозяйки опасность. Даже собака видела, что я не лучшая партия.

Я попытался его задобрить, держа безопасную дистанцию от самой Ли. Мы сидели на старом, потертем диване, в общей гостиной-кухне, и Бруно уверенно занял позицию между нами. Хитрый ублюдок.

— Хочешь еще какао? — спросила Ли, нарушая тягучую тишину, нависшую между нами.

Она подняла кружку и слабо улыбнулась. Я едва удержался от стона. Нет. Только не это. Этот адский напиток на вкус был как жидкий свинец. Но ее взгляд… Господи, ради этой улыбки я бы выпил хоть бензин.

— Конечно, — выдавил я. — С удовольствием.

Ты в полной заднице, братан.

С коротким кивком Ли поднялась и пошла на кухню. Я перевел взгляд на Бруно — тот, не моргая, смотрел прямо на меня.

— Эй, чувак, ты меня добьешь, — пробормотал я, стараясь, чтобы Ли не услышала. — Может, у тебя где-то есть симпатичная сучка или кость, с которой можно поиграть? — добавил я и попробовал махнуть на него рукой.

В ответ он зарычал, и я отпрянул. Отлично. Похоже, сегодня он действительно собирался откусить мне задницу.

Пока Ли готовила очередную порцию домашнего яда, я осмотрелся и почувствовал неприятный укол в груди. Больно было думать, что она прожила тут восемнадцать лет. Настоящая дыра. И это не снобизм. Я и сам жил в сомнительных местах. Но это… Это было реально жуткое место. Комната чистая, но старая и полуразваленная. На стенах — голая штукатурка, местами осыпавшаяся, а потолок, судя по тому, что я видел снаружи, протекал. Деревянная лестница в углу без ковра, без лака, шаткая. Пол из неровного бетона, местами просевший. Мебель — старье, половина покорежена, часть явно самодельная.

— Прости, какао закончилось, — сказала Ли, возвращаясь и протягивая мне кружку с паром. — Придется обойтись кофе.

Спасибо тебе, Господи.

— Кофе отлично, — выдохнул я, вдыхая аромат. — Спасибо.

— Ничего, — тихо ответила она и щелкнула пальцами. — Пошел, Бруно, гуляй.

Пес нехотя спрыгнул с дивана и вышел во двор.

— Молодец, — сказала Ли ласково, закрывая за ним дверь.

Я мысленно послал еще одно огромное спасибо наверх.

— Значит, ты все-таки здесь, — сказала она, возвращаясь и опускаясь рядом. Сдула пар с кружки и сделала глоток. — И расскажешь, зачем? Только без сказок про то, что приехал через полстраны ради любовных делишек Дерека.

— Конечно, Принцесса, — усмехнулся я, ставя свою кружку на стол и стараясь не думать о том, что, возможно, происходит наверху. — Но сначала ты скажи, зачем ты здесь на самом деле.

— Ты знаешь, — нахмурилась она. — Мой отец…

— Я знаю, что у твоего отца был сердечный приступ, — перебил я, отставив ее кружку рядом с моей и повернувшись к ней. Я взял ее за руку. — Я хочу знать, что ты здесь делаешь ты, малышка.