— Ты видела его?

— Не очень хорошо. Это определённо животное — большое, со светлым мехом, — но я не могла точно сказать, что именно.

Изольда рассказала Селене всё о своих патрулированиях деревни — о той ночи, когда чудовище съело коз, а затем о своей погоне через лес после того, как оно выпотрошило фермера. Она не рассказала о Бастиане, но, когда дошла до части о том, как он нашёл её в лесу, она поняла, что больше не может это скрывать. В конце концов, на ней всё ещё была его чёртова рубашка.

— В деревне живёт волк, — призналась она. — Мы с ним работали вместе, пытаясь хотя бы мельком увидеть чудовище.

Селена замерла, как смерть.

— Ты общалась с волком?

— Я не больше твоего рада этому, Селена, — сказала Изольда. Это была правда, хотя и не по тем причинам, которые думала Селена. — Но он спас мне жизнь прошлой ночью. Я сильно истекала кровью, и ночецвет ослепил меня полностью. Если бы чудовище вернулось до того, как он добрался туда… я не смогла бы ни убежать, ни отбиться от него.

— Мне всё равно, спас он твою жизнь или нет, Изольда, — Селена опустилась в кресло, пока Изольда рассказывала свою историю, но теперь она вскочила обратно на ноги. Гнев вернулся, её тёмные глаза сверкали им. — Он волк. Волки не наши друзья, и им определённо нельзя доверять.

— Я прекрасно осознаю, Селена, — отрезала Изольда. — И я определённо не дружу с этим ублюдком. Он высокомерный, грубый придурок, и я провожу с ним время только потому, что он хочет того же, что и я.

— И чего же?

— Выяснить, что нападает на деревню, и остановить это.

Селена уставилась на Изольду, её глаза сузились, а тонкая челюсть напряглась. Изольда приготовилась к тому, что Селена начнет тираду о волках, о том, какие они дикие, блохастые и ненавидящие. Это была лекция, которую Изольда слышала так много раз, что, вероятно, могла бы процитировать её сама.

Когда Селена наконец открыла рот, Изольда не могла бы удивиться сильнее.

— Ты кормилась, чтобы восполнить потерянную кровь? — спросила она.

— Да, — сказала Изольда.

— Не от волка, надеюсь, — резко сказала Селена. Её глаза практически жгли Изольду насквозь, когда она говорила это.

Изольда не позволила себе колебаться ни секунды.

— Нет, Селена, — солгала она.

Что-то подсказывало ей, что признание в том, что она пила кровь Бастиана, было бы уже слишком.

— Тогда от кого? — потребовала Селена.

— От какого-то рыжеволосого мужчины из деревни. Я не спрашивала его имени, — ответила Изольда, ссылаясь на мужчину, от которого она питалась в Ночь Огня. Не совсем ложь, в этом смысле. — Хотя, по-моему, это не твоё дело.

Селена смотрела на неё ещё долгую минуту, глаза опасно сузились. Изольда выдержала её взгляд, едва осмеливаясь моргнуть, не говоря уже о том, чтобы отвести взгляд.

— Сегодня ты никуда не пойдёшь, — наконец сказала Селена. — В полнолуние.

Изольда уставилась на свою Сир. Ей хотелось спорить, указать на то, что кому-то нужно поймать чудовище, прежде чем оно перебьёт всю деревню, что в полнолуние она будет не в большей опасности, чем прошлой ночью, даже если окажется, что чудовище — волк.

Но… Изольда всё ещё видела беспокойство в напряжённых плечах Селены и сжатых губах, и если быть честной с самой собой, ей не нравилась идея патрулировать в одиночку после той ночи. С уходом Бастиана некому было прийти к ней на помощь, если бы она снова оказалась одна и слепая в лесу.

— Ладно, — сказала она, а затем пошла переодеваться в свою чистую одежду.

Когда она закончила с этим, Изольда спустилась вниз и взяла книгу с одной из многочисленных полок, чтобы скоротать ночь. Большая часть коллекции Селены состояла из старых исторических томов и едва разборчивых дневников древних вампирских предков, но в ней было несколько странных романов.

Изольда выбрала роман о девушке с фермы, выхаживающей раненого охотника, и свернулась калачиком на диване, чтобы читать. Всё это время она чувствовала на себе взгляд Селены, наблюдающий, словно та боялась, что Изольда исчезнет, если осмелится моргнуть. Ни одна из них не говорила, единственным звуком было мягкое потрескивание огня.

Пока не начались крики.

Изольда втиснула ноги в сапоги и накинула плащ на плечи за несколько вздохов.

Селена была у окна, вглядываясь в темноту. Когда она повернулась и увидела, что Изольда бежит к двери, она рявкнула:

— Что это, по-твоему, ты делаешь?

— Я иду посмотреть, смогу ли я остановить чудовище.

Изольда только что распахнула дверь, и порыв холодного воздуха заморозил её щёки, когда Селена догнала её. Её Сир схватила Изольду за плащ и оттащила назад, захлопнув дверь прежде, чем Изольда успела переступить порог.

— Не пойдёшь, — прошипела она. — Не после прошлой ночи. Ты могла умереть.

— Я уже мертва, — огрызнулась Изольда. — А судя по звукам, люди умирают, и я не собираюсь сидеть здесь и просто слушать, как это происходит.

Снаружи крики становились громче. На этот раз это был не один человек, а многие. Десятки, возможно.

— Изольда — начала Селена тем голосом, который раньше заставил бы Изольду подчиниться.

Но Изольда не собиралась это терпеть. Не сегодня, когда звуки испуганных людей доносились до хижины через деревья.

— Если ты обеспокоена, Селена, то пойдём со мной. Но я иду.

На этот раз, когда Изольда направилась к двери, Селена не пыталась остановить её. Пока Изольда бежала по снегу, Селена одетая в свои сапоги и плащ, шагала рядом с ней.

Пока Изольда бежала, крики становились громче, женские голоса и сердитые возгласы мужчин. Один голос выделялся среди остальных. Он был выше по тону, без слов. Крик агонии среди панических воплей.

— Чудовище, — крикнула Изольда Селене, ускоряя шаг. — Оно может убежать. Мы должны остановить его.

— Ты не знаешь, что это то же самое чудовище, — возразила Селена. — Это может быть волк.

Это мог быть волк всё это время, — хотела сказать Изольда, но она держала рот на замке. Они выбежали из-за деревьев, затем бросились через двор деревенского дома. На улице по другую сторону Изольда чуть не врезалась в толпу деревенских женщин в халатах. Они прижимались друг к другу, визжа от того, что происходило перед ними на улице.

— Что это? — потребовала Изольда, пробиваясь сквозь толпу.

— Оно вытащило Ханну Дункан за ногу из кровати, — сказала женщина с жёлтыми кудрями. — Затем откусило кусок от её мужа, когда он попытался спасти её. Некоторые мужчины загнали его в угол, но Ханна…

Изольда не стала слушать остальную часть предложения. Она оттолкнула её локтем, не заботясь о том, что сбивает других женщин с пути, пробираясь вперёд группы.

На улице, перед ней, группа деревенских мужчин окружила чудовище, загораживая его от взгляда Изольды. Их мечи сверкали в серебристом свете полной луны, угрожая тому, что стояло между ними. Другая, меньшая группа сбилась в снегу в стороне, с багровой лужей, растекающейся вокруг них.

Селена появилась у плеча Изольды.

— Посмотри, сможешь ли ты помочь человеку, — сказала она. — Я помогу мужчинам.

Пока она говорила, чудовище зарычало, низко и гортанно, и мужчины вскрикнули, когда оно щёлкнуло зубами на кого-то. Изольда мельком увидела большую, белую лапу с когтями длиной с её собственные пальцы.

— Иди! — приказала Селена и бросилась бежать к чудовищу.

Изольда метнулась к группе женщин. Она не знала, что она может сделать, чтобы помочь человеку, кроме, возможно, обратить её в вампира. Но это разрешалось только в самых крайних обстоятельствах, и Изольда знала, что, если она обратит одного жителя, все остальные потребуют того же.

— Могу я помочь? — спросила Изольда, приседая в снегу среди других женщин.

Одна из них повернулась, чтобы посмотреть на неё, глаза широко раскрыты, лицо в слезах.