– Те самые, которыми ремонтники конкретно отоварились где-то в недрах этого троянского коня, – снизошёл до почти нормальной лексики искин, – Выковыряли, можно сказать, из чрева, хе-хе, и тут же оформили на склад. Им-то похрен, они тупые и безответственные. А мне не похрен, я натура чувствительная. И меня очень нервирует такое соседство.

– Так, – сказал Дик и с усилием потёр лицо. И ещё раз повторил, – Так… Помолчи-ка, Баклан. Дай подумать.

Головоломка потихоньку обрастала подробностями, и подробности эти не радовали. По своему воздействию барадий в несколько раз разрушительней оружейного плутония, но, при этом, не настолько радиоактивен, трансформируясь при взрыве практически полностью в чистую энергию. И стоит он просто каких-то нереально безумных, действительно космических денег.

Если Дик прав в своих догадках, а он, скорее всего прав, то одна только боеголовка такой ракеты по кредам*** выйдет почти как лёгкий разведывательный рейдер. Вполне возможно, что даже и с экипажем. А здесь ещё и сами носители, которые на чёрном рынке вполне можно загнать по цене корвета.

А ещё в Федерации за такой вот – “неучтённый” и готовый к применению – барадий сходу дают вышку. Терроризм, а, в особенности, космический терроризм, самая больная тема как минимум последних двух десятков лет. Отцы-основатели**** ни за что другое так не пекутся, как за собственную безопасность. А тут, считай, прямое покушение на основы государства.

Он покачал головой. Что же за безумие тут творится?

– Ладно, – сказал он после нескольких минут размышлений, – Какой там твой второй вопрос, Баклан? Только по человечески говори. Задолбала уже твоя феня.

– Вторая тема, бля буду, Шеф, по раскладам из первой пляшет. Мы с Искрой провели анализ этих кусков позорных, и, прикинь, что нарыли, в натуре. Короче, при большой хотелке, их как нефиг делать можно к нулю переточить.

– То есть все эти разрушения и убитые движки, по-вашему, можно вот так легко отремонтировать? – с сомнением спросил Дик.

– Фуфло это голимое, а не разрушения, – авторитетно заявил Баклан, – Тут главное, что силовой набор в порядке. Насчёт двигла – гнать не буду, тут мозгой скрипеть надо. Но вот что меня мает, Шеф. Скажи, а с какого такого перепугу у нас на базе тройной комплект ремдронов тусуется? Для какой такой надобности?

– Если честно, никогда об этом не задумывался, – признался Дик.

– Зато мы занозились, в натуре. И теперь нам отчётливо мнится, что это жу-жу явно неспроста. Знаешь, Шеф, не удивлюсь, если мы с тобой где-то неподалёку откопаем очень даже подходящие движки для этой бандуры. Сечёшь тему?

– Знаешь, Баклан, – медленно ответил Дик, – Сейчас мне, почему-то, тоже так кажется.

***

* Имеются в виду сутки Федерации, которые, напомню, в 1,45 раза длиннее, чем земные.

** В вооружённых силах Федерации отсутствуют погоны (даже на парадной форме). Вместо этого военнослужащие носят нагрудные круглые шевроны единого образца, на которых различными пиктограммами и прочими декоративными элементами отображается род войск и звание. Сделано это по причине необходимости размещения таких шевронов на скафах, боевой броне и пр.

*** Кред (не путать с буржуинским кредитом) – единая денежная единица Федерации. Изначально, при наличии собственных валют у субъектов Федерации, являлась аббревиатурой – КРЕД (конвертируемая расчетная единица). Впоследствии, после денежной реформы, слово приобрело самостоятельное значение. Как и в Казахстане (по факту), в Федерации нет “промежуточных” денег, типа копеек и пр. Кред в ней является единственной денежной единицей для любых расчётов – от бутылки газировки до звездолёта.

**** Отцы-основатели – суперкластер искинов, наблюдающих за соблюдением законности в Федерации. Так же, по умолчанию, выполняют функцию судебной ветви власти.

Ремонт корвета на базе Дика:

Ракета "космос-космос" с барадиевой боеголовкой:

Пользователь: Дик Стик

Локация: планета Земля

Системный статус: Субъект 2

Дней в Системе: 1

Локальное время: 21:04

Время до Синхронизации 2: 00:14

Я сидел на полу в позе полулотоса, выпрямив спину, полуприкрыв веки и сложив руки в так называемой “мудре”. Это когда кисти рук свободно лежат на коленях ладонями вверх, а большой и указательный палец соединены в кольцо. Не сказать, чтобы так я чувствовал какой-то особый прилив мудрости, но поза была вполне себе пафосная и соответствующая моменту.

Передо мной где-то на уровне груди парил крошечный, светящийся оранжевым, шарик, состоящий, вероятно, из чистой плазмы – просто никакого иного объяснения по поводу его природы у меня не было. Правда плазма эта была или не очень горячая, или очень хорошо изолированная, потому что жар этот плазмоид испускал вполне себе умеренный, можно даже сказать, приятный.

Впрочем, невзрачным это зрелище было только при попытке его рассмотреть невооружённым, так сказать, взглядом. А вот в энергетическом зрении шарик приобретал вид довольно упитанного, неспешно вращающегося в горизонтальной плоскости огненного цветка, со множеством полупрозрачных лепестков и прочими загадочно мерцающими пестиками и тычинками. Насколько я помнил курс школьной ботаники, любезно переконвертированный Системой в соответствующую базу, это был тот самый пресловутый “Огненный лотос”– символ мудрости, чистоты помыслов и ещё чего-то там. Впрочем, какое отношение к этому имела ботаника, я себе представлял слабо.

Мои медитации, на которые я плотно подсел (в прямом и переносном смысле), после открытия энергозрения, принесли дополнительную единичку в Контроль, который солидно так перевалил за тройку. И вот эта тройка открыла мне доступ к ранее скрытой вкладке с простым и незатейливым названием “Заклинания”. Не сказать, чтобы список доступных к изучению спеллов поражал воображение. Точнее сказать, совсем не поражал, потому что заклинание в нём числилось ровно одно, с довольно говорящим для знающего человека названием – “Искра”. Вот именно этот продукт ранней коммунистической пропаганды я в данный момент и демонстрировал своему напарнику.

“Впечатляет”, сказал Дик довольным тоном, “Прогресс для двух стандартных суток просто поразительный. А ты ещё мне не верил, когда я говорил про магию”.

“Так я до сих пор в неё не верю”, пожал я плечами, “С точки зрения Системы вся эта магия-шмагия – не более чем определённым образом структурированные материя, энергия и пространство. И вообще у нас есть неплохое выражение на этот счёт: “Мы называем магией всё, что неподвластно нашему разуму”. Я материалист, Дик, и в бога не верю. А магия – это именно про богов, оккультизм и прочие сансары с чакрами”.

“И тебя не убеждает даже этот огненный цветок, висящий прямо у тебя перед глазами?”, скептически хмыкнул мой напарник.

“Меня это убеждает лишь в том, что Система каким-то хитрым образом может заставить этот кусочек плазмы подчиняться моим хотелкам”, спокойно возразил я, “Мы не знаем, как и каким образом она это делает, и на каких физических законах и принципах это взаимодействие построено. Но это, опять же, возвращает нас к упомянутому мною изречению. Непонимание не говорит о невозможности, дружище, но лишь о твоей собственной ограниченности в данном конкретном вопросе”.

“Ладно, почти убедил”, усмехнулся Дик, “Я сейчас к себе, а потом вернусь, если ты не против”.

“С чего бы я вдруг стал против?”, изобразил я вежливое удивление, “Я тебе всегда рад. Среди моих знакомых ты – единственный человек, с которым без проблем можно обсудить Систему и всё, что с ней связано, не опасаясь последствий”.

“Аналогично, Дим”, улыбнулся Дик, и через неуловимый миг его присутствие перестало ощущаться.