Свалку списанных и не подлежащих ремонту кораблей в системе UK-404, что к моменту описываемых событий фактически образовала третий астероидный пояс между седьмой и восьмой планетами, не просто так назвали “Отстойником”. Вот уже который век сюда стаскивали всяческий устаревший и разбитый хлам со всего сектора C-R0-TA.

Корпуса старинных, заставших, похоже, ещё времена Экспансии, крейсеров и эсминцев мирно соседствовали с гигантскими искорёженными остовами ремонтных доков, жилых модулей и технических галерей. Огромные туши древних китов и мастодонтов перекрывали густые шлейфы кусков и обломков, оставшихся от более современных космолётов – свидетелей и участников славных и жарких боёв с Роем, пиратами, контрабандистами и работорговцами. Иногда, случайно словив помятым боком свет далёкой звезды, взблёскивала последним отчаянным сигналом о помощи разбитая спасательная капсула. А порой в поле зрения, медленно кружась и щерясь расколотым забралом, фиксировался непонятно каким нечистым заброшенный в эту мешанину самый настоящий древний пустотный скафандр.

Впрочем чудеса не были чем-то необычным на этом мёртвом кладбище забытой техники. Непроизвольные взрывы, самостоятельные пуски ракет и торпед, вспышки плазмы и лазеров – уже мёртвые, но так и не смирившиеся со своей окончательной смертью, творения человеческого разума ещё таили в своих неведомых глубинах последние затухающие отблески остаточной кибержизни.

– Если чудеса случаются не часто, но регулярно, то это и не чудеса вовсе, верно? – задумчиво произнёс Дик Док, отведя взгляд от тактического дисплея.

– Чего? – отозвался его напарник, здоровенный как шкаф, усатый детина-шатен, облачённый, как и Дик, в лёгкий пилотский скафандр, – Ты это о чём, старина?

– Я о поведении Отстойника, Чар. Всякий раз, когда здесь происходит что-то неординарное, военные дико возбуждаются и именуют это не иначе как чудом. Но ведь чудо – явление редкое, можно сказать, штучное. Нельзя постоянно чьи-то расхлябанность и головотяпство списывать на промысел божий.

– Ох, Дик, ты как маленький, право слово, – Чар сверкнул белозубой улыбкой и слегка пришлёпнул подлокотник штурманского кресла широкой ладонью, – Да, перед отправкой в Отстойник все корпуса проходят через Сортировку. Военным ведь не нужно, чтобы какой-нибудь левый гражданин обзавёлся чем-то эдаким, сравнимым с их оборудованием. Да, курочат всё капитально – с подходом и выдумкой. Но объёмы-то никуда не денешь. Причём, заметь, железо с поля боя зачастую само по себе опасно и радиоактивно. Именно поэтому для всех проще оттащить его на эту свалку и дать отстояться. Всем хорошо и безопасно, а для нас с тобой есть работа и далеко не лишние креды на счетах.

– И не поспоришь, – вернул улыбку Дик и вновь обратил взгляд на тактический дисплей перед глазами, – Подлёт к первой промежуточной через одиннадцать минут. Искра, как там обстановка?

Очередной, никому не нужный диалог. Но традиции – они традиции везде. Даже в Отстойнике. А доклады голосом – самая что ни на есть традиционная традиция из всех имеющихся.

– В зоне действия радара посторонних объектов не зафиксировано, – бархатным женским голосом отозвался искин, – В зоне действия радара стационарного маяка в точке Альфа аналогично.

– Аналогично и и очень по своему логично, – иронично хмыкнул Чар, кивая, – Жаль, что это, похоже, наша крайняя ходка сюда, дружище Дик. Судя по тому, что военные вот-вот объявят полную эвакуацию из нашей системы, дела у них далеко не так блестящи, как они пыжатся показать.

– Думаешь, Рой обязательно придёт сюда?

– Всенепременно, Дикки. Безальтернативно… Впрочем, как придёт, так и уйдёт. Ему здесь просто нечего делать. Нет обжитых планет, астероидные пояса не слишком богаты, а стратегическое значение Отстойника не настолько велико, чтобы ради него класть на алтарь победы свою электронную жизнь. Впрочем, это уже будет не наша забота.

Юноша помолчал минуту и бросил быстрый взгляд на своего более опытного товарища.

– Куда думаешь податься? Есть планы?

– Хороших мусорщиков всегда дефицит, Дикки. У нас с тобой неплохой корабль, достаточно умелые руки и пара отлично соображающих мозгов. Найдём, где пристроиться и заработать на кокки-бокки…

– Достигнута промежуточная точка Альфа, – снова вклинился в их беседу голос искина, – Продолжаю маршрут к точке Бета.

– Понял тебя, Искра, – отозвался Дик, – Ты молодец. Продолжай в том же духе.

Весь дальнейший путь до точки назначения они проделали в молчании. Когда приходится много времени проводить вместе и поневоле делить тесное пространство внутрисистемного буксира, любые темы очень быстро исчерпывают себя. Остаётся лишь работа, достаточно редкое совместное принятие пищи и ещё более редкие развлечения – типа порубиться-постреляться в какой-нибудь виртсимулятор или сгонять партейку-другую в покер.

Впрочем, даже такое общество много лучше, чем полное одиночество. Как ни крути, человек – существо социальное. Пусть даже этот самый социум в данный момент насчитывает всего лишь двух молодых мужчин и одного искина псевдо-женского пола. Возможность перекинуться парой фраз, отпустить немудрёную шутку, обсудить свежие новости, полученные путём радиоперехвата, – всё это сильно облегчает эмоциональный прессинг, постоянно подпитываемый пустотой за бортом и неиллюзорной возможностью нарваться в самый неподходящий для этого момент.

Спустя какое-то время, длиннющая “колбаса” пустотных контейнеров, подталкиваемых сзади буксиром под управлением Дика и Искры, исчезла в чреве гигантской конструкции, когда-то давным-давно бывшей ремонтным доком. Не мудрствуя лукаво, друзья сочли эту точку наиболее подходящей для оборудования временной базы: в просторах внутренних отсеков с лихвой хватило места и для жилого модуля, и для размещения грузовых контейнеров, и для стоянки их старенького “Пионера”. Пласталевая обшивка станции давала какое-никакое прикрытие от беглого, поверхностного сканирования и дарила успокаивающее чувство защищённости.

Впрочем, ни Дик, ни его напарник ни питали иллюзий по поводу реальной защиты, что могли обеспечить им руины этого некогда могучего производственного комплекса. Оба прекрасно понимали, что, случись нечто реально серьёзное, отсутствие манёвра и невозможность быстрого побега превратит весь этот древний металлолом в самую настоящую ловушку. А потом, по всей видимости, и в склеп. Но… риск – дело благородное и, зачастую, весьма прибыльное, а командование ВКФ сектора оценивало вероятность появления кораблей Роя в этой системе, как весьма низкую.

– Стыковка завершена. Корабль зафиксирован. Шлюзовое соединение с жилым модулем установлено, – мягкий голос Искры поставил точку в их затянувшемся путешествии.

– Не будем терять времени, – произнёс Чар, поднимаясь со своего кресла, – Я возьму малый бот и прошвырнусь по ранее разведанным точкам. Обновлю базу и намечу фронт работ на следующие двое суток. На тебе рутина и всё остальное.

– Как ты любишь ты всю нудотину на меня спихивать! – с деланной обидой откликнулся его партнёр, – Нет, хотя бы раз сказать: “Давай, Дик, прошвырнись по окрестностям, разомни юные кости. А я пока подготовлю всё для дальнейшей работы”.

– Ничего твоим юным костям не сделается, – хохотнул Чар, одним движением, выдавашим немалый опыт и сноровку, захлопнул и зафиксировал лицевой щиток шлема и исчез в узких переходах “Пионера”, – И вообще, отставить пререкания со старшим, щегол. И не телись там – работа сама себя не сделает. Бульками щавели, да!

Последние слова Дик слушал уже через коммуникатор, автоматически активировавшийся, стоило ему, по примеру своего старшего товарища, загерметизировать свой скаф.

– Искра, что там с расконсервацией жилмодуля? – вздохнув, спросил он, направляясь в указанный блок.

– Расконсервирован на 35%, – откликнулся искин, – Выход энергоблока на полную мощность запланирован через три часа ноль-семь минут. Генерация пригодной для дыхания атмосферы ожидается в течение сорока двух минут. Осуществить дозаправку буксира топливом?