После этого он предпринял вылазку в точку, где, по его предположениям, находился корпус стелс-корвета Федерации. С помощью буксира, который когда-то именно для таких целей и создавался, он перетащил искорёженную и внешне ни к чему не пригодную груду хлама на “свою” станцию. А уже там за эту кучу железа взялись бригады ремдронов под руководством неугомонного Баклана.

Волей-неволей, но парень всё же приступил к той работе в Отстойнике, которую они с Чаром вообще-то так и так планировали делать. А именно: курочить старые обломки и добывать из них всё более-менее ценное на продажу.

И, первая удача, маскировочный модуль в прибуксированных обломках действительно был – и даже почти неповреждённый. Вторая удача заключалась в том, что повреждения получил только блок питания – довольно стандартный и легко заменяемый элемент. При этом самые важные узлы – блоки программной настройки и управления, а также полевой эмиттер, – были в полном порядке.

Дика слегка удивил тот факт, что совершенно секретный разведывательный корабль, которого, по идее, никак не могло быть не только на этой свалке, но и вообще в пределах нескольких гиперпереходов, умудрился пройти Сортировку. Но, по зрелому размышлению, он списал это на присущую любой человеческой деятельности халатность и поху…, невнимательность, конечно.

Отвлёкся, скажем, оператор сканирующей камеры, который только и принимает решения о судьбе поступивших на Сортпункт обломков, на что-то, по его мнению, более важное и нужное, а равнодушная автоматика, не получив стоп-сигнала, отправила внешне никуда не годную железяку дальше по этапу. И Дику было совершенно безразлично, на что именно этот оператор отвлёкся – крутил ли флирт с только что прибывшей на практику девушкой-стажёркой или просто пошёл отлить. Главное, что теперь как сам вожделенный модуль, так и весь этот корабль, были в полном его распоряжении.

Но счастливые находки не ограничились одним только маскировочным модулем. Дроны продолжали таскать на склад всё, так или иначе представляющее интерес, и от перечня найденного у Дика в душе начали зарождаться нехорошие подозрения. А так ли случайна была выбранная им с Чаром точка? Или за её выбором скрывался чей-то тщательно продуманный, хитроумный план?

Чего, например, стоило упоминание о трёх комплектах совершенно новой стелс-брони “Хищник” в заводской упаковке? Для чего они нужны на стелс-корвете, догадаться было несложно. Но, как правило, такие “костюмы” являлись частью личной боевой экипировки членов экипажа, который, судя по всему, погиб в полном составе. Оставлять броню не распакованной в боевом вылете – а судя по состоянию корпуса и двигателей, вылет был именно боевой, – могло означать лишь одно: эти предметы вовсе не предполагались к использованию экипажем и их куда-то намеренно и целенаправленно перемещали.

То же самое можно было сказать и о новейших комплектах вооружения, боеприпасах к ним, мобильных модулях индивидуальной маскировки и разведки, средствах дальней связи, минных комплексах и о многом другом. Всё новое, упакованное в особо прочные, практически неразрушимые, контейнеры. И, что самое важное, всё это богатство было произведено в государствах, являющихся прямыми противниками Федерации.

Особый интерес представлял собой запечатанный в отдельный контейнер обучающий блок-модуль и прилагающийся к нему набор даже не “базиков”, а полноценных “комплексов”. У Дика чуть челюсть на пол не упала, когда он читал “сопроводиловку: “Диверсионная деятельность”, “Террористические операции”, “Тайные операции”, “Работа под прикрытием” и ещё несколько им подобных, но попроще.

На ум сразу приходили мысли о шпионах, заговорах, деятельности разведки и контрразведки и прочих играх плаща и кинжала. Вляпываться во всё это дерьмо Дик не желал категорически. Прежде всего потому, что свидетели подобной деятельности как правило живут недолго, а, зачастую, и очень мучительно недолго.

Однако, фарш невозможно провернуть назад. Стоило признать, что он уже вляпался, и теперь стоило подумать, как с наименьшими потерями из всей этой ситуации выляпываться.

Тем не менее, было во всём этом непроглядном “царстве мрака” и своё светлое пятно. Например, прямо сейчас Дик рассекал по своей собственной базе в новенькой, с иголочки, стелс-броне производства компании TI-CORP и, с учётом имевшегося у него Покрова, мог больше не особо переживать по поводу своей незаметности. Да что там, он даже мог позволить себе пойти и полноценно выспаться, не особо парясь по поводу появления гипотетической разведки Роя в ближайших окрестностях. Впрочем, по поводу полноценного сна – это он, пожалуй, загнул, но покемарить пару-тройку часиков было вполне реально.

То же касалось и найденного им маскировочного модуля с корвета, который в данный момент трудолюбивые ремдроиды, под присмотром вездесущего Баклана, аккуратно монтировали в Центре управления базой. Сам же искин с уголовными наклонностями тщательно шерстил блок управления этим модулем на предмет закладок и прочих сюрпризов, которых просто не могло там не быть по определению. Люди, которые придумали весь этот план с “искуроченным” кораблём-обманкой, просто не могли не быть параноиками. Единственное, чего они не могли предусмотреть в своём плане, так это внезапной атаки Роя на систему C-R0-TA и гибели Чара.

Впрочем, как с недавних пор подозревал юноша, “где-то там в далёких далях” его бывший старший товарищ откликался совсем на другое имя. И уж совершенно точно никогда не был отставным старшиной космодесанта, каким представился ему при первом знакомстве. Скорее всего на его парадном нагрудном шевроне** красовалась далеко не одна четырёхлучевая звезда. И далеко не факт, что эти звёзды были маленькими.

Дик никогда не был моралистом и не имел ничего против деятельности разведки и контрразведки собственного государства. Скорее наоборот, будучи патриотом, он всячески приветствовал удачные действия “рыцарей плаща и кинжала” Федерации, сведения о которых нет-нет, да и просачивались в открытый доступ. Однако во всём этом деле его смущала собственная роль, которую отвёл ему хитроумный старший товарищ. И чем больше он об этом размышлял, тем меньше эта роль ему нравилась.

Первое, и самое очевидное, что приходило на ум, это – подстава. Но и подстава подставе рознь. Одна может окончиться одобрительным похлопыванием по плечу и, даже, чем Бездна не шутит, предложением продолжить свою деятельность в тайных, но от того не менее доблестных, рядах “теневого флота”. А другая – “убедительным доказательством очередной вероломной попытки врага” и… щерящимся в космос разбитым забралом очередного неопознанного скафа в Отстойнике. Тут, как говорится, лучше заранее принять меры, чтобы, по возможности, достойно отказаться от первого и максимально исключить вероятность наступления совершенно несъедобного второго.

Как оказалось, сезону сюрпризов было ещё далеко до своего завершения. Размышления Дика были прерваны вызовом Баклана, который как-то совершенно незаметно и естественно стал его “правой рукой”, потеснив с пьедестала “предательницу” Искру.

– Шеф, чё за суета, в натуре? Перетереть бы с тобой с глазу на глаз за пару тем, – обратился он к парню в своей привычной полублатной манере.

– Говори, – спокойно откликнулся тот.

– Первая заморочка, отвечаю, капец тёмная. Нам чё, в натуре эти гнилые яблоки на общак катить не западло?

– Если ты про мины, то не вижу проблем. Они в контейнерах не особо опасны. С чего бы ты, дружище, так перевозбудился?

– Мины, – пренебрежительно фыркнул искин, – Кабы бы базар шёл чиста за эти тарелки, я бы конкретно обломался под такое гнилое мазаться. Речь за две ракеты “космос-космос” с барадиевыми боеголовками, с какими наш погрузчик весь из себя на цирлах до общака канает. Не, я в натуре за, чтобы конкретно так приподняться, Шеф, но барадий – это же зашквар голимый.

– Погоди, – пробормотал Дик, чувствуя, как от волнения взмокла спина, – Ты про какой барадий сейчас говоришь? Что за ракеты?