Девушка простудилась, подхватила воспаление лёгких. Сначала пробовали лечить своими силами. Но болезнь только усугублялась. И только тогда привезли к знахарке. Но с лечением опоздали. Душа местной Эльби покинула тело. А твоя душа иномирянки заняла пустое тело. И теперь ты здесь.

— Так решила богиня Кепе, -вынесла решение знахарка.

— Какая богиня? — переспросила я.

— Богиня судьбы Кепе так решила, подселила твою душу в тело Эльби, — попыталась объяснить она.

О, Боги! В этом мире свои Боги!

— Видимо, характер местной Эльби был ещё тот, — решила я.

— А вас как зовут? — спросила я у знахарки. Ведь она до сих пор своё имя не назвала.

— Арна. Я твоя родная тётя и младшая сестра твоей погибшей матери.

— А как она погибла? — поинтересовалась я.

— У неё открылось кровотечение после родов, повитуха не смогла помочь. А я была далеко, училась на знахарку, — грустно сказала Арна. — А сейчас мы помоемся и пойдём ко мне домой.

С этим я спорить не стала. Я очень хорошо пропотела в бане, да ещё и оплёванная была!

— А почему вы меня оплевали? — не удержалась я от вопроса.

— Так написано в заговоре — шепотке, и меня так учили, — ответила знахарка.

А уж помылись мы знатно! Арна предоставила мне целый ряд вкусно пахнущих глиняных и стеклянных баночек, наполненных настойками для мытья волос и тела, мазями, напоминающих скрабы из моего мира.

— Я их сама готовлю по своим рецептам, с добавлением магии, конечно. Избыток продаю в городской аптеке, — рассказывала Арна, предлагая мне медовый скраб для тела. Мои волосы стали, как шёлковые, а тело приятно пахло мёдом. После мытья мы вышли в предбанник, обшитый деревянными панелями, пол был покрыт домоткаными половиками.

— Ийя, не смущай девушку своим срамом, хоть фартуком прикройся, — повелительным голосом обратилась Арна к баннику.

Ийя смешно фыркнул, но прислушался: повязав серый фартук, накрыл нам стол. Такой вкусный квас я никогда не пила! А мочёные яблоки были такие вкусные, пальчики оближешь! Я высушила волосы льняным полотенцем и расчесала волосы деревянным гребешком.

— Немного магии не помешает нам волосы высушить, — решила знахарка. И пошептав, устроила тёплый ветерок, который мгновенно высушил наши волосы! Пришлось ещё расчесать запутанные волосы.

И тут Арна, коварно улыбаясь, вытащила из стенного шкафчика небольшое зеркало в серебристой раме.

— А ну-ка посмотри на себя новую, Эльби, — предложила она мне, протягивая зеркало.

Я осторожно посмотрела в него. Из зеркала на меня глядела я, красавица! Я и в прежней жизни была симпатичной девушкой. Но здесь красота заиграла новыми красками. Зеркало отразило высокую, стройную девушку с выразительными чёрными глазами, густые тёмно — каштановые волосы волнами спадали до пояса, прямой нос был великолепен, а в меру пухлые губы улыбались.

— Арна, а сколько мне лет? — спросила я.

— Осенью тебе исполнилось 18 лет, ты совершеннолетняя. В этом мире замуж можно выходить с этого возраста. Вот ты и была сосватана, — ответила Арна.

— А жениха Эльби как звали? И нравился ли он Эльби? Вдруг он старый был? — додумалась спросить я,

всё ещё не прекращая любоваться собой.

— Жених Эльби молодой и красивый, и тридцати ещё нет! А зовут его Арслан. Он местный охотник, а в городе у него есть склад-магазин по продаже мехов, так что, он не бедствует. Эльби он нравился, она ведь согласилась на сватовство. А что там случилось позже, я не знаю. Спросишь у отца или у Арслана сама, когда с ними встретишься.

Выслушав знахарку, я решила, что надо присмотреться, а пока информации маловато. Встречаться с отцом и бывшим женихом было боязно.

— Ну, насмотришься ещё на свою красоту! — засмеялась тётя. — Одевайся и пойдём домой. Через неделю окончательно выздоровеешь. А пока будешь пить мои настои и постарайся не простудиться вторично!

Ийя дал мне стопку чистой одежды. Я переоделась в белую рубаху с длинными рукавами, а сверху натянула красный сарафан из шерстяной ткани. Накинула на себя переданную тётей жёлтую овчинную дублёнку до пят. Укуталась большой белой пуховой шалью, на ноги надела длинные, до колен, белые шерстяные носки и белые валенки, и мы побрели в дом знахарки. Ийя остался в бане.

— Мой дом здесь, в бане, — важно ответил банник на мой недоуменный взгляд, когда мы начали выходить из предбанника во двор.

Дом знахарки был великолепен! Деревянная двухэтажная изба сияла в лучах заходящего солнца, как будто брёвна покрасили сверкающим жёлтым лаком. На втором этаже был большой балкон, летом чаи распивать и наслаждаться природой в самый раз! Дом был покрыт зелёной черепицей. Вокруг были крепкие хозяйственные постройки. А деревянные ворота были очень крепкими даже на вид. Двор был широкий и чистый от снега. За хозяйственными постройками снаружи росли высокие сосны. Видимо, знахарка жила в сосновом бору.

— А ничего так знахарки кучеряво живут, — промелькнула в голове мысль.

— Это дом моих родителей, он перешёл мне по наследству. Отец мой маг, раньше он работал в окружном городе Шубаш, но потом его перевели в столичный город Сереброград, — просветила меня Арна, заметив мой интерес.

— Значит, у меня ещё есть дедушка с бабушкой? — поинтересовалась я.

— Да, но работы у отца много, он сильный маг, так что редко навещает меня, — с грустью сказала Арна.

Я снова задумалась, дедушка — сильный маг, а свою дочь и внучку оставил в провинции. Ну, ладно, внучка без магии, а дочь ведь знахарка! Мог же устроить по «блату» дочь в столице? Вопросов много, ответов нет. Ладно, поживём увидим…

Около дома носилась тепло одетая девочка — подросток лет двенадцати в нарядной рыжей дублёнке.

Вокруг неё прыгала чёрная крупная дворовая собака. Девочка заливисто смеялась. Увидев нас, девочка засмущалась.

— Добрый вечер, госпожа Арна, — пролепетала девочка.

— Анисса, что же ты домой не заходишь, стоишь здесь, мёрзнешь? — забеспокоилась знахарка. Она торопливо открыла дверь в дом и пропустила нас.

— Да я только что пришла от деда, он дорогу чистит на улице от снега. Немного помогла ему, — ответила девочка, из-под платка у неё выбилась рыжая прядь волос. Рыжие веснушки нисколечко не портили её миловидное лицо, а наоборот, украшали. Васильковые глаза озорно блестели. Почистив метёлкой валенки от снега, девочка зашла в дом последней.

В прихожей было тепло и светло, несмотря на отсутствие окон. Я посмотрела вверх, под потолком в воздухе парил круглый белый матовый шар, испуская тёплый свет. Пол был устлан тёмно — зелёным пушистым ковром. Светло-жёлтые деревянные стены приятно пахли сосновой хвоей.

— Раздеваемся и проходим в столовую. Ужинать будем, — объявила тетя.

— Хозяйка, ужин готов. Стол накрыт, — объявило ещё одно маленькое волосатое чудо в красной рубахе и чёрных штанах, распахивая двойные деревянные двери со светло — зелёными витражными стёклами внутрь. Ростом он был в полметра. Уже не удивлюсь, если увижу и дракона!

— Ты домовёнок Кузя? — спросила я.

— Кузьма, — важно сказал домовой. Большие острые уши домового забавно подёргивались. Он забрал нашу верхнюю одежду и прошмыгнул в соседнюю комнату, снова появился и в этот раз забрал нашу обувь. Вслед за знахаркой я зашла в столовую, просторную комнату, обшитую деревянными панелями, с двумя окнами, завешанными зелёными, с золотистым орнаментом, шторами до пола. Из мебели в комнате был прямоугольный стол, накрытый белой скатертью, вышитый по краю зелёными нитками. По краю стола стояли шесть деревянных стульев, покрытых тёмным лаком. В углу комнаты, справа от входа, почти до самого потолка высилась изразцовая печь — камин, на изразцах зелёный орнамент, со смутно знакомыми узорами. Дрова в камине весело трещали, было тепло и уютно. Рядом была ещё одна дверь, ведущая в соседнюю комнату. Вдоль стен были расставлены старинные шкафы со стеклянными дверцами, на полках сверкала разнообразная посуда. Высокий потолок украшали две небольшие хрустальные люстры, в которых мерцали свечи.Но запаха дыма от горевших свечей не было.