— Это ревность. Я ревную Эльби. Ревную к этому знакомому извозчику из её деревни! — пришла неприятная мысль в голову.

Яромир резко помотал головой, чтобы неприятная мысль удалилась из головы, не получилось. Она свербила и пробивалась в самый центр мозга, поудобнее устраиваясь там.

Когда Яромир снова взглянул на Эльби, её уже не было, она зашла в гостиницу. Только хлопнула дверь за ней.

Он шёл по скрипучему снегу, удаляясь от одинокого фонаря гостиницы.

— Кто потушил магический фонарь? Надо сообщить городской страже, — успел подумать Яромир, как из-за густой ели выскочил силуэт мужчины с крепкой палкой в руках.

— Эээ, это же тот парень — извозчик, — кровожадно подумал Яромир. Энергия, бурлившая в его теле после встречи с Эльби, бурлила и требовала выхода. Да и проучить этого нахала следовало бы. И надо окончательно поставить точку в правах по ухаживанию за девушкой! Оглянувшись по сторонам, и не заметив поблизости никого, он довольно крякнул.

Медленно сняв с рук тёплые перчатки, он остановился и начал готовиться к драке.

Бой получился коротким и скомканным.

— Но зато каким продуктивным! — вдохновенно и гневно ворчал дракон, помогая отряхиваться от снега.

Палку в руках извозчика Яромир просто — напросто сжёг, применив магию. Надо же было уравнять шансы в драке. Извозчик, заметив, что палка в его руках вспыхнула по всей длине, заругался и отбросил ее в сугроб, потирая руки.

— Ах, вот как, приказчик! Вы владеете магией? — зло крикнул он.

И, отбросив туда же, в сугроб, свои обгоревшие варежки, он коротко размахнулся и дал Яромиру в глаз! Хороший синяк будет! Услышав топот бегущих людей, Яромир недовольно скривился, и, пригнувшись, дал извозчику по дых. Тот охнул и присел. Тогда Яромир двумя руками схватился за его левую ногу, и применив магию, покрутил визжащее тело пару раз вокруг себя, и кинул в сугроб. Не убивать же его⁈ А тут и охрана его прибыла. Злая и недовольная. Дракон первым делом проверил его состояние и удовлетворённо выдохнул.

— Живой! И почти невредимый! А синяк только немного приукрасит лицо новоявленного приказчика!

— С этим что делать? В тюрьму? — спросила охрана, вытащив из сугроба извозчика.

— Нет. Вон, посадите его в свои сани и отправьте. Надеюсь, лошадка довезёт его дома, — приказал Яромир.

Испуганного извозчика посадили в сани и, хлопнув по крупу лошади, отправили по городской улице вперёд.

— А теперь, господин приказчик, извольте изъясниться по данному происшествию, — жёстко сказал барон Шелен, а это был именно он, и предложил сесть Яромиру в прибывшую карету.

Позднее зимнее утро нас встретило плачем в столовой, Анисса громко рыдала, расставаясь с Ивашкой. У выздоровевшего Ивашки глаза тоже были красные. Арна успокаивала Аниссу, обещала в скором времени взять её с собой в город. Провожать вышли на улицу, Арна с Аниссой едут к себе в усадьбу, а я в мастерскую переезжаю насовсем. Подъехал Арслан верхом на лошади, он вёл со мной намного увереннее.

— Это тебе, Эльби,— протянул мне Арслан коробочку, завязанную красной ленточкой,— сладости к чаю.

А что, взяла, сладкое я люблю. Проводили, ручками помахали вслед.

Вот, и мне пора переезжать. Портье заказал для меня извозчика. Загрузив сани вещами, поехали, с Богом!

Яромир встретил меня с красивым синяком под глазом и разбитыми губами, но стоял орлом! Не с Семёном ли подрался на обратном пути? Молчит, не рассказывает. Ну, а я не буду спрашивать. Помог занести мои вещи с саней, весело шутил и улыбался разбитыми губами.

— Эльби, я нашёл для тебя помощницу — швею, вдову моего умершего родственника. Сегодня придёт знакомиться. Посмотришь? — спросил у меня.

— Конечно! Спасибо большое тебе за помощь, — улыбнулась я.

Мне действительно нужна помощница, одной тяжело будет. Немного потоптавшись, Яромир пригласил меня на обед в чистую харчевню. Обещала подумать. Обустроившись в мастерской, пошла на местный рынок за продуктами. Решила сварить классический борщ, купила продукты, по пути у пекаря взяла белый пшеничный каравай и ржаной хлеб. В чайной лавке закупилась чаем и сахаром. Еле дотащила две корзины, полные продуктов, до мастерской, где меня у дверей ждала молодая, чисто одетая женщина лет тридцати, в пуховом козьем платке и ношеном овчинном полушубке. Из-под пухового платка выбилась прядь чёрных волос, которую женщина время от времени поправляла без успеха.

— Добрый день, госпожа Эльби. Меня зовут Алана, я швея, — поклонилась женщина.

Тяжело поставив две полные корзины на снег, я выдохнула. И только потом сумела с ней поздороваться.

— Тебя Яромир послал? — спросила я.

— Да. Позвольте вам помочь? — с этими словами она ловко отобрала у меня тяжёлые корзины с продуктами. Алана оказалась шустрой, проворно зайдя после меня в мастерскую, разделась, оглядев мастерскую, восхитилась красотой вокруг. Заметив на подоконнике бархатные занавески, предложила помочь их повесить.

Принесла дрова для печки из сарая, расположенного за домом. Когда Алана собралась в третий раз за дровами, я немного напряглась.

— Алана, может, достаточно на сегодня дров? — пролепетала я, разглядывая целую кучу дров у печки.

На что у Аланы нашёлся мудрый ответ.

— Дрова включены в стоимость аренды. Значит,госпожа Эльби, сколько положено в день, столько и возьмём у сторожа. Лишнего нам не дадут.

Я согласно покивала головой. В прежнем мире, в детстве, я жила в деревне, но там у нас было газовое отопление. А дровами мы топили только баню. Так что, ей виднее, сколько надо брать. Как-то само собой получилось, что Алана затопила печь, поставила чугунок на плиту и занялась готовкой обеда. А я, чтобы не маяться от безделья, начала готовить выкройки для розового платья Анны Васильевны. Алана рассказала о своей жизни. Живёт она на краю города, в деревянном крепком доме, муж работал извозчиком, но умер три месяца назад от сильных болей в животе. По ходу рассказа Алана руками показала на правое подреберье, мол, вот здесь у мужа живот болел. Я решила, что муж умер от аппендицита. А так она подрабатывает швейным делом. А Яромир приходится дальним родственником мужа, вот и предложил ей работу в мастерской.

— Госпожа Эльби, борщ скоро сварится, обедать будем? — предложила Алана.

Я забывшая обо всем, вздрогнула от её голоса и поняла, что Алану я возьму на работу точно.

— Алана, ты принята на работу, — сказала я женщине, наворачивая вкусный борщ со сметаной.

Алана, встала из-за стола, поклонилась и поблагодарила. Мне даже стало неловко из-за поклона. Но каков мир, таковы и правила. Не я устанавливаю их. Мы пили чай со сладостями, преподнесёнными Арсланом на прощание, как в дверь постучали. Это был посыльный от Анны Васильевны с розовым шёлком для платья. Ну, любит эта купчиха розовый цвет! Хотя, надо признать, что этот цвет ей к лицу. И вот мы вдвоём с Аланой начали работу над первым заказом мастерской. Как говорят, в добрый путь!

Мы так увлеклись работой, что не слышали стука в дверь.

— Мы тут стучим, стоим на морозе, а они нам дверь не открывают! Тогда сами открываем и заходим! — весело прокричав, в мастерскую зашли Пинеслу с Яромиром…

Перестав стрекотать швейной машинкой, я ошалело поводила глазами от Пинеслу к Яромиру, и обратно. Они знакомы? По моему взгляду Пинеслу сразу всё поняла.

— Я из аптеки сразу в магазин к отцу зашла, а его нет на рабочем месте, уехал по делам. А Яромир сообщил новость, что госпожа Эльби арендовала соседнее помещение под мастерскую одежды. Я сразу поняла, что это ты. Вот вдвоём и зашли к тебе, так сказать, проведать и познакомиться еще раз, — с улыбкой на лице протараторила Пинеслу. Увидев нашу работу, поохала и поахала над розовой красотой. И сразу став серьёзной, сказала, что хочет платье для работы в аптеке, такое же, как у меня.

— Только без белого воротника! — строго объяснила Пинеслу, — В аптеке во время приготовления лекарств оно испачкается.