К стати о Бодране… Давно он к нам не заглядывал. В последний раз зашел, чтобы купить мыло и копченой рыбы, которую у меня теперь брали и местные. Он единственный из деревенских, кто рассчитывался со мной деньгами. Не смотря на ловушки, которые теперь были чуть ли ни у каждого, пользоваться ими еще никто так и не научился. То течением унесет, то развернет и улов был лишь у единиц.

Разумеется, со временем научатся, а я пока пользовалась возможностью быть единственным добытчиком вкусной, красной рыбы.

В огороде уже налилась капуста, созрели кабачки, сочная морковь и крепкая свекла. Огурцов было больше всего, я планировала засолить их в одной из бочек, которые мне «подогнал» один из местных за рыбу. А во второй засолить капусту, четыре кочана нам с малышней хватит на зиму.

Картофель тоже радовал, кусты были высокими, крепкими, а клубни, крупными. Копать ее еще было рано, но в подполе вся картошка у нас закончилась, и мы с Альмой иногда подкапывали по кустику и надо заметить, урожай обещает быть хорошим.

Сегодня, мы планировали с ребятней пойти в лес, набрать грибов, которые я уже собирала на жаренку. После прошедшего дождя, ими поди усыпан теперь весь лес.

— Поля, тама Бодран пришел, — в дом влетел счастливый Альб, когда мы с Альмой подхватив приготовленные корзины под грибы и одну небольшую с перекусом, собирались выходить.

Бодран не появлялся всего несколько дней, но я видела, что малыш по нему скучает. Как — то незаметно, мужчина стал частью нашей семьи. И если Альма относилась к нему с осторожностью, скрывая радость от его появления, то Альб, со всей своей детской непосредственностью открыто радовался Бодрану.

Стоило мужчине сесть рядом с крыльцом, чтобы почистить свежепойманную рыбу, малыш был тут, как тут. И Бодран никогда не отталкивал, наоборот, он ненавязчиво объяснял Альбу свои действия. Отвечал на его многочисленные «почему» и так у него естественно это выходило, что я могла любоваться этой парочкой часами.

Мне и самой стало все больше не хватать Бодрана. Его молчаливой уверенности, задумчивого взгляда, который он бросал на меня, думая, что я не замечаю. Его внимания к детям, которые тянулись к нему. И его вроде бы незаметной, но ощутимой поддержки.

Казалось бы, Торин ведь тоже делал для нас не меньше, но по понятным причинам, я не могла ответить на его чувства, а дети воспринимали его лишь, как одного из соседей. Бодран стал для меня больше, чем соседом или другом, но я старалась глушить в себе это чувство. Нам не дадут быть вместе, а потому и не стоило давать ему надежду, как бы мне этого не хотелось…

— Куда это вы собрались? — стоило нам выйти, мужчина с любопытством осмотрел нашу ношу.

— За грибами. Айда с нами, — поймал его руку Альб, спрятав в ней свою маленькую ладошку и поднял на Бодрана взгляд полный надежды.

— Ну, разве я могу отпустить вас одних в лес? — улыбнулся ему мужчина и подхватив Альба, усадил его на одну руку, а второй забрал у меня корзинку с перекусом.

И в такие моменты, я была по-настоящему счастлива. Возможно, это всего лишь иллюзия, но как приятно, когда о тебе заботятся.

— Паутика, ты не против? — осторожно спросил, вглядываясь в мое лицо.

— Конечно, нет. Чем больше грибников, тем больше грибов, — подмигнула я Альбу, который, как и Бодран, насторожился, ожидая моего ответа.

Жаль, что наша идиллия не продлится так долго, как бы мне того хотелось. Нельзя иметь все. А у меня уже есть и дом, и дети, и небольшой, но стабильный доход. А мужчина… Быть может, когда-нибудь будет и он… но, к сожалению, это будет не Бодран.

Глава 36

Грибов мы набрали полные корзины, даже ту, в которой был наш перекус. Взяли бы больше корзин, наполнили бы и их, и это при том, что нам даже не пришлось заходить далеко в лес. Подосиновики, грузди, даже белый гриб… Странно, что деревенские еще не «обчистили» эти места.

Возможно, еще не до конца осознали, что боярин дал добро на сбор подножного корма. Ну, да ладно, нам больше достанется. К тому же, судя по Альме и Бодрану, местные прекрасно разбирались в грибах. В отличие от маленького Альба, который несся с каждым найденным грибом к мужчине.

Вернувшись домой, я сбегала за ведром, куда набрала воды из бочки и обложившись пустой тарой, мы приступили к сортировке грибов. Часть на засолку и заморозку, их мы замачивали в воде, а часть на сушку, те стоило лишь отмыть и почистить от прилипшей листвы и травы.

Время летело стремительно, несмотря на кропотливую работу. Альб засыпал Бодрана смешными вопросами, иногда заставляя мужчину краснеть, и за тем, уже мне приходилось идти на помощь с ответами.

Потом внимание детей переключилось на меня. Ребятне нравились мои сказки на ночь, когда они не могли заснуть, это бывало редко, но бывало. Теперь же, вместо сказок я рассказывала им о другом мире. Своем… Но для них это все же была очередная байка.

Мне было приятно вспоминать, а слушателям было не зачем знать, что это не плод моего воображения. Малыши воспринимали мои рассказы о чудо-машинах и о зданиях великанах с восторгом, а вот Бодран бросал на меня подозрительно-задумчивые взгляды.

А к тому времени, у нашего дома остановилась телега Паруна и Бодран вызвался ему помочь с кроватями для ребятни и с установкой ванны и унитаза.

— Поля, ну можно мне с ними? — поглядывая в сторону дома, уговаривал Альб.

Малышу, понятное дело, было любопытно, что за кровати привез Парун, да и с Бодраном хотелось побыть чуть дольше. Даже Альма, время от времени, бросала взгляды на входную дверь, откуда были слышны голоса мужчин, но в отличие от своего брата с завидным упорством перебирала грибы.

— А вдруг им помощь нужна… — сделал еще одну попытку Альб.

— Иди уже, помощник, — махнула рукой, заметив улыбку Альмы.

— Детка, тащи нитку и иголку, будем нанизывать грибы, — произнесла я, иначе сама Альма ни за что бы не ушла, а ведь ей тоже интересно посмотреть на двухъярусную кровать.

Осталось совсем немного, я и сама тут закончу. А, нет, малышка вернулась быстрее, чем я ожидала.

Альма уже закончила, а я нанизывала грибы на последнюю нить, когда мужчины вышли из дома. Альб держал за руку Бодрана и счастливо улыбался.

— Поля! Там такая чудная тахта! Я по лесенке забрался на самый верх! — с восторгом произнес малыш и подбежав ко мне, обнял за шею.

— Парун назвал тебя выдумщицей, — произнес шепотом, по секрету, — Поля, а на кой нам в комнате пень?

Удивленно поинтересовался малыш, но, судя по взглядам всех присутствующих, не только ребенка волновал этот вопрос.

— Ну… это не совсем пень… — пришлось объяснить Альбу, впрочем, слышали это, конечно все, что отныне тот самый пень будет служить нам отхожим местом.

— В доме? — удивилась Альма.

— Зато не придется бегать на улицу, когда наступит зима, — пожала плечами я.

Пока мы собирали в корзину нити с грибами, Парун сел в свою телегу и уехал. Развесив грибы сушиться, я пошла сама проверить работу мужчин. Мне ведь тоже было любопытно, что получилось.

В ванной комнате установили и унитаз, в виде пня и саму ванну, осталось лишь воды в бак наносить, а потом я туда и «горячий» кристалл закину.

— Может воды натаскать? — тихо спросил Бодран за моей спиной.

— Ага, вода здесь нужна, — открыла крышку, которая прикрывала нутро пня, произнесла я.

А в детской стояли кровати. Именно такие, как я и описывала Паруну. Нужно будет свалять шерстяной коврик под ноги.

— Альмочка, ежели хочешь, спи тама, — грустно улыбнулся малыш, когда сестра забралась на верхнюю койку.

Было понятно, что ему тоже очень хотелось, туда, на самый верх, но он уступил место сестре. Настоящий мужчина растет. Пусть я и не планировала, кто из малышей будет спать наверху, но Парун сделал там крепкую перекладину, для безопасности, чтобы никто не вывалился.

— Миленький, да я просто поглядеть хотела. Мне на печи под потолком уж надоело, — хитро глянула на меня Альма.