Сбоку от меня лежит Давид и не просто лежит, он аккуратно ласкает мое тело, которое ему, между прочим, отвечает. Он гладит мой живот, опуская пальцы чуть ниже, и я понимаю, что на мне лишь нижнее белье.

Когда я успела раздеться?!

Вспоминаю, что заснула на диване в зале и то, как мужчина взял меня на руки и отнёс в мою комнату, а потом ушёл, и я вновь заснула. Сплю я крепко, поэтому не сразу поняла, что я не одна.

Никак не ожидала увидеть такой подарок в своей постели.

Поворачиваю голову и натыкаюсь на темный взгляд мужчины, от которого по телу пробегают мурашки.

О, Боже. Он с ума сошёл!

Но что самое ужасное — это то, что мне нравится, что он со мной делает, нравится то, как его большие руки ласкают мой живот, нравится, с каким жаром он на меня смотрит.

Это настолько запретно и интимно, что мне самой хочется взвыть.

А комнате царит полумрак, но я все хорошо вижу и жалею, что не сделала вид, что всё еще сплю.

— Что вы делаете… — шепчу я и кладу свою руку на его, чтобы остановить.

Как бы сильно он меня не привлекал, это не отменяет того факта, что нам нельзя быть вместе. Нельзя целоваться, ласкать друг друга, нельзя заниматься сексом. Это ужасно, поэтому ещё больше меня привлекает. Его, видимо, тоже.

Никогда не считала себя распутной девушкой, я вообще мало думала об интимных отношениях, но сейчас моя голова вся забита порочными образами, которые приводят меня в крайнее смущение.

Если бы только Давид мог читать мысли…

Я сама не понимаю, откуда берётся это волнение, которое полностью меня заполняет. Почему мне так с ним хорошо вместе, и я сама не хочу, чтобы он уходил.

Это необъяснимо. Меня просто, как магнитом, к нему тянет, я от чего-то уже считаю его своим.

Это такая глупость… Он точно мне не принадлежит и никогда не будет.

Наши отношения невозможны.

Неужели я влюбилась в своего первого мужчину, который появился у меня случайно. Разве такое вообще возможно? Почему мое сердце прямо готово вырваться из груди, почему в животе я чувствую это прекрасное щекочущее ощущение…

— Не вы, а ты, — вновь поправляет меня он.

Мне тоже режет это слух. Я хочу его называть совсем по-другому, хочу, чтобы мы стали ближе, чем есть сейчас.

— Что вы делаете в моей комнате, в моей постели? — тихо спрашиваю, хотя итак понимаю, что здесь происходит.

Он пришёл, чтобы заняться сексом. И почему мысль его прогнать пробуждает протест?

— Я трогаю тебя, разве это не очевидно? — произносит он с хрипловатым смешком.

— Зачем?

— Потому что хочу тебя, девочка…

Его голос сводит меня с ума. Он у него такой приятный, с хрипотцой, чисто мужской, но сейчас немного нежный. Очень соблазнительный.

— Я не…

— Тихо, — перебивает он меня, положив свои пальцы на мои губы, — расслабься, я не сделаю ничего плохого, второй раз будет не больно.

Ох, он и правда хочет это сделать. В моей комнате, когда даже мама может зайти. По головушке она меня за это не погладит.

— Нас могут услышать… — сообщаю я, тяжело вздыхая.

Я потеряла весь свой рассудок, потому что уже знаю, что не смогу ему отказать. У меня разыгралось огромное любопытство, что он может со мной сделать, потому что в прошлый раз было не совсем приятно.

— Света уехала, а Саву я уложил спать, — сообщает мужчина. — Тебе не о чем переживать.

Давид неожиданно оказывается на мне сверху, его лицо слишком близко к моему. Я ощущаю, какой от него идёт пылающий жар и мне самой становится тепло. Он же тянется ко мне, чтобы поцеловать, но я упираюсь о его грудь руками, чтобы этого не произошло.

Мне очень этого хочется, но нельзя…

— Давид, нам не стоит этого делать, — шепчу тихо, почти ему в губы и сразу получаю от него усмешку.

— Мы уже это делали, я просто хочу тебе показать, что секс — это не только боль, позволь мне это сделать.

Я смотрю ему в глаза и растворяюсь. Понимаю, что просто не могу отказать. Не тогда, когда сама сильно этого хочу.

Давид, как я понимаю, больше не хочет ждать, он перекладывает мои руки к себе на шею, давая мне понять, что он желает того, чтобы я его обняла.

Следом он захватывает мои губы в поцелуе, который сначала вполне нежный, но с каждой секундой он начинает набирать опасные обороты. И вот уже его руки трогают мою попу и грудь. Вот он уже меня покусывает, и мы оба тяжело дышим, не в силах друг от друга оторваться.

Я словно опьянела. От него, от эйфории, которую я сейчас испытываю. Себя уже не узнаю. Это не та стеснительная девушка, это голодная львица, которая готова разорвать на части любого, кто помешает.

Когда нам необходимо уже отдышаться, я вновь ощущаю колкий стыд за то, что делаю. Даже на глазах наворачиваются слёзы.

— Я не знаю… — выдыхаю я. — Это неправильно…

Но так маняще, что в груди все сжимается от волнения перед тем, что все же может между нами произойти.

Давид нежно касается моей щеки и пронзительно смотрит мне в глаза, от чего я перестаю дышать.

— В этом и вся суть. Тебе не о чем переживать, я тебя не брошу… — произносит он со всей искренностью. — Иди ко мне ближе, моя малышка, я закончу начатое.

Давид вновь прижимает меня к кровати и накидывается с поцелуями, которые настолько безумны, что вводят меня в транс.

Его язык ловко проникает через мои губы, и он начинает меня им приятно ласкать. Да так, что живот начинает сводить от восхитительных ощущений.

Я смелею и тоже его целую так, как мне нравится, так, чтобы его это тоже сводило с ума. Я чувствую, как его дыхание заметно участилось, что доказывает мне, что я двигаюсь в правильном направлении.

Далее я просовываю руки под его майку и начинаю пальцами поглаживать его тёплую кожу, удивляясь тому, какая она приятная на ощупь.

Когда я целовалась с Костей, то его я тоже трогала, но не получала таких эмоций. Меня не вело от обычных поцелуев так, что я готова была лезть за стенку.

Я и не сразу заметила, что мое тело странно начало реагировать. Оно начало тянуться к мужчине. Я желаю ощутить его полностью. И плевать уже, что это неправильно. Я никогда не ощущала себя настолько желанной.

Давид тоже меня трогает, но делает это ненавязчиво. Он лишь на мгновение отвлекается, чтобы стянуть с себя майку, для того чтобы быть кожа к коже.

— Позволишь мне снять это с тебя, — шепчет он мне в губы и помогает мне приподняться, чтобы расстегнуть мой лифчик.

Когда грудей касается холодок, то я сразу их прикрываю, немного стесняясь, хотя он уже видел меня голой и тогда меня это ни капли не волновало.

Давиду это явно не нравится, и он отводит мои руки в стороны и недолго любуется моей грудью, затем опускает голову и начинает ее целовать, да так, что пальцы ног сводит.

Изо рта вырывается стон, который ещё больше меня смущает, потому что мужчина реагирует на него, он сильнее сжимает мою грудь и, кажется, даже рычит.

Боже. Это неописуемо!

Вдоволь облизав мою грудь, он опускает руки на мои трусики для того чтобы их стянуть.

— Мне страшно, — выдыхаю я, пытаясь его остановить.

Пусть даже это и второй мой раз, но на самом деле волнительнее первого, потому что сейчас я в трезвом состоянии. И чувствуется все куда острее и интимнее.

— Ты ещё такая не опытная, но я всему тебя научу. Давай начнём с малого.

Я киваю, прикусываю губу и позволяю ему делать со мной все, что он считает нужным.

Давид все же стягивает с меня трусики и задерживается на моей промежности взглядом, но я даже не свожу ноги вместе, хотя очень хочу так сделать.

Ему нравится моя реакция, и он опускает губы на мой дрожащий живот, начинает покрывать его мелкими поцелуями, все это время он ласкает внутреннюю часть моего бедра и как бы невзначай касается пальцами сокровенного местечка.

Стараюсь не издавать никаких звуков, однако, когда его губы оказываются прямо там, то я не сдерживаюсь, и из меня выходит протяжный стон.