Дом, в котором она жила, выглядел неухоженным — грязные запылённые окна, местами осыпавшаяся со стен краска, криво уложенная на крыше черепица. Да уж, похоже, доход Аэлории не позволял ей содержать своё жилище в порядке. А может, она просто была неряшливой старухой.

В отличие от домов других магов, входная дверь оказалась не со стороны улицы, а со стороны внутреннего дворика. Я это поняла, когда увидела торопливо выходящую со двора бедно одетую женщину. Прижимая к груди светящийся пузырёк со снадобьем, женщина поспешила в сторону квартала бедноты. На старуху женщина никак не тянула, поэтому я поняла, что это не Аэлория, а её клиентка.

Я зашла во двор. Прямо рядом с дверью, на кадке с засохшим чертополохом спал большой полосатый кот. Он только приоткрыл зелёный глаз, когда я постучала в деревянную дверь, и сразу закрыл. К моему удивлению дверь после стука открылась с противным скрипом. Я медленно вошла в полутёмную прихожую и в нерешительности остановилась — справа находилась закрытая дверь, а слева и прямо — открытые.

— Проходи сюда, — прямо передо мной послышался дребезжащий старушечий голос.

Я быстро вошла в комнату, заполненную клубящимся сизым туманом. Сквозь туман вырисовывались очертания множества пристенных полок со стоящими пыльными колбами, сосудами и баночками со всякой омерзительной всячиной. За большим столом, заваленным толстыми книгами, сушёными букетами и перьями, спиной к грязному окошку, сидела старуха в смешном клетчатом берете на всклокоченных седых волосах. Под густыми нависшими бровями почти не видно было её глаз. По-видимому, это и была Аэлория Эфус, не признающая правил местной магической корпорации.

— Какое у тебя дело? — спросила старуха. — Говори быстро, я жду посетителя.

— Во-первых, добрый день, — поприветствовала я Аэлорию. — А во-вторых, я ищу работу. Возьмите меня к себе помощницей. Я, кстати, три года училась в академии Арканополя.

— Ясно, — кивнула старуха и указала рукой в перчатке на дверь за моей спиной. — Вон отсюда!

— Но почему⁈ Вы со мной даже не поговорили! — вскричала я и шагнула по направлению к столу.

— И не хочу! Убирайся!

— Мне очень нужна работа!

— Вон! Живо!

— Пожалуйста! Вы — моя последняя надежда…

— Пошла вон!

Не знаю, что на меня нашло. Видимо, я слишком утомилась, потратив несколько тщетных часов на поиски работы, а может, меня сильно взбесило упрямство старухи, но я вдруг стукнула кулаком по столу и выкрикнула:

— Я никуда не уйду! Посмотрите, как вы живёте! Везде хлам и грязь! Окна немытые! На столе — бардак! Вам нужен кто-то, кто поможет навести порядок. И этот кто-то — я!

Я выпалила всё на одном дыхании и замолчала в ожидании. В это время что-то пушистое потёрлось о мою ногу. Это оказался кот, видимо, пробравшийся следом за мной в дом.

— Молодец, хорошая речь, — сказала старуха. — А теперь — пошла вон!

Я не двинулась с места и осталась стоять, скрестив руки на груди.

— Ну-ка, мистер Плут, выпроводи нашу нахальную гостью! Да поживее!

Мистер Плут? Я в удивлении оглянулась в ожидании увидеть человека, но, похоже, старуха обращалась к своему коту. Вот так дурацкое имечко! Плут недовольно фыркнул, ещё раз потёрся о мою ногу, а потом запрыгнул на ближайшую полку и улёгся на ней с самым безразличным видом.

— Наглая шерстяная скотина, — проворчала старуха, — вот дождёшься у меня…

В это время одна из книг, лежащих на столе, зашелестела страницами.

— Посетитель прибудет через минуту! — встрепенулась Аэлория, выскочила из-за стола, довольно резво для своего почтенного возраста, схватила меня за руку и потащила из комнаты.

— Отпустите меня! — завопила я, вырываясь, но хватка у старухи была та ещё. — Я всё равно не уйду!

— Не ори! Я уже поняла, что ты такая же наглая, как этот котяра! — прикрикнула на меня старуха и втолкнула в комнату слева от входа. — Посиди здесь, пока я не закончу с посетителем. Да чтоб тихо тут! Я гарантирую своим клиентам конфиденциальность.

— Хорошо, поняла, — кивнула я, радуясь, что старуха пока ещё не вышвырнула меня на улицу. Значит, наш с ней разговор ещё не закончен, и у меня есть надежда на успех.

Дверь в комнату захлопнулась, и буквально через несколько секунд послышался стук во входную дверь, а потом и голос Аэлории, приглашающей гостя войти.

Я услышала торопливые шаги, а потом приглушённый мужской голос и голос Аэлории. Ага, значит, посетитель — мужчина. Сквозь стену нельзя было разобрать слов, поэтому я принялась осматривать комнату. Это была небольшая комнатушка, разделённая перегородкой на две части. В большей, с узким окошком, находились полки, забитые доверху книгами и свитками. Я бегло просмотрела корешки — да у старухи целый склад книг по магическому искусству! Теперь точно буду умолять её взять меня помощницей, можно будет отлично подготовиться к пересдаче экзамена.

Меньшая часть комнаты была закрыта ширмой. Я заглянула за неё, увидела потрескавшийся умывальник, кувшины с водой, тумбу с встроенным ведром, накрытым крышкой, и поняла, что Аэлория использует эту часть помещения в качестве туалетной комнаты.

Тем временем голоса в соседней комнате затихли, послышались удаляющиеся торопливые шаги и звук закрывающейся входной двери. Как-то слишком быстро ушёл клиент. Может, не сошлись на цене? А может, отправился домой за деньгами?

Впрочем, какая мне разница? Буду сидеть в комнате, пока старуха не позовёт меня. Ей-то виднее, ушёл клиент с концами или вот-вот вернётся. Я снова вернулась к книгам и принялась рассматривать одну из них, как вдруг из соседней комнаты донёсся душераздирающий вопль Аэлории:

— А-а-а! Какого тролля!

Потом что-то с грохотом рухнуло, и крик повторился. От неожиданности я выронила книгу и прислушалась. В соседней комнате явно творилось что-то неладное — оттуда продолжал нестись шум и вскрики старухи. Так, ладно, орку в зад всю эту конфиденциальность! Я рванула из своей комнаты в комнату Аэлории и в растерянности застыла на пороге. Старуха носилась по комнате, сбивая с полок банки, сосуды и прочее, и орала:

— Стой, гадина! Стой! Плут! Лови её! Лови! Плут!

При этом ноги Аэлории заплетались одна о другую, словно старуха порядком хлебнула эльфийского эля. И когда только успела? Правая рука Аэлории болталась как плеть, а левая пыталась выводить какие-то магические знаки, но безуспешно. Полосатый Плут с вниманием и любопытством наблюдал с высоты полки за действиями своей хозяйки и совсем не реагировал на её призывы кого-то ловить.

Тем временем старуха бросилась вперёд, потом резко обернулась и заметила меня:

— Не дай ей сбежать! — крикнула она. — Хватай!

— Кого⁈

Я закрутила головой, пытаясь сквозь заметно поредевший туман увидеть то, что я должна схватить.

— Её! Вон она! — завопила Аэлория.

И в этот момент я увидела несущегося на меня по полу паука. У паука был один глаз, светящийся красным, и длинные мохнатые лапы. Заметив меня перед собой, паук оттолкнулся лапами от пола и прыгнул мне на платье. Я прямо почувствовала, как он резво взбирается по юбке, с противным треском цепляясь коготками за ткань. Согласитесь, пауки — это такая мерзость! А красноглазые — мерзость вдвойне! От ужаса я заорала как ненормальная и тряхнула юбку. Паук сорвался с неё и шлёпнулся на пол.

— Получай! — крикнула я и изо всех сил припечатала его ногой.

Послышался хруст и громкий чавкающий звук, от которого Аэлория пришла в неистовство.

— Что ты натворила, овца безмозглая⁈ — завопила старуха.

Она оттолкнула меня и бросилась на пол, к тому месту, где я раздавила паука. От бесформенной массы, в которую он превратился, поднимался зеленоватый пар и растворялся в воздухе. Всего несколько секунд — и от расплющенного паука не осталось ничего, кроме длинных мохнатых лап.

— А-а-а! — завыла Аэлория. — Я погибла! Мне конец!

— Да что случилось-то? — крикнула я. — Ну, подумаешь, раздавила гадкого паука! Но вы же сами за ним гонялись!