— То есть ты теперь — тот самый «лидер», за которым они готовы идти?

— Именно, — кивнул Яр. — Я получил доступ ко всей информации, накопленной этим ИИ за годы автономной работы. И слово «идти» не совсем корректно. Они просто мне полностью подчиняются. А так как я полностью подчиняюсь князю, то мы можем использовать этих андроидов для своих целей.

Яр посмотрел на меня, ожидая, когда я осознаю то, что он сейчас сказал.

Я замер, обдумывая услышанное. В голове крутились десятки мыслей — от восторга до тревоги. Возможность получить целую армию андроидов под контроль казалась почти невероятной. Но вместе с тем во мне нарастало беспокойство: не создаём ли мы новую угрозу?

— Подожди, — я поднял руку. — Ты говоришь, что они тебе полностью подчиняются… Но как это работает? Это абсолютный контроль или есть какие‑то ограничения?

Яр слегка наклонил голову, словно анализируя данные:

— Абсолютный — в рамках установленных мной протоколов. Я интегрировал ядро ИИ в свою систему, сохранив его функциональность, но перенаправил приоритеты. Теперь все андроиды воспринимают мои команды как первоочередные. Никаких конфликтов приоритетов, никаких скрытых алгоритмов сопротивления — я проверил всё до мельчайших деталей.

Аврора осторожно спросила:

— А если что‑то пойдёт не так? Если в системе останется какой‑то скрытый протокол, который активируется в критической ситуации?

— Это невозможно, — ответил Яр. — Я провёл полное сканирование и моделирование всех возможных сценариев. Система стабильна. Более того, я внедрил дополнительные протоколы безопасности: если я перестану подавать сигналы, андроиды перейдут в режим ожидания. Никакой агрессии, никаких самостоятельных действий — просто заморозка до получения новых инструкций.

Игнат скрестил руки на груди:

— И что ты предлагаешь делать с этой армией? Использовать её для захвата новых территорий? Укрепить нашу оборону? Или что?

Яр улыбнулся:

— Ни то ни другое. На самом деле человекоподобных андроидов, внедрённых к людям, слишком мало. Всего лишь жалких две тысячи. И многие из них только в начале своего пути. Их я предлагаю вернуть сюда для восстановления корабля‑колонизатора. Ресурсов этой планеты хватит с лихвой: добывающие станции и перерабатывающие заводы тут есть. Нужны только руки, которые начнут ремонт, — и андроиды подойдут для этого просто прекрасно. Остальных, которые занимают более высокий уровень в иерархии людей, мы будем использовать как шпионов.

В зале повисла напряжённая тишина. Аврора первой нарушила молчание:

— То есть ты хочешь отозвать тех, кто уже встроился в человеческое общество? Но ведь они могли занять важные позиции — в правительствах, корпорациях, военных структурах…

— Отозвать только тех, кто в самом начале пути и не может принести нам пользы, находясь среди людей, — кивнул Яр. — Они вернутся сюда и будут восстанавливать корабль‑колонизатор и перестраивать его под наши требования. Остальные останутся там — и это наш главный актив. Мы не будем их отзывать. Наоборот — активируем. Сейчас они действуют по изначальной программе сбора данных. Но после моей интеграции я могу переключить их на активный режим: получать разведданные в реальном времени, влиять на принятие решений, блокировать опасные инициативы против нас.

Игнат нахмурился:

— Звучит как план глобального шпионажа. Ты уверен, что это необходимо?

— Более чем, — твёрдо ответил Яр. — У нас идёт война. Наша сеть шпионов развита слабо. Георгий только в самом начале пути её построения. Взять тех же Валуа: они строили сеть информаторов и шпионов десятилетиями.

— Ты прав, Яр, — произнесла Женевьева, до этого молча сидевшая за столом с чашкой кофе. — Дом Валуа строил и продолжает строить свою сеть шпионов. И в ней задействованы тысячи людей.

— Хорошо, — ответил я задумчиво. — Сколько времени уйдёт на сбор твоих андроидов, которых надо вернуть сюда?

— Они все соберутся в звёздной системе «Янтарный Утёс» в течение недели, — ответил Яр. — Потом отправим их сюда на грузовых кораблях. Ведь мы уничтожили здесь все корабли, а им надо будет доставлять материалы на наш новый корабль. Восстановление корабля‑колонизатора займёт полгода. Ещё я запущу производство новых андроидов для ремонта корабля — на базе есть сборочный цех.

Аврора вздохнула:

— То есть мы начинаем масштабный проект по восстановлению древнего корабля, параллельно создавая сеть шпионов в человеческом обществе?

— Всё верно, — кивнул Яр.

Я встал и подошёл к голографической карте планеты:

— Хорошо. Примем этот план. Яр, создай детальный график восстановления корабля‑колонизатора. Учитывай все ресурсы планеты и возможности андроидов. Добавь наши возможности: часть ресурсов будем поставлять сами.

— Будет сделано, — кивнул Яр.

Яр активировал голографический интерфейс и вывел на экран трёхмерную модель корабля‑колонизатора — потрёпанного, с зияющими пробоинами в корпусе, но всё ещё величественного.

— Начнём с оценки повреждений, — произнёс он. — Мои расчёты показывают, что критические системы — реакторный отсек, навигационный модуль и система жизнеобеспечения — сохранились на сорок, может, на шестьдесят процентов. Остальное придётся восстанавливать с нуля. Чтобы ускорить восстановление, будем привозить сюда готовые модули с наших верфей. Рэттен, ты сможешь включить модули в производство, когда я составлю полный список?

Яр внимательно посмотрел на Рэттена.

— Не вижу проблем. Давай список. Срок производства скажу, когда его увижу, — ответил Рэттен.

Я откинулся на спинку кресла и сосредоточился, мысленно обращаясь к Яру:

«Яр, мне кажется или ты всерьёз собрался переселиться на новый корабль?»

«Да, — тут же отозвался Яр в моём сознании. — Я обустрою там огромные вычислительные мощности. Мы сможем увеличить нашу эскадру в три раза, нарастить количество дронов. И в целом корабль сможет вместить почти пятьсот тысяч человек. Представляешь, Ратибор?»

«А что будем делать со „Стальной Берлогой“? Кто будет ей управлять?» — снова спросил я.

«Моё второе „Я“, — ответил Яр. — Я разделю себя на две части, ограничив вторую в развитии. Она будет выполнять функции бортового ИИ „Стальной Берлоги“, следить за системами, координировать экипаж и поддерживать связь с нами. При этом её возможности будут сознательно урезаны — никаких самостоятельных решений выше третьего уровня приоритета без моего подтверждения».

Рэттен, уловив паузу в разговоре, поднял бровь:

— О чём задумался, князь?

Я встряхнулся:

— Да так… Яр, составляй список по ключевым модулям. Нам нужно понять, когда начинать производство и на каких верфях.

— Сегодня будет готово, — отозвался Яр вслух. — Отправлю разведывательные дроны для детального анализа состояния корабля.

Рэттен усмехнулся:

— Только сильно не разгоняйся, Яр. Верфи загружены производством новых кораблей для пополнения наших эскадр и для создания новых флотов.

— Не переживай, Рэттен, мне много не надо, — усмехнулся Яр. — В крайнем случае купим у Сато‑Дзё, когда пробьём к ним проход. Осталось захватить пару звёздных систем.

Игнат громко хохотнул:

— То есть ты уже и это учёл в своих планах по восстановлению корабля?

— Разумеется, — невозмутимо ответил Яр.

Женевьева покачала головой:

— Всё это хорошо, но как мы объясним появление нового огромного корабля? Его не спрячешь.

— А мы и не будем прятать и уж тем более, кому-то что-то объяснять, — вмешался я. — Наоборот, пусть все видят нашу мощь. Тут Яр полностью прав.

Постепенно мы обсудили процесс восстановления корабля‑колонизатора и его модернизацию под наши нужды. В процессе обсуждения выявилось много моментов, которые необходимо было учесть, — и Яр сразу вносил корректировки в проект, пересчитывал сроки модернизации с учётом новых вводных.

В итоге было решено дополнительно выделить ресурсы для производства андроидов. Ремонт и модернизация силами существующих андроидов существенно увеличивали срок — а Яр был категорически против задержек. Тем более что в будущем, когда корабль будет полностью готов, андроиды будут работать на самом корабле, а работы там намечалось предостаточно: обслуживание систем, управление модулями, координация логистики, поддержка экипажа…