— Пропусти, — сквозь зубы попросила я Никиту. Он развел руки в стороны, не позволяя мне пройти мимо.

— Не так быстро.

— Что тебе еще надо? — я сжала кулаки, понимая, что могу не сдержаться и дать ему пощечину, если он посмеет тронуть меня своими грязными руками.

В голове не укладывался его образ – он казался мне милым, заботливым, осторожным, способным на проявление эмпатии, но как же я ошибалась. Преподаватель по психологии мне бы сейчас настучала бы по голове, что я сама позволила Никите познакомиться со мной, подпустить так близко, насколько это было возможно.

Как после этого верить людям, которые в легкую представляются другими людьми и манипулируют?

— Мы не закончили, свинья. Ди хочет заснять видео, а потом меня будет ждать награда, — парень жадно облизнулся, как хищник, глянув на Субботину через плечо. Девушка только отмахнулась от Никиты и приготовилась снимать нас на камеру своего телефона.

Так противно мне не было еще никогда.

Парень наступал на меня, давил своей массивностью и высоким ростом, нависая сверху. Я едва устояла на ногах, ища глазами то, чем можно было бы защищаться. Кулаками я ничего ему не сделаю, только если рассмешу.

— У тебя нет выбора, — прошептал Никита, грубо схватив меня за подбородок, чтобы не упустить мой испуганный взгляд. А потом опустился губами на открытую шею, прокладывая себе дорогу к груди. Меня охватила паника, я забыла, как дышать.

Когда он начал трогать меня, мне пришлось сдержать тошнотворный порыв, но я не могла так просто отступить. Начала кричать, пока слезы заливали мое лицо, била его по плечам и отталкивала ногами, пока не задела чувствительное место, отчего парень согнулся пополам, упав передо мной на колени.

— Вот сучка! — он резко схватил меня за ногу и потянул вниз, из-за чего я ударилась спиной, чувствуя, как рана начала неприятно саднить и щипать. Собрала всю волю в кулак, всю свою оставшуюся силу, чтобы сопротивляться, и ударила его по лицу, не беспокоясь о том, что могла попасть в глаз. Рука у меня тяжелая, а я воспользовалась слабостью парня, пока он сгибался от боли. — Ди, она чокнутая!

Но и это не остановило парня, а я не смогла выйти за пределы ванной комнаты – Никита уже грубой хваткой повалил меня на пол, нависнув надо мной своим огромным телом, и придавил с такой силой, что я закричала. Он заткнул мой рот ладонью, показывая указательным пальцем, чтобы я молчала. Я никогда не забуду этот безумный взгляд, проникающий в самые глубины сознания.

Страх перемешался с паникой, усиливая ее вдвойне. Силы стали покидать меня, а тяжесть тела не позволяла мне выбраться из-под него. Свободной рукой Никита позволил себе коснуться меня в районе трусиков, под юбкой платья, и я осознала, что это может быть конец.

Диана продолжала стоять в дверях и со злорадной улыбкой снимать нас, даже не собираясь мне помочь. Ей приносило удовольствие издеваться надо мной. В ней не было и крупицы сочувствия. А если бы она оказалась в этой же ситуации, то, как бы она поступила?

Слезы беспомощности застилали темную картину перед глазами, Никита поднимался все выше, до боли сжимая мою грудь, отодвигая в сторону синюю ткань.

— А вот грудь ничего такая, зачет! Жаль, что не в моем вкусе, — смеялся парень.

Что я еще могла сделать? Молить только Бога, чтобы нас нашла Валя или в ванную заглянул хоть один адекватный человек?

— Я не понял, вы что творите? — знакомый до ужаса голос заполнил собой комнату. Девчонки в дверях вздрогнули, а Диана отпустила телефон, испуганно посмотрев на Чернова.

Только не он!

Пожалуйста, нет!

— Олежа, я тут решила свинью проучить. Давно мы не развлекались так хорошо, видео разлетится по всему университету, — Субботина включила свой ненужный флирт, прикусив кончик ногтя зубами, пока осматривала Олега, стоявшего рядом.

И он кинул на меня свой безразличный взгляд, который не сулил ничего хорошего. Чернов никогда не станет останавливать Диану. Он всегда самый первый замечал меня в толпе, а его шавки накидывались следом, чтобы задавить своим числом.

— Отпустил ее, — приказал Чернов, тем самым, ошарашив своих друзей.

— Что? — переспросил Никита, продолжая нависать надо мной. Руку он так и не убрал, ограничивая мне и доступ к воздуху. Моя голова начинала кружиться от нехватки кислорода, от того, как сильно он давит на меня своим телом, а слезы и паника усиливали боль в висках.

— Глухой что ли? Отпусти ее, пока я тебе не врезал.

Парень послушался его. Взглянул на Диану, которая ему быстро кивнула, и отпустил меня, вставая. Я воспользовалась этим шансом, переворачиваясь на бок, чтобы как-то облегчить свой полноценный вдох, расправляя легкие. Сухой кашель пробил мое горло, раздирая глотку, но зато мне стало легче.

Я все еще не могла поверить в то, что Олег впервые за все время нашего знакомства сделал что-то поистине доброе. По отношению ко мне.

— Олежа, ты чего? Серьезно пожалеешь ее? — Диане не нравился такой расклад дел.

— Это уже переходит черту, Субботина. Решила ее прямо тут пустить по кругу? Совсем с ума сошла? Ты потом хочешь за решетку загреметь? — Чернов свысока смотрел на Диану, отчего девушка вжалась в открытую дверь и возмущенно цокнула.

— Полапал бы ее и все. У такой свиньи, как она, потом даже шанса не будет покувыркаться с парнем. Кому она вообще интересна?

— Не твое дело, — бросил Олег и недобро сощурил глаза, прожигая взглядом каждого причастного к этому.

Я же встала с пола, поправляя платье, и отпихнула Субботину в сторону, чтобы выйти в коридор. Как я в таком виде вернусь к родителям? Они посчитают меня пьяницей или какой-нибудь развратницей. Наверняка весь макияж размазался по лицу.

— Стой, — Чернов схватил меня за руку, останавливая на пути к свободе.

— Не трогай меня, — я отступила, выдергивая предплечье из его хватки. Парень удивился моему поведению и дерзкому ответу, но не стал настаивать, провожая меня задумчивым взглядом.

7глава

Мне пришлось остаться у Вали дома. Я смогла найти ее только после того, как вышла на прохладную улицу, где Сотникова стояла в компании какого-то скромного парня. Увы, я помешала им весело пощебетать, потому что подруга увидела мое разбитое состояние и все поняла без слов, предложив переночевать у нее.

Пары в университете я не могла пропустить, поэтому встала раньше будильника и уехала на такси до дома, чтобы помыться и надеть чистую одежду. Благо, родителей дома не было – папа уже уехал на работу и подвез куда-то маму. Она отправила мне смс, что переживала и оставила мне завтрак на столе.

Прикосновения Никиты все еще гадко ощущались на коже, хотелось стереть их жесткой мочалкой, отмочиться в кипятке. Я терла и губы, и щеки, плюясь мыльной водой. Ног совсем не чувствовала, будто они онемели, а я развалилась в ванной, опускаясь с головой под воду, чтобы хоть ненадолго освободиться от отвратительных воспоминаний.

Никогда бы не могла подумать, что такое может случится со мной. И правда казалось, что Никита сделает все ради того, чтобы ублажить Диану. Хоть поцелует меня против воли, хоть даже изнасилует на глазах у всех. Плевать. Им плевать на меня. Я для них не человек, а кусок жира.

Слезы накатывали по новой, но я вновь отстраивала ту самую границу с сознанием, не позволяя этим уродам как-то заставить меня усомниться в том, что со мной все в порядке. Я и так взялась за свое питание, занимаюсь спортом, у меня свой личный тренер и хороший знакомый диетолог. И все это ради того, чтобы доказать себе самой, что если я захочу что-то сделать со своей внешностью, то сделаю.

Но дело в том, что я не обращала внимание на свой лишний вес. Я приняла себя такой, какая я есть, как это сделали мои родители.

Откинувшись назад, я задумалась о поступке Чернова. Зачем ему было нас останавливать? Совесть замучила тем, что они и правда все могли стать соучастниками преступления? А его взгляд…Он хотел что-то сказать, но не стал. Дал мне свободу, которую я так жаждала, пока все вокруг испепеляли меня своими пьяными глазами. Мне просто хотелось провалиться под землю, чтобы больше не чувствовать стыда, окутывающего с головой.