Реальность над центром ритуала задрожала, пошла волнами, начала образовывать хроноаномалии, эпицентром которых являлся несчастный полудохлый червяк, оберегаемый от того, чтобы быть стертым с ткани бытия только и исключительно моей волей, волей гениальнейшего хрономанта с просто запредельным количеством опыта управления временем из своей прошлой-будущей жизни, который начавшиеся возмущения либо сглаживал, либо отводил в стороны от червя, от себя и от Тени. Однако масштаб зарождающихся катаклизмов все нарастал, нарастал и нарастал, если бы одна отдельная часть мироздания могла материться, она бы сейчас материлась как сапожник, поскольку в этой самой части сейчас реку времени поставили в какую-то на редкость неприличную позу, а потом принялись оскорблять действием сразу с двух противоположенных сторон! Возмущение континуума все усиливалось и усиливалось, поскольку я продолжал пытаться доказывать самой вселенной, что сей вот будущий молодой червяк на самом деле уже давно безбожно стар! Я закручивал законы природы и по часовой стрелке, и против неё до тех пор, пока только мог…А потом каким-то запредельным усилием воли, разума, магии и самой души перекинул держащиеся непонятно на каких метафизических соплях чары на энергетику лежащей передо мной части роя, будто передавал легендарному монстру обжигающее горячую картошку…Или скорее запихивал её в первое более-менее подходящее отверстие, куда она могла бы засунуться, хотя бы со скрипом. И созданное с немалым трудом заклятие отпустил, одновременно разрывая нашу связь.

Металлический лист с основой ритуала даже не уничтожило, а буквально стерло с ткани бытия. Валявшихся под ногами червей скукожило, распушило, перемололо, раздуло и высушило. Одновременно, а заодно немного в прошлом и, возможно, капельку в будущем. В разные стороны от них рвануло серое марево рвущейся или как минимум надрывающейся ткани бытия, щедро сбрызнутой содержимым реки времени…От каждого из них! В том числе и от тех, которые находились за лопнувшим от ударов снаружи и изнутри барьером, ведь с точки зрения Системы, да и мироздания тоже, все это был один монстр, просто имеющий необычайно высокое количество тел! Сия тварь могла многое. Была многим. Но вот легендарным, средненьким или хотя бы совсем уж захудалым хромантом не являлся. Однако созданный посреди болота маленький локальный хронокотаклизм спросил с него, как с такового. Ну, вернее сей хронокотаклизм просто случился, когда обработанный моей магией участок мироздания резко вернулся в норму, а вся отдача от умышленно проваленного ритуала пришлась на суть чудовища, к подобным испытаниям не готовую. И по этой самой сути, связывающей воедино каждый из плотоядных живых носков повышенной скрытности и зубастости, она дошла до каждого из находящихся в единой сети червей, уничтожив тех намного надежнее, чем это получилось бы у целой армии заявившихся на болота охотников-сыщиков, обвешавшихся ружьями, топорами и огнеметами.

Гениальнейший хрономант. Уровень 31.

Получен навык: «Насильственное внедрение заклятий».

Насильственное внедрение заклятий (Легендарное). Именно маги создают те заклинания, которыми они пользуются. Конечно, если они настоящие маги, а не просто какие-нибудь пользователи артефактов или марионетки, через которые действует кто-то другой…И этим кем-то другим вполне можете быть именно вы! Ну, зачем-то вы ведь научились творить свою магию через посредников в виде других живых существ, причем даже если те резко против и вообще сопротивляются вашим действиям как только могут! Сей навык обычно считается скорее вспомогательным, но тем не менее он очень полезен для того, чтобы перевести затраты энергии ваших чар на кого-то другого, а может скинуть на этого же другого вредные для здоровья отголоски пущенных в дело сил или же социальные последствия вашего деяния. Насильственное внедрение ваших заклинаний в чужую ауру, безусловно, до полноценной одержимости все же не дотягивает…Но если ваша цель именно она — то вы идете верной дорогой и почти уже её достигли! Главное не сообщайте о своих успехах слугам богов или инквизиторам. Почти наверняка им они не понравятся.

— Ну, не достижение или награда, но для примерно получаса работы целый уровень — это неплохо, — хмыкнул я, поднимая голову к кронам деревьев и прислушиваясь к хлопкам драконьих крыльев, с которыми к месту проведения ритуала приближалась моя страховка, любовница и, по совместительству, средство эвакуации. То, что мы с котом в себе не сомневались и были полностью уверены в успехе, отнюдь не означало отсутствие у меня здравого смысла или чувства самосохранения. — Жаль только трофеев особо с этого легендарного монстра добыть не получится, поскольку эти ошметки теперь ни на что не годны…

— А вот с такими выводами я бы не торопилась, милок, — раздавшийся из-за спины слабенький и едва слышимый женский голос заставил нас с Тенью синхронно вздрогнуть, резко развернувшись к источнику этих звуков, непонятно откуда взявшемуся посреди топей, где лишь несколько секунд назад буйствовал опасный для всего живого и теплокровного легендарный монстр! И обнаружили мы…Старушку. Очень и очень необычную старушку. Сидящая в инвалидной коляске посреди болота дама была одета в чистое и вроде бы даже выглаженное легкое светлое платье, а также выглядела на все сто! Лет. И еще пару-тройку диагнозов, с которыми живут вопреки любой официальной медицине. Сухие морщинистые руки были настолько тонкими, что грозили сломаться от легкого ветерка и вены на них выделялись настоящими канатами. Затянутые желтоватыми бельмами глаза явно были слепы. Короста, в несколько слоев покрывающая уши, определенно являлась то ли лишаем, то ли ещё какой-то отдельной формой жизни. Расплывающиеся по лицу огромные сине-зеленые пятна наводили на мысли о последних стадиях некоего кожного заболевания, перекинувшегося в том числе и на лысину, лишь символически прикрытую пятком волосинок. А ещё я чувствовал, что её возраст…Нестабилен. С одной стороны он измерялся веками, а с другой был в пару раз меньше чем у моего кота, которому и года не исполнилось. — Я бы даже сказала после всей той фантасмагории, что ты с этими червячками учудил, они только лучше стали…Конечно, если правильно их обработать…Настолько качественное мясо, несущее в себе отголоски несбывшегося напополам с ложным будущим, не так-то просто найти, знаешь ли!

— Фейри, — всплыли в голове воспоминания меня-будущего, сталкивавшегося уже с этими симбиотическими организмами. Наполовину гуманоидами, наполовину духами…Причем пропорции могли меняться в ту или иную сторону в зависимости от желания самого фейри, особенностей внешней среды и целой кучи иных факторов. И свою гуманоидную часть они, как правило, у кого-то крали, захватывая тела людей или представителей иных рас. Впрочем, рожать себе подобных тоже могли, хотя и не слишком любили это дело.

— Здесь и сейчас меня называют тетушкой Шеалой, — представилось сидящее в инвалидной коляске существо, чья немощь была абсолютно обманчивой. Больше чем уверен, своими сухонькими ручонками фейри могла бы ломать стальные клинки как веточки, а встав с инвалидного кресла имела бы все шансы обогнать в рывке не только профессионального спорстмена, но и гоночный болид формулы один. — И я работаю старейшиной в деревеньке Питтерсонвиль, что находится под твоей рукой, неизвестный мне бог.

Глава 9

В памяти меня-будущего фейри отводилось не так уж много места. Они периодически мелькали в числе врагов, с которыми тогда приходилось дело иметь, но были не слишком многочисленны относительно людей или орков и не слишком сильны, если сравнивать их с драконами, титанами или иными тяжеловесами родом из дальних частей Бесконечной Вечной Империи. Так, крепкие середнячки, пусть и из верхней части шкалы потенциальных неприятностей по меркам простых людей или же не слишком крепких общин с минимумом тяжелого вооружения и высокоуровневых чемпионов…Очень упертые, запугать или подкупить, заставив изменить своим клятвам, их было почти невозможно. Довольно живучие, симбиотическая природа делала их материальную часть устойчивой к всяким площадным экзорцизмам, ну покуда те не сжигали в прах затронутое чуждой этому плану реальности энергетикой тело, а духовная позволяла игнорировать мелкие житейские неприятности вроде лишней дырки в голове или груди, если только тех не наделать много, быстро и больших. Невероятно компетентные в той сфере, которую они для себя когда-то выбрали, но почти беспомощные в других. Так стоящая передо мной болотная ведьма в топях определенно способна на многое, однако где-нибудь в большом городе, пустыне, лесу или чистом поле процентов восемьдесят от её арсенала тупо не сработает и переучиться ей окажется ненамного проще, чем полностью свою расу сменить.