— Меньше акробатики, не удаляйся слишком далеко! — Прикрикнул я на кота, что на всей доступной ему скорости ходил вокруг меня едва ли не колесом, буквально размазываясь в воздухе, но перехватывая большую часть атакующих нас вечноголодных монстриков, которые никогда не смогут насытиться до конца, ибо когда одна из составляющих роя накопит достаточно энергии и питательных веществ, то буквально за пару минут возьмет и поделится на две отдельные части. Отдельные черви все-таки избегали близкого знакомства с когтями Тени, карабкаясь мне по ногам, прыгая на руки, спину и грудь или же вообще метя прямо в голову, но меня давно уже не могли испугать какие-то ожившие носки, пусть даже снабженные мелкими-мелкими, но зато многочисленными и острыми как иголки зубчиками, способными прогрызть любую шкуру и плоть, да вдобавок покрытыми очень эффективным ядом, блокирующим работу любых мышц, включая те которые отвечают за дыхание и даже сердцебиение. — Раз! Два! Три-и-и!
Кровь, струей ударившая из моей высоко вскинутой руки, очертила барьер вокруг меня, моего фамильяра и относительно небольшого количества тех, кто пытался нас заживо сожрать. Следом я использовал свою власть над временем, словно бы отсекая затронутый объем пространства от остального мироздания, а вернее смещая его в принципиальное не поддающееся грубой силе «не сейчас»…И почувствовал, как в преграду впитываются десятки, сотни, тысячи прожорливых ртов! Ртов, которые могли поглощать не только материю, но и энергию. Пожалуй, даже мою магию они могли бы тупо прогрызть, пусть и очень даже не сразу…Конечно, если им не мешать.
— Хвятит? — Поинтересовался Тень, прыгая туда-сюда по извивающимся плотоядным тварюшкам и аккуратно их надрезая. Некоторые, конечно же, дохли сразу же или секунды через три-четыре, но некоторые и оставались вяло шевелиться у нас под ногами, истекая своей прозрачной студенистой кровью с травмами, снижающими их подвижность до ничтожных трепыханий, но не грозящими быстрой гибелью, вроде разрыва того нервного пучка, который заменял подобным созданиям позвоночник.
— Должно хватить, — согласился я, отрывая от своей щеки пытающегося прогрызть мне кожу червя и одновременно с этим извлекая из пространственного хранилища заранее заготовленный металлический лист, а также набор жидких магических красок. То, что сейчас придется провернуть, дабы разделаться с монстром, было намного сложнее элементарного по сути своей барьера, а потому экономить на инструментах и расходниках не следовало. — Сможешь поддерживать сразу и стабильность этой кочки, и внешний барьер? Энергией поделюсь…
— Ня вопрос! — Легкомысленно мявкнул фамильяр, что был связан со своим хозяином на уровне души, а потому являлся чуть ли не лучшим волшебным помощником из возможных. Во всяком случае в ритуалах для подобных питомцев было очень легко выполнять роль эдаких дополнительных подпроцессоров, берущих на себя какие-то рутинные задачи, чтобы обладатель более развитого разума на них не отвлекался и занимался действительно важными вещами. — Но с тябя рыбка! Ня та, которую я уже пяймал! Пябольше! Ряза в два! Нет! Три!!!
— Не вопрос, — повторил я за своим котом, ощущая контролируемый им отток энергии и начиная наносить на ровную и плоскую металлическую поверхность символы, которые должны были облегчить мне работу. В принципе, можно было бы притащить и уже готовую основу для ритуала, но мне кажется, в таком случае выхлоп будет меньше, а Система к моим успехам и без того изрядно придирается. — Так-с, а теперь нужно найти в этой куче беспозвоночных инвалидов самого пожилого червяка…
Использовав одно из тех практически незадокументированных свойств хрономантов, о которых мало кто задумывается, я принялся искать наиболее старую тварюшку. Да, составляющие рой особи размножались делением…Но когда формировалась пара новых монстриков, то в ней был тот, кто сформировался по большей части за счет запасенных питательных веществ и тот, кому остался так сказать базовый комплект этого организма, своеобразный родитель… И чем старше он был, тем меньше поколений его отделяло от той первоначальной бестии, которая невесть с чего решила пойти не по стандартному пути эволюции большинства чудовищ Бесконечной Вечной Империи, который заключался во вполне понятном и даже естественном желании живых существ стать больше, сильнее, выносливее, эффективнее, глазастее и, в конечном счете, даже умнее, а выбрала альтернативную ветку развития, разделив свою суть между собой и своим потомством.
— Три недели, два дня, шесть месяцев, полтора года… — Бормотали мои губы, пока взгляд скользил по корчащимся полураспотрошенным червям, а их вполне себе нормально функционирующие сородичи в количестве нескольких тысяч штук грызли окружающий нас барьер. Основная же часть роя от магической преграды отхлынула и держалась на определенном удалении, посылая вперед лишь те частички целого, которых объединяющие все эти плотоядные носки воедино сознанию было бы не жаль потерять в том случае, если бы мы вдруг взорвались, загорелись, покрылись кислотой или использовали иную столь же неприятную для облепляющих нас врагов тактику. — Девятнадцать лет⁈ О! Вот этот подойдет!
Червь-долгожитель был аккуратно, чтобы вдруг не издох окончательно, перенесен в центр ритуальной магической фигуры. Его сородичи же, видя как умело владеющий волшебством человек занимается чем-то непонятным, рассредоточились по округе ещё сильнее. Некоторая часть их так вообще спешно расползлась в разные стороны. Коллективный разум уже сталкивался с коварством представителей рода людского, которые очень не хотели заживо превращаться в корм для плотоядных живых носков и вообще несколько раз пытались уничтожить данную необычную форму жизни с применением взрывчатки, зажигательных смесей, алхимии и боевой магии. Собственно информация в правительственные структуры конфедерации о хозяине местных болот была отправлена только после того, как обитатели ближайших поселений с горечью признали собственное бессилие в охоте на легендарную тварь, уничтожение которой могло бы очень и очень недурно прокачать везучника…Только вот уничтожать отдельные частички этой орды было примерно столь же продуктивно, как пытаться убить человека путем выдергивания у него волос. Даже если бы по той части топей, где сейчас развлекались мы с Тенью, нанесли удар из пары десятков рейлаганов, а после прошлись ковровой бомбардировкой, не жалея боеприпасов, победу бы артиллеристам не засчитали. Пока в живых оставался хотя бы один единственный червяк, рой бы выжил, чтобы полностью восстановиться не через пару дней, так через месяц или два. И мне не требовалось обладать способностями оракула, чтобы точно знать — какие-то страхующие заначки, спрятанные где-нибудь в дуплах деревьях или под кустами на максимальном удалении, которое только может позволить себе воля и магия нашего врага, у этой твари точно есть. По меркам легендарных монстров опустошивший болота и прилегающие территорию альфа-хищник определенно не являлся самым сильным, быстрым, умным, зубастым или магически развитым, но зато его определенно можно было причислить к первым строчкам рейтинга наиболее живучих. Рано или поздно этот рой определенно бы дорос до мифического статуса…Если бы не нарвался раньше на тех, кто может уничтожить найти абсолютно всего тела. Уничтожить их вместе с десятками квадратных километров прилегающей территории. Ударить не по многочисленным плотоядным носкам, но по разуму или энергетике, объединяющей этих бестий воедино…Ну или сделать то, что планировал я. Создать маленький временной парадокс, заставив сами законы мироздания истребить эту мерзость всю целиком, вплоть до последней частички, сделав её окончательно и бесповоротно мертвой.
Едва живой червяк, являющийся одной из полноправных частей роя, оказался щедро полит моей кровью, что благодаря правильно нанесенным мистическим символам убогим и примитивным подобием связи между фамильяром и хозяином соединило воедино меня и это существо. Между прочим, оно немедленно попыталось разорвать эту связь — единый разум и инстинкты орды маленьких прожорливых бестий не ждали от подобного контакта ничего хорошего…Однако при всей своей инаковости и живучести особого опыта плетения чар монстр, состоящий из тысяч отдельных тел, не имел, а потому в поединке за эту конкретную свою единицу не то, чтобы проигрывал…Скорее у нас было некое подобие ничьей, чего для осуществления моих планов вполне хватало. Смутно ощущаемый зубастый живой носок повышенной прозрачности был положен прямо в центр фокусирующей магической звезды, а дальше я стал насыщать своей магической силой до предела тот объем, в котором он находился, одновременно возводя дополнительные барьеры, отсекающие лист металла и его содержимое от реальности. Реальности, которую я принялся очень старательно убеждать сразу в двух противоположенных вещах. В том, что этот почти разделанный на несколько частей живой носок всегда был старым, очень старым, самым старым представителем своего рода. И в том, что эта же наполовину выпотрошенная когтями Тени тварюшка вот уже через пару мгновений станет молодой, ну очень молодой, буквально пару мгновений назад родившейся…
