— Это же… неслыханно. Никогда во всех хрониках, во всех дневниках моих предков у Смерти не было любовницы. — Он ускоряет шаг, его движения наполняются бешеной, давящей энергией. — Идеально. Просто идеально.

— Я не понимаю.

— Зато я понял, — шепчет он, плечи его время от времени напрягаются от тяжести ноши. — Я понял, как снять проклятие. Дело не в выплате долга, Элара. Нужно покончить с ним в самом источнике.

— Что это вообще значит…

Боковая дверь слева распахивается. Оттуда вылетает фигура с развевающейся юбкой, волосы убраны в строгий пучок. Мисс Хэмпшир.

— Все готово? — строго спрашивает Каэль, не замедляя бега по огромной галерее. — Ты подготовила все для обряда?

Сердце уходит в пятки.

— Обряда?

— Да, Ваше Величество. — Мисс Хэмпшир пристраивается рядом, ее лицо бледное, как пергамент, но полное мрачной, пугающей решимости. — Нож готов. Но священник… я не нашла отца Томаса. В его покоях пусто. Думаю… думаю, он…

— Священник нам не нужен. — Слова Каэля гулко отражаются от потолка, который с каждым шагом становится все выше. — Скорее. Как только я возьму нож, он наверняка почувствует, как в короне натягивается струна его сердца.

— Что ты хочешь сделать? — Чистый страх парализует мышцы на миг, а затем я начинаю отчаянно брыкаться, сучить ногами и вырываться из рук Каэля. — Пусти меня. Каэль, поставь меня на пол! Что происходит? Ты же сказал, что снимешь проклятие!

— Я не могу его снять. — Рывок плечами, и он с такой силой влетает в двойные двери, что дерево трещит у петель. За ними тянется красная ковровая дорожка, по которой он бежит вглубь тронного зала, эхо миллиона спешных шагов рикошетит от высокого сводчатого потолка. — Ни один король не может.

Эти слова ложатся на грудь каменной плитой. Я перестаю сопротивляться. На мгновение я становлюсь просто свертком из шерсти и ужаса в его руках, и осознание пронзает меня, точно клинок.

Я умру здесь. Прямо сейчас.

Каэль добирается до возвышения, где стоит трон, и наконец ставит меня на ноги.

— Стой здесь. Не двигайся. Мисс Хэмпшир!

Она проносится мимо нас к столику возле трона. Там она разворачивает бархатный сверток, и предмет внутри тускло поблескивает в бледном свете зари, пробивающемся сквозь витражи. Эфес покрыт золотой филигранью, темная и ждущая крови сталь.

Руки мисс Хэмпшир так сильно трясутся, что она едва не роняет нож, прежде чем вложить его в ладонь Каэля. Она смотрит на меня лишь раз, и не с жалостью, а с суровым, скорбным уважением.

Колени подгибаются, я сильнее прижимаю одеяло к телу. Каменный пол холодит босые ступни, сковывая меня. Почему? Не знаю. Ведь я за этим сюда и шла, верно? Умереть. Ради спасения семьи. Дарона.

Это казалось таким благородным. Почти поэтичным.

Но сейчас реальность момента бьет по венам хаотичной, панической дрожью. Я даже не обняла маму. Не сказала Дарону, что люблю его. Они не узнают. Они даже не поймут.

— Каэль, пожалуйста… — я отступаю, дрожа всем телом. — Я не готова.

Сжимая филигранную рукоять, Каэль встает напротив меня.

— Что бы ни случилось, Элара, я не могу вмешаться. Ты не должна колебаться. Ты должна…

Бух!

Двери в конце зала не просто открываются, они взрываются внутрь, сорванные с петель невидимым тараном невероятной силы. Дождь из щепок осыпает каменный пол.

Я резко оборачиваюсь.

В дверном проеме стоит Вейл.

Но иллюзия тонка, она трещит по швам. Кожа слишком бледная. Глаза слишком темные. Тени стекают с его пальто, точно дым, и пряди тьмы тянутся к каменному полу, ища опору.

— Каэль! — Крик — это не голос, это скрежет тяжелой двери склепа, от которого вибрируют легкие. — Ты глупый, несносный мальчишка.

Иней ползет по камню, стоит его сапогу коснуться пола тронного зала. Температура резко падает. Витражи жалобно скрипят, не выдерживают и лопаются, осыпая его быстрые шаги градом осколков.

— Ты не можешь снять проклятие! — ревет Вейл, и его голос двоится и троится, дрожа отзвуком монстра под кожей. — Оно вплетено в корону! Оно написано моей кровью!

— Я знаю, что не могу! — кричит в ответ Каэль, и в его глазах, точно надвигающийся шторм, стоят слезы. — Я знаю!

Дрожащими руками Каэль поднимает нож между нами. Сталь ловит свет серебряной вспышкой. Он подходит вплотную. Слишком близко. Он заносит руку, мышцы под рубашкой напрягаются. Лезвие разворачивается, острый край направлен мне в горло.

Дыхание обрывается всхлипом. Закрыв глаза, я готовлюсь к удару.

— Я не могу снять проклятие… — шепот Каэля колышет воздух, и я чувствую, как в мою дрожащую ладонь вкладывается что-то твердое. — Но она может.

Я распахиваю глаза. В моей руке золотой эфес ножа. Но то, как Каэль сжимает мои пальцы на нем, заставляя держать крепче, заставляет меня похолодеть.

Я смотрю на него снизу вверх.

— Что? Я не понимаю.

— Тебя найдет гонец. Он все объяснит, Элара, но… — Свободной рукой он срывает корону со своей головы и с силой вжимает ее в мою макушку. — Режь. Сейчас же.

— Что?! — я в ужасе пытаюсь отстраниться, но тяжесть короны придавливает меня, точно надгробная плита, холодный металл пульсирует у самых корней волос. — Нет!

Легкие сковывает паникой. Я пришла, чтобы умереть. Не убивать.

— Режь! — кричит Каэль, хватая меня за запястье и дергая вверх. Он прижимает кончик лезвия к своему горлу. — Я больше не могу помочь! Сделай это, Элара! Режь! — орет он, брызгая слюной, глаза его полны слез. Он тычет острием в кожу над яремной веной, туда, где бешено бьется пульс. — Забирай корону и проклятие! — Слезы катятся по его ресницам. — Сделай это ради меня! Ради всех матерей, которых я потерял!

— Не смей! — гремит Вейл. Иней стремительно взлетает по ступеням постамента; он уже не бежит, а несется на нас. — Элара!

— Элара… — молит Каэль, его голос срывается на рыдание. Он смотрит мне в глаза, и на одну душераздирающую секунду хаос в его взгляде исчезает, и я вижу лишь мальчика, который видел слишком много горя. — Убей. Меня.

Время замедляется. Я смотрю на нож в своей руке. Смотрю на отчаявшегося короля, по лицу которого текут слезы. Смотрю на монстра, летящего, чтобы нас остановить.

Я ничего не понимаю. И все же… каким-то образом… я знаю.

Я сжимаю рукоять. Поднимаю клинок.

И бью наотмашь.

Раздается влажный, разрывающий звук. Горячая кровь брызжет мне в лицо, на миг ослепляя. Сопротивление ножа сменяется тошнотворным скольжением. Звяк!

Каэль хрипит, его синие глаза закатываются. Колени с треском ударяются о каменный постамент, и он заваливается на бок, тяжело и конвульсивно дергаясь.

— Элара! — Крик Вейла сотрясает пол, стены и сами колонны, держащие свод.

Тишина обрушивается на зал, оглушая сильнее крика. Иней замирает в нескольких дюймах от моих ног. Кровь Каэля растекается лужей, впитываясь в подол шерстяного одеяла.

Я поворачиваюсь к Вейлу.

Он застыл у подножия постамента. Грудь тяжело вздымается. Он смотрит на тело Каэля, затем на меня.

— Что ты наделала?

Моя рука взлетает к короне, к золотому зубцу, который пульсирует в такт моему бешеному сердцу. Рука дрожит. Горло саднит.

С губ срывается безумный смешок. Может, потому что я сошла с ума. А может, потому что Смерть не получит право посмеяться последним.

— Коронуй меня замертво.

Продолжение следует…



Перевод выполнен для канала «Клитература» и одноименного сообщества ВКонтакте.

Переводчик — Душенька

Редактура — DariGu

Вычитка — LinX

Корректура — Дарья