И они позволяют этой женщине находиться рядом с детьми? Замечательно.

— Шатенка с карими глазами — это Ли'Ес, — сказал Райан.

Ах, та, что выглядит идеально. Та, чьи черты лица настолько изящны, что она могла бы сойти прямо за произведение искусства.

— Она… я не знаю, есть ли подходящее слово для того, чтобы описать что она такое, — сказал мне Райан. — Она была генетически изменена и стала сильнее, умнее, быстрее любого, кого ты когда-либо видела. Она бесчувственна и не ослушается своих командиров ни по какой причине. Если ей приказано уничтожить кого-то, она уничтожает. Возраст и пол не имеет значения. Происхождение не имеет значения. Они просто будут мертвы.

— Она вообще человек?

— Ни у кого не хватает смелости спросить ее об этом, — ответил он, ухмыльнувшись.

Мои глаза снова расширились. Боже милостивый. Становилось все хуже и хуже. И у этих людей я собиралась учиться?

— А как насчет мужчины, который задавал мне все эти вопросы? Того, с седыми волосами и в темных очках?

Лицо Райана омрачилось, лишив его всякого веселья. Он выглядел таким же бесстрастным, каким, по его словам, была Ли'Ес.

— Это Босс. Он здесь давно и помог основать А.У.Ч. Он отвечает за всё и всех здесь, и ты делаешь то, что он скажет. Без каких-либо споров. Последствия неповиновения ему всегда суровы.

— А рыжеволосая с приятным голосом?

— Это Сирена.

«Идеальное имя», подумала я. У неё был скверный характер, но я подозревала, что её голос мог убедить людей сделать что угодно.

— Она человек?

— Да. Но не волнуйся. Ты не будешь часто с ней видеться. Она помогает набирать новых рекрутов, а затем исчезает на некоторое время. Не знаю куда.

Прежде чем я успела ответить, дверь открылась. Роуз ввёл в комнату молодую девушку. У неё были самые странные волосы, которые я когда-либо видела, с оранжево-золотыми полосами и коричневыми и белыми прядями. У нее были золотистые глаза с заостренными радужками сверху и снизу. Её кожа была красивого янтарного цвета.

Роуз почему-то показался мне выше и мускулистее, чем я помнила.

— Феникс, познакомься с Киттен, — сказал он, — Киттен, познакомься с Феникс.

Губы Киттен изогнулись в приветливой улыбке, и я ответила на приветствие, уже не чувствуя себя такой одинокой. Она не была той огромной мускулистой девушкой, которую я себе представляла. На самом деле она была хрупкой и безмятежной, как и другие Тераны, которых я видела.

Как у этого существа получилось победить Эл-Роллиса?

— Рада тебя видеть, — сказала она.

— И я тебя. — почему в лагерь для борьбы с Чужими была выбрана инопланетянка? Мне это показалось странным. Не означало ли это, что ей придется убивать себе подобных?

— Теперь я знаю имена всех, кроме твоего, — сказала я Роузу.

— Я Кадар. — он бросил суровый взгляд на Райана. — Пойдем, парень. Твой отец хочет, чтобы ты вернулся в комнату.

Отец?

Должно быть, я произнесла эти слова вслух, потому что Кадар сказал:

— Босс. Начальство, большая шишка

У меня отвисла челюсть, и я вопросительно посмотрела на Райана.

Он же смотрел не на меня, а на Кадара, который уже разворачивался и уходил, совершенно беззаботный. Райан последовал за ним без единого слова. В тот момент, когда он вышел из комнаты, дверь закрылась с тихим свистом.

Его отец был здесь главным. Я не знала, что и думать об этом.

— Что это был за допрос? — вырвалось у Киттен, как только мы остались одни. — Они задавали мне самые жуткие вопросы. За всё время. Моя сестра сказала, что со мной побеседуют, но не предупредила, что это будет полномасштабный допрос. Они знали о каждой моей ошибке.

— И о моей, — ответила я. К счастью, она не стала спрашивать, в чем заключались мои ошибки. Я пересказала ей слова Райана, и глаза Киттен — эти ее прекрасные кошачьи глаза — поднялись выше. Она даже замурлыкала.

— Как долго, по-твоему, нам придется оставаться в этой комнате? — спросила она, потирая руки. — Я готова уже к занятиям.

— Не знаю. — я также не понимала, почему Босс не объяснил нам ничего из этого. Он хотел оставить нас в неведении? Если да, то зачем? Я имею в виду, если цель этого человека была в том, чтобы создать нам как можно больше стресса, то он уже преуспел.

— Интересно, сколько здесь ребят и как они отреагируют на меня, — сказала она, и в ее голосе прозвучала едва уловимая нотка уязвимости. — Ну знаешь, потому что я из Внешнего мира.

То, что она боялась быть отвергнутой, отозвалось во мне. Если бы Киттен не понравилась мне раньше, то понравилась бы сейчас.

— Ты мне нравишься, — сказала я.

— Может, мы сможем стать командой или что-то в этом роде. Но лучше не подведи меня. Я отказываюсь быть одной из неудачниц, которых отправят домой. — она запрыгала по маленькой комнате, излучая возбуждение. Даже терлась висками о стены. — Только подумай. Если мы дойдем до конца программы, мы будем бороться с преступностью. Нет ничего лучше, чем надирать задницы и прославиться!

Я смогла вспомнить несколько вещей, которые мне нравились больше. Парни, музыка, отдых.

— Это, без сомнения, самая крутая вещь, которая когда-либо случалась со мной. — пока Киттен говорила, ее ногти заострились. Легкий золотистый пушок на коже встал дыбом.

Я никогда не дралась просто ради забавы. Но у меня не было девяти жизней — а у нее? — поэтому я собиралась быть осторожной с той единственной, что у меня есть. Наконец-то.

— Интересно, будем ли мы жить в казармах с парнями или нет, — сказала она.

— Не знаю. — мне было интересно, живут ли здесь преподаватели. Например, преподаватель по рукопашному бою по имени Райан… Была ли у него девушка? При этой мысли мои кулаки сжались.

— Эм, о ком ты думаешь, девочка? — спросила Киттен, улыбаясь мне. — У тебя лицо стало таким мечтательным и покраснело. И лучше не говори, что о Брэдли. В таком случае мне придется сделать тебе больно. Этот парень — бабник, и ни одна моя подруга не будет встречаться с мужшлюхом. Подожди. Мы же будем дружить, правда?

— Да. — я моргнула в замешательстве. — Что, прости?

— Мужшлюха. Мужчина-шлюха.

Я рассмеялась.

— Тебе не стоит беспокоиться обо мне и Брэдли. Он не в моем вкусе. — я уже давно ни с кем не встречалась и редко встречалась с парнями своего возраста, но я не сказала ей об этом. Не хотела, чтобы она задавала вопросы, например, где я познакомилась со своим последним парнем. Тогда мне пришлось бы признаться, что была в реабилитационном центре.

— Значит, мы друзья? — снова спросила Киттен.

— Надеюсь. Мне бы сейчас не помешал друг.

— Мне тоже. — она наклонилась ближе и прошептала: — Что ты…

Дверь открылась в третий раз, и вошла балерина — Миа Сноу, как назвал ее Райан, — держа в руке пластиковый стаканчик. Киттен поджала губы и с благоговением уставилась на нее.

Миа носила уверенность как плащ; она сочилась из нее. Несмотря на эту уверенность, она не выглядела способной сразиться со мной и победить. Я была на два дюйма выше.

Однако она выглядела способной убить меня хладнокровно. В ее загадочных голубых глазах было что-то такое, что говорило: «Наслаждайся своей дозой, потому что она будет последней».

Почему она боролась за меня? Я не понимала и боялась надеяться, что она увидела во мне что-то хорошее. Да, она упоминала о страсти. Но мне этого показалось недостаточно.

— Меня зовут Миа, и я буду вашим наставником. — она остановилась прямо перед нами и сунула мне в руку стаканчик. — Это тебе. Уверена, ты уже знаешь, как это делается.

Мои щеки вспыхнули румянцем. Похоже, сегодня мне предстоял первый тест на наркотики. Киттен в замешательстве уставилась на стаканчик.

Чтобы не комментировать, я снова обратила внимание на Мию, которая была одета с головы до ног в обтягивающий черный латекс. По крайней мере, я думала, что это латекс. Я никогда не видела такого мягкого и эластичного материала. Наверняка он был не настоящим.

Когда Чужие впервые прибыли на нашу планету через порталы и разразилась война, животные и растения были почти уничтожены. Некоторые из наших озер даже высохли. Нам пришлось восстанавливать, ну, всё — одна из причин, по которой мы были «Новым Миром». Теперь мы были обществом, которое полностью полагалось на синтетику… подделки, искусственные копии.