— Ты уехала из «Дворца Безумия» две недели назад, но я впервые вижу тебя вне занятий. Что случилось?

«Дворец Безумия». Так мы называли реабилитационный центр. Это название подходило ему. На какое-то время я сошла с ума, билась о стены, кричала, крушила любую мебель — или человека, — до которого могла дотянуться, и все это в попытке вырваться на свободу.

— Моя мама стала моей надзирательницей, — сказала я, и в моих словах прозвучала самоирония. — Теперь я большую часть времени провожу дома.

— Бедняжка, — сказала она сочувственно. — Слава богу, ты сбежала сегодня вечером. — она допила свое пиво и бросила бутылку на землю. — Сейчас будет жарко!

Я постукивала ногой в такт музыке, пытаясь сдержать стон.

— Что-то намечается?

— Все как обычно. Знаешь, все то, что ненавидят наши родители. Как будто они не делали то же самое, когда были подростками.

Я не могла представить, чтобы моя мама совершала что-то необузданное, ни сейчас, ни когда-либо еще. Она была такой… чопорной. Не только внешностью: безупречная одежда и светлые, зачесанные назад волосы. Но и характером. Если она не работала, то убиралась в доме, не давая осесть ни единой пылинке. Она никогда не пила и, казалось, никогда не расслаблялась.

Ходить взад-вперед, беспокоиться — были ее любимыми занятиями. «Из-за меня», — подумала я, немного расстроившись.

— Эй, — сказала Джейми, привлекая мое внимание. — Ты вся напряжена. Тебе нужно расслабиться. Ты видела Стоуна, брата Эллисон? Это наверняка поможет.

— Нет. — я даже не знала, что у Эллисон есть брат. На самом деле, я думала, что Эллисон уехала год назад. — Эллисон здесь?

— Да, но забудь об Эллисон. Эллисон Смоллисон, мы поговорим о ее брате. Он окончил школу несколько лет назад, до того, как ты переехала сюда, а затем пошел в армию. Избранный, гордый и все в таком духе, — сказала она, закатывая глаза. — Не думаю, что вы двое знакомы.

— Нет.

— Ты возненавидишь себя за это, когда увидишь его. — с этими словами Джейми достала маленький пластиковый пузырек из потайного кармана на молнии сбоку своего сапога. У наркоманов всегда были способы спрятать свои запасы. — Я присматривала за ним все эти годы, но он редко приезжал домой. До сих пор, — добавила она, лукаво улыбаясь. — Наконец-то он здесь.

Я снова чуть не застонала, увидев содержимое пузырька. Онадин, или «Бездыханный», - жидкая форма препарата. Он сильнее порошка, более действенный, чем таблетки. В десять тысяч раз лучше, чем «Снежные ангелы». С «Бездыханным» можно не просто парить около звезд, а стать ею.

— По крайней мере, ненадолго, — напомнила я себе, но не могла оторвать взгляд от пузырька. Моя рука задрожала от желания дотянуться и выхватить его. Я могла бы осушить его, прежде чем Джейми даже поняла бы, что я сделала.

«Когда ты падаешь, то падаешь сильно, Феникс. Тебе это сейчас не нужно». После «Бездыханного» человек горел, болел и мечтал о следующей дозе. Некоторые готовы убить за это. Украсть.

Но это так вкусно. Ещё один раз не навредил бы мне.

Джейми открыла пузырек. Она осушила половину и предложила остальное мне. Какое-то время я продолжала смотреть на прозрачную, бурлящую жидкость, желая ее. Меня била дрожь. В конце концов, я вернусь в реабилитационный центр. Снова причиню боль своей маме. Все, чего я достигла, будет потеряно.

— Хочешь? — спросила она.

Наконец, я собралась с мыслями и покачала головой.

— Нет, спасибо.

Она нахмурилась и пододвинула пузырек ближе ко мне, прямо к моему носу.

— Твоя мама не узнает.

Меня охватило раздражение… и желание. Она была права. Мама никогда не узнает. Я могла бы… Я стиснула зубы. «Нет. Прекрати! Я не такая». Больше не такая.

— Нет, спасибо, — твердо повторила я.

Ничуть не смутившись, она помахала пузырьком взад-вперед. Прозрачная жидкость переливалась из стороны в сторону, почти гипнотизируя меня. Для некоторых Онадин обладал слабым ароматом росы. Для других, на самом деле для большинства, не имел запаха. Как бы я хотела, чтобы для меня он был без запаха. У меня потекли слюнки.

— Ты в этом уверена? — спросила она.

«Нет».

— Да. — я отвернулась.

Джейми пожала плечами и допила остальное.

Я вздохнула… надеюсь, с облегчением.

Пузырек упал на землю рядом с бутылкой из-под пива, и они покатились вместе. Черт. Я посмотрела еще раз.

— Ты должна его увидеть, — сказала Джейми.

Мои брови нахмурились от недоумения.

— Кого?

— Райана Стоуна, глупышка. Брата Эллисон. Почему он пришел, я не знаю и мне все равно. Я просто рада, что он здесь. — ее лицо скривилось. — И я не знаю, почему пришла его сестра. Она меня тревожит. Жаль, что она не осталась дома, эта заносчивая стерва.

Эллисон никогда не тусовалась с нами. Она была из тех правильных девочек, которым жизнь давалась легко. Она буквально парила по коридорам, с золотым ореолом на голове и ангельскими крыльями за спиной. Все (кроме нас) ее любили.

— Помнишь, как она смотрела на нас с отвращением на уроках? — спросила Джейми. — Мне хотелось выцарапать ей глаза.

Да, я помнила. И была рад, что она уехала.

— Расскажи мне еще раз, что такого особенного в Райане. С такой сестрой он не может быть таким уж замечательным.

Джейми рассмеялась, ее голос был немного хриплым и очень тихим, так как уровень кислорода в крови упал.

— Подожди, пока не увидишь его. Он горячий. Он… — она посмотрела за костер и нахмурилась. — Куда он ушел? Если он целуется с… подожди. Вот там, — сказала она, указывая. — Ням-ням.

Мой взгляд проследил за направлением ее пальца, но я увидела только знакомых ребят. Некоторые еще стояли. Большинство лежали на земле, под кайфом, и смотрели на черное бархатное небо, улетая высоко.

— Я его не вижу.

Джейми споткнулась, усмехнулась и выпрямилась. Она схватила меня за запястье, притянув к себе.

— Посмотри туда.

Мое любопытство росло, и я снова начала искать… и на этот раз увидела его. Я сразу поняла, что это он, и не нуждалась в подтверждении. Боже мой. Мой рот приоткрылся, и по коже тут же разлились теплые мурашки. У него были каштановые волосы, но в свете костра пряди казались золотыми. И даже с такого расстояния я видела, что его глаза были ярко-голубыми, кристально чистыми, от них захватывало дух больше, чем от Онадина.

Его острые скулы придавали ему угрожающий вид, словно он был готов сразиться со всем миром. Нос у него был с горбинкой, как будто мир уже пару раз принимал его вызов. На подбородке виднелась легкая тень щетины. Он выглядел взрослым парнем. Не то что парни из моей школы, которые только начинали наращивать мускулы (хотя никогда бы в этом не признались).

Райан был не просто горячим, он обжигал.

Очевидно, более опытный, чем окружающая его школьная толпа, он излучал ауру «я надеру тебе задницу, если ты заговоришь со мной». Он не пил и не курил, просто наблюдал за всем, что происходило вокруг.

— Убийственный, правда? — спросила Джейми с очередной порочной ухмылкой. Затем она покачнулась и нахмурилась. — Дурацкие туфли.

«Да, это туфли, а не недостаток кислорода в твоем мозгу», — подумала я, не отрывая взгляда от Райана.

Именно в этот момент он взглянул на меня, словно почувствовав мой пристальный взгляд. На долю секунды наши глаза встретились, задержавшись. Дрожь пробежала по моей спине, прежде чем он отвернулся, отмахнувшись от меня, как от назойливой мухи.

Раздражение захлестнуло меня, и я сжала челюсть. Парни — младше, старше, неважно — всегда так делали. Отводили взгляд. Я была милой, или мне так говорили, но не отличалась красотой, как Джейми, и поэтому, видимо, была недостойна продолжительного внимания. Да и грудь у меня была небольшой. Еще один минус.

— Он придурок, — процедила я сквозь зубы.

Джейми невнятно пробормотала что-то и снова споткнулась. Я протянула руку и обняла её за талию.

— Пойдём, — сказала я. — Тебе пора отдыхать.

— Тогда спокойной ночи?