Все мгновенно напрягаются, а Ронан рядом со мной едва не сияет от восторга. Должен признать, по-моему, ещё никто не разговаривал с этим советом с таким нарочитым пренебрежением. И, как ни странно, теперь я проникся к ледяному эльфу новым уважением.

Дядя Сорен поднимает руку, гася тот огонь, который разжёг Трэйн.

— Если всё так, как вы говорите, король Трэйн, и Видарр действительно избрал Атласа своим всадником, то кто, по-вашему, будет учить его верховой езде? — мой дядя задаёт вполне справедливый вопрос. — В Троновии у нас больше нет драконов, а последний укротитель погиб во время Великой войны.

— Я буду его обучать, — без малейшего колебания отвечает Трэйн.

— Вы? — фыркает лорд Хесс, и на него тут же падает опасный косой взгляд Трэйна. Тот замирает, словно приклеенный к своему креслу под этим немигающим взором.

— Я слышу протест? — тихо произносит Трэйн — хищник, играющий со своей добычей. — Может, вы сами хотите удостоиться этой чести, лорд Хисс? — Трэйн постукивает пальцем по подбородку, прекрасно зная, что уже задел советника за живое, намеренно исковеркав его имя. — Ах да, постойте. Вы же ни демона не смыслите в драконах.

— Вы переходите черту…

— Осторожнее, — обрывает лорда Эдгара Трэйн. — Возможно, вы и не под моей властью, но врага из меня делать не стоит, — с этими словами ледяной эльф поднимается, давая понять, что собрание окончено. — Я обучу Атласа Харланда седлать Видарра. Если, конечно, у кого-то есть возражения?

Дядя Сорен вежливо улыбается. Я не уверен, что именно он думает о Трэйне, но знаю одно: спорить с другим королём он не станет, особенно с тем, кто разбирается в драконах.

— Эта честь ваша, король Трэйн. Обучите его как следует.

— Превосходно, — Трэйн жестом велит мне следовать за ним, после чего сцепляет руки за спиной и направляется к двери. — Если позволите нас извинить. У нас есть дела.

Бросив напоследок ещё один взгляд в сторону дяди, я делаю, как велит Трэйн, и выхожу за ним в коридор, а Ронан идёт следом по пятам.

Когда мы отходим уже достаточно далеко, я говорю:

— Кажется, помогая мне, ты сегодня нажил себе нескольких врагов.

— И ты думаешь, я потеряю сон из-за мужчин, чьих имён даже не запомню? — резко бросает в ответ Трэйн, совершенно не тревожась из-за того разгрома, который оставил дяде разгребать.

— Лично я нашёл это вдохновляющим, — хмыкает Ронан. — Каттиган и Хесс до конца своих пыльных дней будут лишаться сна из-за того, что ты назвал их Раттиганом и Хиссом.

Уголок рта Трэйна едва заметно приподнимается в намёке на усмешку.

— Да, хоть это и было ребячеством, удержаться было слишком сложно.

— Если не считать шуток, — настаиваю я. — Почему ты мне помог?

— Думаю, настоящий вопрос, который тебе стоит задать, — это что я хочу получить взамен за помощь тебе?

— И чего же ты хочешь? — у меня в груди ёкает сердце, а брови сходятся к переносице.

На несколько мгновений повисает тишина, пока мы наконец не выходим через парадную дверь в бодрящий зимний воздух. Трэйн вдруг разворачивается ко мне всем корпусом и говорит:

— Когда вы с Аурелией наконец решите завести семью, я хочу, чтобы своего первенца вы назвали в честь меня.

Ронан разражается хохотом, хлопая ладонью по бедру, но я остаюсь невозмутим, вчитываясь в непреклонный серый взгляд Трэйна.

— Ты ведь не всерьёз, — тихо говорю я.

— Я смеюсь?

Раздражение обжигает мне лёгкие.

— Да ни за что…

Трэйн усмехается и поднимает руку, останавливая меня.

— Не заводись так. Насчёт вашего потомства я шучу. Считай это моим подарком. Своего рода приветственным даром в семье, если угодно.

Я бросаю на Ронана ошеломлённый взгляд, но, кажется, даже он удивлён этой бескорыстной щедростью ледяного эльфа.

— Ты ведёшь себя мило, — медленно произношу я, ожидая подвоха. — Почему?

Он вздыхает и качает головой.

— Возможно, это Аурелия на меня влияет. Уверяю, больше этого не повторится, — он направляется к ожидающей его карете. — Я проверю, что там в Драакстене. Завтра утром начнутся твои уроки. Не опаздывай.

И с этими словами ледяной эльф запрыгивает в экипаж и уезжает.

— Знаешь, как бы мне ни хотелось ненавидеть его из-за всей этой свадебной херни, — Ронан швыряет яблочный огрызок в кусты, — он не так уж плох, когда узнаёшь его получше.

— Тебе он просто кажется забавным, потому что он только что размазал этих лордов.

— Не все герои машут мечами на поле боя, Атлас, — пожимает плечами Ронан.

ШЭЙ

Может, это и звучит глупо, но летать над троновианскими лесами — совсем не то же самое, что летать над покрытыми инеем горами Эловина. В Королевстве Льда погода суровая, а ветер беспощаден. Несмотря на то, что я ежедневно тренировалась с Сераксэс, к холоду я так и не привыкла до нашего путешествия на юг. Здесь, в Троновии, хотя погода тоже скатилась к прохладе, летать мне стало куда легче. Суставы не ломит, и кости не ощущаются так, будто вот-вот треснут надвое от яростного ветра. Здесь я могу парить, не стуча зубами.

Я думала, Ледяным драконам будет тяжело привыкать, но, если они и страдают из-за нового давления воздуха или температуры, никак этого не показывают. К великому раздражению моей матери, Сераксэс обожает нырять так низко над линией деревьев, что ветки и листья, торчащие вверх, щекочут ей живот. Я держу свои упрёки при себе. Сераксэс лучше меня знает, на что способно её тело, и, если ей хочется почесать живот, значит, так тому и быть. Я не стану её останавливать. Хотя Корвэкс и моя мать во время тренировочных симуляций внимательно за нами следят.

Если мы хотим быть готовы к войне, нам нужно и дальше учиться действовать как команда, как единое целое. Невозможно сказать, существуют ли где-то ещё драконы, кроме наших, поэтому мы действуем так, будто наша группа будет единственной воздушной ударной силой. Теперь, когда в гуще событий оказались Никс и Дрэксел, нам всем нужно учиться двигаться сообща. Атаковать и отступать, когда это необходимо. Прикрывать спину своему напарнику и быть готовыми прийти на помощь, когда потребуется.

Для Никса это новый стиль ведения войны, но он быстро его схватывает, словно его разум и был создан для стратегии и битвы.

Когда наше занятие заканчивается, и драконы благополучно устраиваются в Драакстене, окружённые всеми лакомствами, каких только могут пожелать, мы с Никсом выходим из арены и видим, что Ронан прислонился к своей личной карете.

— Должен сказать, — он выпрямляется, и по его смуглому лицу расплывается улыбка, — я очень впечатлён. Кожаная экипировка для полётов на драконах вам обоим к лицу.

— Что тут скажешь, Дрэксел делает меня неотразимым, — Никс принимает позу, напрягая бицепсы.

Трэйн был здесь во время нашей тренировки и насчёт того, как прошло заседание совета, молчал. Видарр улетел в тот самый момент, когда Атлас ранее покинул Драакстен, и с тех пор мы его не видели. Но если кто и разболтает подробности той закрытой встречи, так это Ронан.

— Как прошло заседание? — спрашиваю, пытаясь и не сумев скрыть свою тревогу.

— Скажу тебе одно, — хмыкает Ронан, бросая взгляд нам за спины, чтобы убедиться, что мы одни, — мне совсем не хочется злить твоего кузена.

— О нет, — стону я. — Что случилось?

Ронан наклоняется ближе и шепчет:

— Трэйн сделал то, о чём я сам мечтал годами. Послал к демонам весь этот совет.

Я вздыхаю, ничуть особо не удивлённая.

— Пожалуй, нам стоило этого ожидать. Трэйн не из тех, кто особенно деликатничает с чужими чувствами.

— И хвала ему за это, — гремит голос принца. — Мне пришлось щипать себя за руку, чтобы не расхохотаться.

— Это значит, что дому Базилиус здесь больше не рады? — спрашиваю я, готовясь услышать хоть какие-то последствия поступка Трэйна.

— О, ему здесь рады навечно, — Ронан закидывает руки мне на плечи, притягивая ближе. — Да, паре стариков взъерошило перья, но им это даже на пользу пойдёт. Суть в том, что он вступился за Атласа и Видарра — и победил.