— Я понимаю, Лейф, — перебил Калистен. — Но если ты вырастешь и захочешь стать хранителем севера — пожалуйста. Я слишком сильно люблю твою маму и больше не хочу оставлять её одну.

Щёки графини зарделись и она опустила взгляд, поджимая губы, чтобы спрятать счастливую улыбку.

Лейф лишь выдохнул и принялся за еду, старательно не замечая амурную атмосферу между родителями. Он первый закончил с едой и выскочил из-за стола, отправившись на учёбу.

— Ты правда отказался? — взволнованным голосом спросила Альфидия, будто бы отказываясь поверить в услышанное.

— Правда, — тепло улыбнулся ей муж. — И обещаю, что сегодня же займусь твоей сестрой и Делаом.

— Но… что ты сделаешь? Нет ведь никаких доказательств, ничего же не произошло, — вздрогнула графиня.

— Доказательства я добуду, — твёрдо сказал Калистен, — но уже то, что у них было намерение причинить тебе вредя — это подсудное дело. Я бы, конечно, порешал всё радикально, но думаю, будет справедливо, чтобы они сели в тюрьму на пожизненное и прошли через твой путь.

— Но разве им дадут пожизненное? — с сомнением спросила графиня.

— Не волнуйся, — пообещал ей Калистен. — Я сделаю всё для того, чтобы дали.

— Спасибо, — тепло улыбнулась Альфидия, чувствуя, как от волнения всё внутри дрожит. Если и есть отмщение, то оно именно такое. Да, она будет довольно, если они оба окажутся в тюрьме.

Ей даже не нужно было толком объяснять мужу, почему она считает их виновными в произошедшем на балу, в их коварном замысле, он уже верил её слову и был на её стороне. Это чувство пьянило.

— Родители твои, лишившись твоей поддержки уже этим будут наказаны, — Калистен поднялся, обошёл стол и быстро поцеловал жену. — Я всё для тебя сделаю.

Альфидия благодарно кивнула и прикусила губу от волнения, собираясь подобрать слова, чтобы обозначить, как много это для неё значит.

— А теперь нужно приняться за дело. Я прибуду после ужина, тебе понравится мой подарок.

— Не обязательно…

— Обязательно, — твёрдо сказал граф и подарил ещё один поцелуй жене.

Калистен задерживается и Альфидия нервно меряет шагами его комнату, она уже переоделась для сна, уж не зная, прибудет ли муж вовремя или его задержали срочные дела.

Нехотя графиня забирается в кровать и накрывает себя одеялом, но сна ни в одном глазу, он ведь ей обещал! И сюрприз и супружеский долг. Второго она ждёт сильнее, чем первое.

Внутри всё взрывается предвкушением. Впервые предстоящая ночь с мужчиной не кажется ей чем-то страшным, впервые она этого ждёт с нетерпением. Даже внизу живота покалывает от волнительного томления. Ну не оставит же он этой ночью её одну?

Когда дверь с тихим скрипом открывается, Альфидия резко садится, с облегчением выдыхает, чувствуя, как тревога покидает её.

— Не спишь? — улыбается Калистен, рассматривая свою супругу, проходя с пышным букетом цветом.

Альфидия улыбается в ответ, слегка прикусив губу, словно боясь поверить в собственное счастье. Он здесь, он приехал.

— Я не сплю, не сплю, — графиня ловко сползает с кровати и уже стоит перед ним, взволнованно заглядывая в глаза.

— Не смотри так, — его голос взволнованно хрипит и Калистен вручает ей цветы, жадно сминая губы в поцелуе.

Всё внутри трепещет у Альфидии, она уже готова ко всему. И ждёт, что её муж сдержит своё обещание.

— Поставь их в воду, а я быстро помоюсь, — Калистен спешно целует жену в носик и оставляет до того, как она успела хоть что-то сказать.

Графиня лишь разочарованно вздохнула, что муж снова оставил её одну, но занялась цветами и любовалась ими до возвращение Калистена, предвкушение стало сильнее, ожидание захватило как разум, так и тело, вызывая лёгкое покалывание внутри.

Калистен вернулся в одном халате, влажные капли стекали по его волосам.

Альфидия нервно облизнула губы, почувствовав, как задрожали кончики пальцев. Это случится сейчас? Она готова. Да, она точно готова!

А Калистен подошёл молча, обнимая нежно, поглаживая по спине и волосам. Он был так близко, что Альфидия ловила его дыхание, ожидая его первых шагов.

— А теперь сюрприз, — граф ловко подхватил жену на руки, быстро чмокнув в губы. — Закрой глаза и не открывай, пока я не скажу.

Альфидия кинула и доверчиво закрыла глаза. Он понёс её куда, а у графини всё внутри трепетало от близости мужа. Сейчас они будут вместе, едины? Или нет, он сперва подарит ей подарок, а потом они вернутся в комнату и…

Калистен мягко поставил жену на ноги и развернул спиной к себе, сжимая её плечи, поцеловал в макушку.

— Открывай, — шепнул он ей на ухо.

Альфидия робко открыла глаза, уставившись на широкую незнакомую кровать. Комната была большой и роскошной. Но Эрдман никогда её не видела.

— Что? — немного сбитая с толку повернулась к его лицу графиня, а потом до неё дошло. — Супружеские покои?

— Да, — довольно улыбнулся Калистен, глаза его лучились теплотой. — Теперь это наша общая спальня, ты переедешь сюда со своими вещами и не нужно будет бегать по утрам далеко. Не волнуйся, комнат достаточно, мы все поделим. У тебя уж есть своя гостиная, ванная, гардеробная и личный кабинет. Хочешь сейчас взглянуть?

Всё внутри задрожало от волнения, но Альфилия отрицательно покачала головой.

— Нет, Калис, давай завтра, — она быстро и мягко чмокнула мужа в губы. — Мне правда очень приятно и я взволнована, но ты обещал… сегодня наша ночь, так?

Взгляд Калистена потемнел и он повернул жену к себе всем корпусом, крепко сжав осторожно талию. Его жена, его прекрасная жена сама вожделеет его? Действительно ли графиня хочет этой близости? Или считает, что должна?

— Да, Альфи, сегодня я дам тебе то, что ты так хочешь, — довольно улыбнулся Калистен. — Но если я увижу, что ты не готова…

— Я готова! — уверенно заявила Альфидия, обняв его шею и поцеловала первая.

Граф ответил на поцелуй, притягивая к себе жену ближе, гладя её тело, очерчивая своими большими руками её тонкий стан. Сквозь сорочку он чувствовал тепло её женского тела, желая прикоснуться к ней без одежды. В его голове был образ женского тела, что он увидел случайно и чуть не потерял контроль над собой. Он не мог это развидеть, в тот миг граф как никогда был близок к срыву.

Калистен приподнял жену и, донеся до кровати, заботливо уложил, нависая сверху, словно не веря, что сейчас она сама хотела их близости, что и она тянулась к нему.

— Тебе точно не страшно? — он заглянул ей в глаза, словно там были ответы.

Альфидия нервно прикусила губу.

— Я волнуюсь, — честно призналась графиня, но увидев, как дёрнулся Калистен, обхватила его лицо своими руками, не давая отстраниться и зашептала тихо, почти еле слышно. — Мне даже немного страшно, но всё от того, что я боюсь, что будет как я привыкла. А ты пообещал, что будет иначе, что мне понравится и я верю… я верю тебе, Калис. Я хочу попробовать как это — когда нравится.

— Обещай мне, что если в какой-то момент твой страх станет сильнее твоего желания, ты скажешь мне об этом, — строго сказал Калистен.

Графиня нервно выдохнула и всё, что смогла, кивнуть. Хорошо, она скажет, не утаит.

— Я буду очень нежен, — перешёл на такой же шёпот Эрдман, — и очень осторожен. И обещаю что в процессе постараюсь не потерять голову и не отдаться страсти. Я сделаю тебе очень приятно.

Альфидия порывисто выдохнула и резко кивнула. Да, она ему доверяет, Калистен уже не раз доказал, что его слово много значат, что он на её стороне и заботиться о ней. Потому что он любит свою графиню, любит как мужчина может любить женщину.

Что-то внутри кольнуло. Да, она не хотела приступать, пока не скажет ему об этом сама.

— Калистен, — тихо выдохнула Альфидия, — муж мой, дорогой мой…

Граф замер, нервно сглотнув, чувствуя, как руки жены с лица скользнули на шею, а потом в вырез халата прижались к его груди, словно обожгли жаром.

Эрдман нервно облизнула губы, чувствуя, как под её ладонью бешено бьётся его сердце.