— Алло. Привет мам. Не поздно? Я постоянно путаюсь с вашим временем. Да просто так позвонила, узнать, как у вас дела.

Мать была на Лизавету явно обижена, за долгое молчание и за игнорирование звонков, особенно.

— Ну и хорошо, что нормально. У меня тоже все хорошо. Живу в деревне, блог в интернете ведем на пару с местным жителем. Нет, я не сошла с ума и наркотики не употребляю. Да, квартиру тоже не собираюсь продавать. Да, это моя жизнь и не стоит обижаться, что решения я теперь сама принимаю. Да, я подумала. Хорошо подумала. Мам, а почему ты письма от бабы Милы прятала?

На этой фразе боевой задор собеседницы как-то внезапно сник. Лиза прям через телефонную трубку почувствовала, как опустились плечи у ее возмущенной матери.

— Да нашла. И про историю нашу семейную добрые люди просвятили. Мам, ну не дергайся ты так. Прошлое прошло и забылось. Все нормально. Мне помощь твоя нужна. Нет, деньги у меня есть. Помоги с Пал Михалычем аккуратно разойтись без обид. Я там так долго сидела, что уже переросла и место и работу эту непыльную. Знаю, что стабильная, но с такой зарплатой я на фрилансе больше заработаю. Да, такое больше не найду место, поэтому и прошу. Мне бы так уволится, чтобы обид не осталось. Он хороший, просто я другой стала. Я тебя тоже люблю. Стивену привет передавай. Ага.

Закончив тяжелый разговор, Лиза, как будто камень с души скинула. Тянула ее эта семейная драма, а скрываться или врать, что ничего не знает не было ни желания, ни реальных причин. Поговорили и забыли. Живем дальше.

Вечером сидела за конспектами своими. Рецепты потихоньку накапливались в голове. На улице уже росла не просто крапива, а ценный ингредиент доброй четверти сонных блюд. Все там шло в ход и почки березы и малиновые веточки, только попробовать все никак не получалось.

— Вот сегодня возьму и сварю папоротник для Акимыча, главное, чтоб не навредить. Может все-таки бабе Миле сначала показаться?

Тут плимкнул телефон, которому милостиво вернули право голоса. Короткое сообщение от Розы Абрамовны.

— Лиза, заходите, как будет время. Ложусь спать в 23:00

Тетя Роза была опять у себя дома. Все тот же легкомысленный халатик и тапочки. Встретила Лизу на кухне вместе с хмурым мужчиной, про которого Лиза после всех этих событий и забыла как зовут.

— Александр — нарушив затянувшуюся паузу, обратилась Роза к пациенту. — Вот и ваша избавительница. Сеанс закончен, можно освобождать жилплощадь.

— Я даже не думала, что я тут вместе с ним застряну так надолго. Это без подготовки можно самой с ума сойти, каждую ночь в один и тот же сон попадать. Освобождай нас из этого заточения, все, что мы могли проработать, то уже закрепилось. Остальное наяву будем корректировать. Да Сашенька?

— Доброй ночи, поприветствовала всех Лизавета. Ну, что тогда пошли?

Саша поднялся, как будто нехотя.

— Ну я пошел тогда? — Обратился он к Розе Абрамовне.

— Иди, иди мальчик. Завтра не забудь на прием записаться. Я проконтролирую.

— Пойдемте пожалуйста отсюда. — Он смотрел на Лизу из под длинной челки печальными глазами бассета. Простите, что не поздоровался. Саша. — и протянул руку.

— Лизавета. — руку протянутую пожала и не отпуская потянула за порог квартиры, по плотному жгуту проводов, через темный коридор в оставленный сон безумного программиста.

— Вот ваше родное хранилище. Простите, что пришлось вас выдернуть из собственного сна без согласия, но вариантов в общем-то не было. Вы тут все разнесли бы до основания.

— Давай уже на ты. Спасибо тебе не сказал. Мне Роза Абрамовна все рассказала в подробностях, если б не ты, я бы не только фирму свою потерял, я похоже и себя бы потерял. А так Алинка вернулась с Дашуней домой. Все хорошо будет. Мы теперь справимся.

— Ну и хорошо. Я флешку твою драгоценную Вениамину верну.

— А можно мне самому за ней приехать? — Александр смотрел на Лизу, как на сказочного персонажа, что поманил в волшебную страну и потом дверь закрыл.

— Хочешь убедится, что все по-настоящему? — ухмыльнулась она, вспомнив себя в самом начале пути. — Приезжай. Вот соберутся в гости Веня с тетей и ты приезжай. Вживую познакомимся. Пойду я, дел много. До встречи.

Нужно было покормить ненасытного желудя и сбегать к бабе Милы, проверить не пора ли Акимыча возвращать с санаторно-курортного лечения. Да и с маринадом наконец-то разобраться стоило. Корзинка с папоротником так и стояла в сенях, воняла болотом.

С утра позвонил Пал Михалыч, попенял Лизе, что она молчунья и сразу не сказала, что к матери переезжать собралась.

— Вот нагородила с этими отпусками, статьями, наследствами. Так бы и сказала, что документы на выезд собираешь. Я ж не зверь какой, отпустил бы тебя без проблем. Мама твоя позвонила и все сама рассказала. Просила очень за тебя бестолковую. Ну как я могу такой женщине отказать? И раньше не мог, да упустил птичку — вздохнул генеральный, явно подразумевая какие-то давние сердечные дела.

— Собирай свои документы и не дергайся. Если сильно припрет, пиши — оформлю тебя на аутсорс. Будешь нам как фрилансер писать. Целуй матушку свою. Она у тебя золото, береги ее.

— Спасибо. — только и успела выдохнуть Лиза. Стоило развязать один узел и другие сами распутываться начали.

Написала маме «Спасибо» в приложении. Отправила фотку себя с козой в обнимку. Виталик недавно устраивал девочкам фотосессию для заставок. Получилось очень гламурненько.

За калиткой громко переговаривались друзья-белорусы с кем-то. Лиза спустилась с крыльца и столкнулась с отцом Сергием, что пришел вместе со строителями.

— Доброго утра.

— Благослови вас Бог. Лизавета Петровна, найдете минутку поговорить.

— Да, давайте в беседку пойдем, вы может от чая не откажетесь? Я бы принесла.

— Давайте тогда на кухне. — Предложил батюшка, бросая взгляд к прислушивающимся бородачам.

Когда уселись на кухне, пришел Акимыч. Сегодня он был хмур с утра, но за спину уже не держался. Дернулся было уйти кофе пить на улицу, но Лиза его удержала.

— У меня от деда секретов нет. Рассказывайте.

— Да рассказывать особо нечего. Нет никаких новостей от следователя. Документы по церковному имуществу тоже не нашли. Осталась только опись двадцатилетней давности в Епархии, так там пропавшая икона только одной строчкой и описана. Доска 17 века, кисти неизвестного. Вот такие вести. Похоже догадка ваша с Еленой верная была. Да я больше по другому вопросу.

— Мы на днях с Матвей Ивановичем, как раз говорили, что пора уже часовню начинать строить. — перебила его Лиза, избегая неудобного разговора.

— За две недели обещают пристройку закончить и сразу начнут.

— А жить пусть у меня продолжают. — поддержал Акимыч. — Дом под присмотром и мужикам там не тесно. Только ты не обессудь батюшка, ребятки нам и дальше нужны будут. Ежели согласны.

— Да они за вас горой, Василь Акимыч. Я им даже боюсь что-то другое предлагать, привадили вы бригаду. Глядишь и переберутся с семьями сюда насовсем.

— А это дело! Домов у нас пустых хватает, а мужиков рукастых днем с огнем не сыщешь. — поддержал не на шутку загоревшийся дед. — Надо Матвейке идейку-то подкинуть.

Батюшка только рукой лицо прикрыл. Пошутил называется.

Строители сегодня ставили стойки для каркаса стен и дергали хозяйку ватер клозета, чтобы решила, уже наконец, где будет дверь из дома правее или левее. Перегородку ставим поперек или вдоль? Окно нужно в сортире или только в тамбуре.

— Встань тут, представь, что открываешь дверь, хватит места, чтобы развернуться или пошире сделаем? — надоедал Иваныч. — Крыша скошенная будет, головой биться не будешь? Может поднять пока стены не поставили?

— Ой все. Как будто не пристройку делаем, а платье на бал мне шьем. Сколько уже примерять будем? — Возмутилась измученная Лиза. — Я на все согласна, главное, чтоб туалет теплый был, и душевая кабинка поместилась с раковиной.