Так Мигелито двенадцати лет уехал в Китеж.

Сколько раз с тех пор в Ухарск он наведывался – по пальцам пересчитать можно. Как каникулы, так дед с поездками затевался. Побывал юный княжич и в Штартании, и в Двинляндии, и в Фартании, и в Аглитании. Вот на востоке пока не довелось. А прошлым летом повез его Василий Кириллович в Кастанию, всю страну показал, с родственниками познакомил. Оказалось, он с ним все последние годы, как внука к себе забрал, в переписке состоял.

- Знаешь, я тебе по-хорошему завидую, - покачала головой Марина. – Столько разных мест повидать, людей, обычаев…

- Мне нравится путешествовать. Вот только я по своим скучаю, - вздохнул парень. – Представляешь, два года их не видел, а приехал - брат мой средний, Марко, уже взрослый совсем, в гимназии учится. И серьезный такой стал. А младшенький, Теодоро, разве что подрос, а так, как был балбесом, так и остался, - он тепло улыбнулся.

- А можно еще вопрос?

- Попробуй, - хмыкнул Мигелито.

- Вот как так получается, что вот вроде ты княжич, высокого полета птица, из столицы, а через пять минут кажется, что сто лет тебя знаешь, на “ты” легко перескакиваешь? И ладно бы я, - принялась сбивчиво объяснять свою мысль девушка, - мне на балу даже неловко было, чувствовала, что воспитания мне не хватает, что ли, чтобы с тобой чиниться. Но ведь и другие тоже! Натали вот. А она в дворянской семье выросла, к ней иные требования предъявляли, а с тобой – по-простому.

- Здорово! – засмеялся парень.

- Что? – не поняла Марина.

- Что ты это подметила. Настоящая сыщица, честно слово!

- Ой, да ладно! – смутилась та.

- А причин тут две. Первая простая. Я когда родился, отец часто в разъездах бывал, а дома – только матушка. И нянька у меня кастанийка (надо к единообразию свести, а то у нас то кастанка, то кастанийка) была, еще оттуда привезенная. Так я сначала по-кастанийски заговорил, а по-бельски уже позже.

- Точно! – воскликнула девушка. – В кастанийском же на «вы» только к очень важным людям обращаются.

- Хорошо тебя мама моя выучила, - хохотнул Мигелито.

- А вторая причина какая?

- А вторая… Да, теперь уже и не тайна, наверное, восемнадцать мне в прошлом месяце исполнилось, - покачал головой. – Вторая – магия. Я к себе людей располагаю. Мы когда в Кастанию поехали, там запрета на практику до восемнадцати лет нет. Вот дед и начал меня тренировать. Мне, как и ему, дипломатом быть, очень нужная эта способность в таком деле.

- Здорово! – Марина аж задохнулась, но тут же задумалась. – А на меня ты тоже воздействовал? – спросила с подозрением.

- А вот представь себе, нет, не пришлось. Зато с Наташей не очень красиво вышло. Понимаешь, иногда это непроизвольно происходит, не всегда у меня получается контролировать. Вот и сегодня плеснуло.

Марина не стала его винить и уточнять, что там и без плеска всякого хватило бы впечатления. Вместо этого попросила:

- А расскажи о танго. Такая мелодия красивая. И песня. И танец хотелось бы увидеть.

- Может, и увидишь, - таинственно произнес Мигелито, а потом посмотрел на девушку теми же умоляющими глазами, что и на скандалистку у магазина игрушек. – Марин, а давай правда расследование проведем, а?

- Какое?

- Ну, узнаем, кто куклу эту купил. Я больше предложу.

- Тебе Натали понравилась? – улыбнулась Марина, а парень потупился и покраснел. – А давай проведем! – решила она его не смущать еще больше. – Все равно ваших котят искать мне никто не позволит, а так хоть что-то интересное затеется.

- И как мы это будем делать? – глаза парня засверкали в предвкушении.

- Ну, для начала поговорим с той самой Щучихой. Сплетники – это же просто находка для сыщика! Если и она не поможет, пойдем по всем соседям, будем спрашивать, не видел ли кто человека с большой коробкой из игрушечного магазина.

- А если никто не видел?

- Вообще-то, есть самый простой способ: дать в газету объявление, что ты готов купить куклу работы Штейнера за любые деньги. Тогда к тебе сами прибегут, - рассмеялась девушка.

- Нет, - покачал головой Мигелито. – Объявление может не заметить тот, кто купил куклу, но прочитать Наташа. И как я тогда буду выглядеть? Да и никакого сюрприза не получится.

- Ладно, - Марина пожала плечами. – Будем искать сыщицкими методами. Мне-то хорошо – практика. А тебе придется смириться с тем, что это долго, нудно и, чаще всего, безрезультатно.

- Зато интересно, - усмехнулся княжич. – Никогда не видел, как работают сыщики.

- Много они работают. Знаешь поговорку «Волка ноги кормят»? Вот с этой точки зрения сыщик даже не волк, а целый тигр. Я иногда просто поражаюсь, сколько разных мест Звягинцев за день оббегать успевает. И ради чего? Порой и крупицы информации по делу добыть не удается, а он не унывает, не останавливается. Говорит, отрицательный результат – тоже результат, считай, отработанная версия.

- Он тебе нравится, - не спросил, а констатировал Мигелито. – Ты влюблена в него. И это хорошо!

- Чего хорошего? – буркнула Марина, опешив от этого внезапного вывода и резкой смены темы разговора. – И вообще, с чего ты взял?!

- Я на вас смотрел, когда вы танцевали. Сначала чардаш, потом вальс, - совершенно не чувствуя неловкости, легко ответил Мигелито. – Вы были настолько… друг для друга. Даже завидно стало немного.

- Ага, друг для друга, как же. Я для него обуза. Навязалась в ученицы, он теперь дождаться не может, когда уеду. Да еще помолвка эта…

- А что не так с помолвкой?

Марина остановилась, строго посмотрела на княжича.

- Зачем тебе все это, Мигелито?

Он помолчал, тоже остановившись и задумчиво глядя на девушку.

- Моя мать – очень мудрая женщина, - произнес наконец. – Она сказала мне тогда, на балу: «Пригласи танцевать Марину Клюеву, Мигелито. Я уверена, вы подружитесь. А иметь девушку-друга может быть куда интереснее и полезнее, чем девушку-возлюбленную», - он снова помолчал, не обращая внимания на удивление спутницы. – Я, признаться, сильно опасался. Понимаешь, девушки… многие девушки… они…

- Видят твою красоту, оценивают статус и признают достойным объектом охоты. А потом начинают вздыхать и норовят упасть в обморок тебе на руки, - хоть и хотела Клюева пошутить, а улыбка все равно вышла кривой и вымученной. - А я этого не сделала, да.

- Не сделала. Я видел, ты оценила внешность. Но тебе было все равно…

- Неправда! – усмехнувшись, перебила Марина. – Мне и тогда, и теперь смотреть на тебя доставляет удовольствие. Но я, кажется, поняла. Ты поэтому наблюдал за мной? Обиделся, что вздыхать не начала?

- Нет, не обиделся, - он засмеялся. – Удивился, заинтересовался. Не тобой, прости. Причинами.

- Уф! – девушка вдруг испытала облегчение. Оказывается, все это время она боялась, что княжич начнет признаваться ей в чувствах. Ну, мало ли, зачем он за Наташей начал ухаживать? Может, на ее, Марины, реакцию посмотреть хотел. – Прости, Мигелито, но я рада, что не оказалась героиней твоего романа.

- А я-то как рад! – он снова засмеялся, но вдруг посерьезнел и протянул вперед руку, как для пожатия: - Марина Клюева, ты станешь моим другом?

- Да! – решительно ответила она.

Позже, вечером Марина из своей комнаты услышала, что кто-то в дверь постучался, но не вышла – уж она-то точно гостей не ждала. Да и поздно уже для визитов, небось, соседка за чем забежала. Ан нет, папенька ее позвал. Как же она удивилась, увидев Звягинцева стоящим у окна в гостиной!

- Андрей Ильич! Случилось что?! – и руку к сердцу прижала.

- Добрый вечер, Марина Викторовна, - улыбнулся сыщик. – Что ж вы так пугаетесь-то всякий раз? Я не с бедой какой к вам, с простым поручением.

- Простите! – покраснела девушка. – Да вы присаживайтесь. Да что ж батюшка вам даже чаю не предложил!

- Не ко времени, Марина, устал я, работы много, домой бы поскорее добраться. Только что вот освободился, да и завтра прямо с утра занят буду. Потому просьба у меня к вам.