— А как на счет наказания? — задал вопрос Шонр, в его глазах промелькнула хитринка.

— Наказание проще отрабатывать с чистой совестью, с чувством выполненного долга, точнее мести, когда понимаешь, за что отвечаешь, — равнодушно отозвалась.

— Только из-за этого вас обучали, как воина? — не поверил Сортер.

— Это было мое желание, но судя по переглядываниям наставников, они наверняка преследовали и свои цели, о которых меня просветить забыли или не захотели, — пожала плечами, глянув в окно. Там уже занимался рассвет.

— Ваш батюшка давал вам какие-нибудь инструкции, как себя вести, как отправлять магические вестники? — вкрадчиво поинтересовался Шонр.

— Зачем? — искренне удивилась, глянув на мужчин по очереди. — Я вообще сомневаюсь, что моя дальнейшая судьба его волнует.

— С чего такие выводы? — Теперь в женихе прорезалось подозрение.

— С глаз долой из сердца вон, — пригодилась пословица моего мира. — Любимых дочерей, чья судьба волнует и заботит, не отправляют в пансион с раннего детства. Фактически отец меня знать не знает, потому и отцовских чувств не испытывает, в этом я успела убедиться по прибытию.

— А вы как к нему относитесь? — словно между прочим задал вопрос Сотер.

— Как к незнакомцу, которым он для меня и является, — отрезала сухим тоном и ведь ни словом не соврала.

— Неужели вам не дали никакого задания? — не поверил жених. Повернув к нему голову, пристально глянула, прищурившись.

— Не стоит всех судить по себе и своим поступкам. Мой отец за все время пребывания в его замке удостоил меня визитом от силы раза четыре, беседой и того меньше, только по прибытию.

— Она не врет, — удивленно воззрился на меня Сотер. И тут же сменил тему разговора, начав расспрашивать о том, чего больше всего я опасалась: — Расскажите, кто учил вас в пансионе? Матушка Ирридира еще гоняет воспитанниц розгами?

В голове произошел будто щелчок. Такое было во время моей встречи с наставниками. Слова полились против моей воли, я больше не могла контролировать свою речь:

— Вы хотели сказать настоятельница Виррилия, именно она любит розги и упивается собственной значимостью. Но меня учила наставница Кэриза, самая миролюбивая из всех, она же утаивала о моих тренировках. Если хотите меня проверить, найдите более действенный способ, такие мелкие ловушки совсем для идиотов, — грозно выдала и отвернулась. — А если и вовсе имеете какие-то сомнения или подозрения, то лучше озвучьте их мне сразу, я хотя бы буду знать, в чем конкретно вы меня изволите обвинять, а то в данный момент чувствую себя узницей на допросе.

Захотелось шумно выдохнуть, слишком большое потрясение я испытала во второй раз. За время нахождения в замке я так и не смогла узнать, кто же вложил в меня такие знания, а главное, почему только частично, ведь огромную кучу материала мне пришлось учить самой. Непонятно. И узнать теперь вряд ли получится.

Как ни странно, но после моей речи все трое вдруг расслабились, откинулись на спинку сиденья и заулыбались. Разговор стал более непринужденным, Сотер интересовался, что я еще умею, каким конкретно навыкам меня обучали. И если главу охраны интересовали боевые искусства, но герцога с наследником интересовало все. Узнав, что я умею, они довольно переглянулись. А Дорш еще и в шутку бросил:

— Можем сэкономить на управляющем и поверенном, выгодная мне невеста досталась.

— Если она доживет до свадьбы, — буркнула я и, набравшись наглости, раз у нас такая доверительная беседа, спросила: — Могу я узнать, что стало с прежними невестами? Как они погибли?

— Вряд ли эта тема для юной леди, — в голосе будущего свекра прорезалась сталь, но меня его ответ не смутил.

— Ваше Сиятельство, а это не праздный интерес, мне стоит обдумать стратегию собственного спасения. Как я поняла, вы даже при тщательном присмотре не смогли уберечь ни одну невесту, — я тоже скопировала тон герцога, показав, что отступать от поиска правды не намерена.

— Смелая, а казалась такой наивной и робкой, — усмехнулся глава охраны.

— Первый пункт воинской памятки: не стоит недооценивать противника. И пусть я не противник, а, можно сказать, жертва чужих интриг, но сути это не меняет, — отрезала и, приподняв бровь, вопросительно посмотрела на мужчин.

— Хорошо, я расскажу, все равно она узнает обо всем в замке, только в искаженном варианте, — вздохнул наследник.

Я вся обратилась во внимание. В этот момент мне только и оставалось порадоваться своей маленькой победе. С чего вдруг недоверчивые мужчины оказались такими покладистыми решила подумать позже. В данный момент меня больше интересовало то, что произошло с моими предшественницами.

— Первая была Нилора эра Зантрах, графиня. Ее отец за помощь в войне против Вартании потребовал брачный союз. Спорить никто не стал. Целую туару сеньорита жила в нашем замке, привыкала, готовилась к свадьбе. А однажды утром, как рассказывали служанки, ее словно подменили, она вдруг стала капризничать, потребовала карету, чтобы обследовать Горный перешеек. Как ее не отговаривали, девушка оказалась непреклонна.

— И куда она делась? — спросила, стоило только Доршу замолчать.

— Исчезла, — буркнул Сотер. — Но не просто пропала, около границы нашли ее платок и горстку пепла.

— Она хотела проникнуть за заслон, но у нее ничего не вышло? — я задумалась. — Что с остальными девушками? Они тоже пытались проникнуть за границу Горного перешейка?

— Да, причем не спасли ни амулеты против ментального воздействия, ни закрытые покои. Такое ощущение, что их кто-то звал, помогал добраться до нужного места, а вот потом… Никто не знает, что происходило на самом деле, — кивнул герцог.

— Еще вопрос, остальные невесты тоже по так называемому договору? — спросила, пока еще не совсем понимая, зачем мне это.

— Нет, остальных трех предложил Его Величество Император, — ровно ответил Дорш.

— А ему какая с этого выгода? — не совсем поняла я. Одно дело, когда договоры скреплялись браком и совсем другое — навязанное кем-то мнение, пусть и самим монархом.

— Не в правилах Его величества сообщать о своих планах, нам всего лишь была прислана невеста, — отчеканил герцог.

— Рабовладельческий строй какой-то, — буркнула про себя, но удостоилась пристального взгляда.

— Это обычная практика, очень часто монарх старается пристроить своих или сыновьих фавориток в хорошие руки, — пренебрежительно бросил жених.

— Хм, а пользоваться уже использованным — это в порядке вещей? Неужели никто из тех, кому навязывали такую супругу, ни разу не возмутился? — Шок — это по-нашему, у меня в голове не укладывалось понять, каково мужчине все время знать, что его супруга была любовницей кого-то там, и не важно: Императора или его сына.

— Таких супруг отправляли в монастырь, потому что это действительно неприятно, — процедил сквозь зубы Дорш. При этом он так на меня глянул, что мне захотелось спрятаться подальше.

Я поняла: эта тема им неприятна, так же, как и сама традиция, потому постаралась перевести тему.

— За заслоном, как я поняла, живут нелюди? Кто именно? Вы с ними не поддерживаете никаких отношений? — задала вопросы, уже предполагая на них ответы.

— Границу охраняют драконы, они слишком высокомерны для общения с людьми. Очень многие пытались проникнуть в ту часть мира, но никому это не удавалось, многих возвращали обратно, особо настойчивым стирали память и напрочь отбивали охоту соваться в ту сторону, — просветил меня Дорш.

— Странная картина вырисовывается, — начала бормотать про себя. — Кто-то заставляет чужую невесту явиться к границе, а потом ее уничтожает. С какой целью?

В принципе свой вопрос я никому конкретно не адресовала, просто размышляла вслух, надеясь хоть немного понять мотивацию не только девушек, но и того, кто выманивал их в нужное место, но мысли разбегались, не давая сосредоточиться.

— На этот вопрос вряд ли теперь можно узнать ответ, — сухо сообщил Шонр.

— Какое отношение к изменам в вашем герцогстве? — задала вопрос, чувствуя, как внутри все сжалось от предчувствия.