Видимо, задержка парня вызвала ненужные вопросы, так как уже через несколько минут рядом с моей каретой стояло несколько воинов и, затаив дыхание, наблюдали, как их товарищ с блаженным видом гладит опасного зверька. А я наблюдала за выражением лиц собравшихся.

— Что вы забыли возле кареты моей невесты? — раздался надменный голос жениха. Воины только пальцами показали на своего друга. — Хм, и он тебя подпустил? — удивился Дорш.

— Да, Ваша Светлость, и даже позволил погладить. Он такой мягкий, от него исходит тепло, у меня все раны затянулись, — признался парень.

Сам шнырш смотрел на наследника таким взглядом, словно собирался поинтересоваться: «Ну и что ты мне сейчас скажешь?». Жених подошел ближе. Понаблюдал за идиллией и отправил воина восвояси, так же, как и всех остальных. Сам забрался в карету все под тем же скептическим взглядом зверька. Мне тоже было интересно узнать дальнейшие действия жениха.

Устроившись рядом, молодой человек немного подумал, играя в гляделки со зверьком, после чего протянул ему руку и с самым серьезным видом произнес:

— Ну, давай знакомиться, если нам теперь предстоит вместе жить. Меня Дорш зовут.

Шнырш протянул лапку, но перевел взгляд на меня: пытливый и вопросительный. Внутри прошла теплая волна и осознание того, что именно я должна выбрать ему имя. Потому произнесла первое, что пришло в голову:

— Фарт. Его зовут фарт, — повторила, а потом пояснила: — Это означает удачу, успех во всех делах. А мне вдруг показалось, что рядом с ним мне будет спокойно, уютно и хорошо.

Шнырш расплылся в довольной улыбке. Дорш кивнул. Но уходить не торопился. Мне тоже необходимо было многое прояснить, потому и задумываться не стала, решив поинтересоваться тем, чем давно хотела:

— Ваша Светлость, расскажите мне о Горном перешейке. У меня предчувствие, что вы намного больше осведомлены о происходящем, чем кто бы то ни был. А еще где-то внутри зреет уверенность, что именно ваш род является Хранителями границы. Это так?

— К чему это вам такая информация? Желаете отправить данные вашему батюшке? — и столько подозрения в голосе, ярости и непримиримости.

— С чего вы это взяли? Не хотите говорить, не надо, но и подозревать меня во всех грехах не стоит, я, кажется, не давала повода для подозрений, — отчитала парня.

— Естественно, вы прекрасно пытаетесь заслужить наше доверие, теперь-то я понимаю, для чего, — выдал жених, облив меня презрением.

— Какой вы понятливый, однако, жаль, что совершенно не разбираетесь в людях, — отрезала гневно.

Несколько минут Дорш сверлил меня взглядом. Я отвечала ему тем же. Мне скрывать было нечего, так как такая мысль пришла недавно, она явилась откуда-то издалека и прочно закрепилась. Более того, я поняла, зачем моему так называемому папуле понадобился Горный перешеек, он надеялся занять место герцога иле Шонра. Одного я пока понять не могла: что именно охраняли стражи и Хранители. Нет, понятно, что границу, но зачем? Ведь как мне объяснили, там и так отличная охрана, состоящая из драконов, тогда… Зачем воины герцога?

Как оказалось через пару секунд, свои размышления я произнесла вслух. Жених вдруг заметно расслабился, посмотрел на меня с легкой усмешкой, но не обидной. Говорить ничего не стала, я ведь и так уже наговорила много лишнего, потому оставалось ждать. Ответит или нет?

В следующую секунду Фарт шевельнул ушами и споро перебрался мне на колени. Сперва не поняла, с чего вдруг он, а когда дверца кареты в очередной раз распахнулась, увидела герцога. Он окинул взглядом нашу компанию, забрался внутрь, занял место напротив меня. Сцена повторилась. Пара секунд переглядывания, после чего мой будущий свекр протянул руку шныршу. Тот ее пожал. Все это происходило в молчании.

— Ну что, Фарт, надеюсь, ты действительно принесешь удачу невесте моего сына, — ровно произнес мужчина.

Я в недоумении переводила взгляды с одного на другого, пока еще не совсем понимая, что происходит. Как мог герцог так быстро узнать о происходящем? Да и имя я сама совсем недавно придумала и никому еще о нем не сообщила.

Понаблюдав за отцом и сыном вдруг потрясенно осознала: да они же общаются мысленно. Как такое возможно? Хотя… Это же магический мир, здесь наверняка возможно все. Хотя для меня это и оказалось непривычным. Да, с магией в замке Витанэ я сталкивалась, мне магистр ее демонстрировал, но про ментальную связь только в книжках и читала. Эх! Как же давно это было. Словно и не со мной. Теперь моя прошлая жизнь казалась мне сном, далеким и почти нереальным.

— Что ж, твои выводы верны, — нарушил тишину герцог. — Но я должен убедиться в том, что ты до этого сама додумалась, а не услышала все от отца или, что еще хуже, не получила от него никаких инструкций на наш счет.

— Убеждайтесь. Я же говорила, после пансиона с отцом встречалась пару раз, — пожала плечами. — И о вашей семье он вообще ничего не говорил. Наверное, не хотел раньше времени травмировать, ведь он был уверен, что жертвует мной на благое дело.

В моем голосе проскользнула горечь. Да-да, вырвать из чужого мира непонятно кого, чтобы отдать замуж. Витанэ хотелось и договор сохранить, и дочке счастья с любимым. А я… Кто я такая? Мной можно и пожертвовать. Будет пятая несостоявшаяся супруга, подумаешь, договор-то останется, а заодно «папуля» наверняка уже придумывает, как нажиться на моей смерти.

Стало вдруг так тоскливо и гадко, что я опустила голову, едва сдерживая слезы. Фарт мгновенно зашевелился, встал на задние лапы, а передними обнял меня. Ух ты! Словно все тревоги разом ушли. Прижав к себе зверушку, стала гладить его, слушая утробное мурлыканье. И самой стало приятно, улыбка выползла на лицо.

Успокоившись и отогнав прочь все негативные мысли, посмотрела на герцога. Он пристально наблюдал за мной. На его надменном лице застыла равнодушная маска. Но злости от него я не чувствовала. Заметив, что я обратила на него внимания, Шонр спокойно поинтересовался:

— Я уже могу приступать?

Сперва хотелось узнать, к чему, но потом вспомнила, он говорил о какой-то проверке, потому уверенно кивнула. Скрывать мне было нечего, кроме своего настоящего имени, но даже если герцог его сейчас и узнает, пусть сам с Витанэ разбирается.

Мне на голову легли прохладные ладони мужчины. Он прикрыл глаза, что-то бормоча. А я вдруг ощутила, как в волосах словно мурашки поползли, стало вдруг холодно, по телу прошел озноб, но тут же сменился на теплую согревающую волну, заставившую расслабиться. Стало щекотно. Так как щекотки я боюсь, потому захихикала. Тут же рядом раздался тихий голос жениха:

— Ты чего?

— Мне щекотно. Я с детства ее боюсь. Долго еще? А то сейчас начну хохотать и изворачиваться, потом сами же скажете, будто я пытаюсь скрыть информацию.

В следующую секунду все пропало, так же, как и руки будущего супруга, недоуменно разглядывающие меня. От его взгляда вдруг захотелось съежиться и спрятаться.

— Что-то опять не так? Я сказала что-то не то? — забеспокоилась, с нетерпением ожидая ответа.

— Ты сказала, тебе было щекотно? Но так не бывает, — нахмурился мужчина. Теперь меня охватило недоумение.

— Что значит, не бывает? У меня только что было, — возразила и с вызовом уставилась на Шонра.

— Обычно ментальное вмешательство, даже с согласия, вызывает боль, — не унимался будущий свекр.

— На счет боли не скажу, ее не было, а вот холод меня едва не заморозил, но потом озноб сменился теплой волной и стало щекотно, — призналась, описав свои ощущения.

— Мой прадед рассказывал, что такое бывает только у тех, у кого светлая и бескорыстная душа, кто много сам страдал, потому и не терпит ничего темного и злого, — задумчиво протянул герцог.

— В пансионе было так плохо? Вас заставляли страдать? — мгновенно насторожился Дорш.

— На этот вопрос мне бы не хотелось отвечать, что было, то прошло, — туманно отозвалась, потупившись.

— Надеюсь, когда-нибудь я услышу от вас то, что произошло, что заставило вас страдать, — прошептал жених. Я с благодарностью посмотрела на него.