- Ты…ты…он разговаривает? – испуганно пропищала свекровь, побледнел муж и доктор.

- Ну, разговариваю иногда, - икнул Кот, потом поковырялся когтем в зубах.

- Она ведьма, - вдруг заорала свекровь и ткнула пальцем в свою невестку. – Ты заставляешь нас поверить, что животные разговаривают, ты наслала на нас порчу, из-за тебя мою доченьку в больницу увезли!

- Ой, не орите так, Елизавета Павловна, а то у меня барабанные перепонки лопнут, - отмахнулась от свекрови Лариса.

- Я не верю, не верю, коты не говорят, - заткнула уши свекровь и начала мотать головой из стороны в сторону, а у Павла и врача отпали челюсти.

Но Кот был спокоен, как некогда.

- Чего они орут, - он вскинул взгляд на Ларису. – Может лучше сделать так…

В один миг Кот вырос до полутора метров, у него за спиной распахнулись крылья. В тот же миг Кот раскрыл пасть с клыками и зашипел. Елизавета Павловна рухнула в обморок, Павлуша едва успел поймать мать, чтобы она не рухнула со ступенек вниз. А вот врача унесла нелегкая далеко, только в воздухе повис аромат, от которого захотелось заткнуть нос.

- Ты у меня за все ответишь, - прошипел на Ларису муж и потащил тело свекрови по ступеням вниз.

- Кот, ты бы не пугал людей, а то от поноса придется весь подъезд отмывать, - Лариса посмотрела на Кота, тот уменьшился в размерах.

- Блин, я думал, меня самого понос прошибет, - пробормотал побелевший Дмитрий.

- Да не буду я больше пугать, - обиженно ответил Кот. – Я же как лучше хотел.

- Ага, а получилось, как всегда, - констатировала Лариса. – Кот, я же просила тебя не шокировать публику. У нас тут и так каждый день, да через день в обмороке кто-нибудь валяется.

- Ладно, я тут подумал, пойду ка я жить обратно, - вздохнул Кот.

- Вот и хорошо, - согласилась Лариса.

- Только это того…

- Чего?

- Обсохнуть бы, та пожрать, - Кот погладил свой живот.

- Ладно, пошлите, так и быть, накормлю, - Лариса махнула рукой в сторону квартиры.

Через несколько минут они уже сидели за столом, уплетая все, что кидала на стол хозяйка. Кот жмурил глаза и урчал. Его хозяин нахваливал хозяйку, Ангел сидел на подоконнике и, улыбаясь, смотрел на эту идеалистическую картинку.

Вот только они не знали, что на этом их приключения не закончились.

Но праздники имеют тенденцию заканчиваться.

И Ангел оповестил Ларису, что ей пора на работу.

- Ты как себе это представляешь? Я пишу с ошибками, и вдруг приду проверять чужие ошибки, - возмущалась Лариса.

- Ничего страшного, я тебе буду помогать, - кивает головой Ангел, молитвенно складывает руки перед грудью, и нимб над его головой начинает светиться.

- Да офигеть! – хлопает ладонями Лариса.

- Но это моя жизнь, моя работа, - уговаривает её Ангел.

- Но не моя, как ты представляешь меня за компьютером, проверяющую тексы? Я пироги печь могу, кексы, пирожные, - продолжает возмущаться Лариса.

- Ты попробуй, а вдруг понравится, - настаивает Ангел.

После долгих уговоров Лариса решает попробовать, чем черт не шутит, вдруг действительно понравится.

Утром она собралась, одела строгий костюм, потому что Ангел предупредил, в их богадельне не принято одеваться ярко и вызывающе. Лариса вышла загодя из дома, а потом долго тряслась на транспорте, чтобы добраться до места. Здание была расположено на краю города. Это была большая типография и издательство рядом с ней.

Отдел, в котором работала Лариса, был на втором этаже. Подниматься пришлось по узкой лестнице. Помещение не радовало красками и ремонтом. Старые стены облупились, пол давно протерся, а старые столы ужасно скрипели. На стулья даже садиться было страшно.

Сразу при входе стоял стол, за которым сидела дамочка непонятного возраста с гулькой на голове. Мушиного цвета волосы были прилизаны так, что и волосок не выбивался из прически. На носу у дамы были очки с черной оправой, они придавали строгости дамочке. Костюм её был безукоризнен, ни складочки, ни пятнышка.

- Здравствуйте, Генриетта Давыдовна, - произнесла Лариса, науськанная Ангелом.

- Она очень, очень строгая, с ней надо очень осторожно, - шептал ей Ангел на ушко.

Лариса прошла мимо руководительницы, нашла свое место и плюхнулась на стул. Стул издал жалобный скрип, а Лариса подумала, что его давно пора отправить в утиль.

- Этот стул, наверное, ещё Ленина видел, - прошептала себе под нос Лариса.

Помещение постепенно начало заполняться работниками. Девушки все были молодые, они весело здоровались, перебрасывались фразами, некоторые шептались, улыбаясь, видимо, рассказывали друг другу о прошедших праздниках. Ровно в девять прозвенел звонок, от чего Лариса дернулась и испуганно оглянулась. То был звонок к началу работы.

На экране возникла папка. В ней Лариса нашла черновик книги. Открыла и погрузилась в чтение. Книга ей нравилась. Но не успела она прочитать и пару страниц, как двери из кабинета хлопнули, и на пороге появилась девица в весьма фривольной одежде. Очень короткое платье ярко-розового цвета контрастировало с черными, лаковыми, высокими сапогами. Блондинистые волосы рассыпались по плечам. На локте блондинки висела маленькая сумочка. Она величественно кивнула Генриетте Давыдовне и прошагала к единственному новому столу, что стоял у окна.

- Это кто? – удивленно пробормотала Лариса, вопрос предназначался для Ангела.

- Это дочка редактора, со мной филфак заканчивала, бойся её, очень страшная особа, - горячо зашептал Ангел.

Лариса лишь хмыкнула и погрузилась в работу.

Книга была интересная, Ларисе хотелось ей быстрее прочитать, но Ангел не дремал и дергал за рукав, подсказывая, что и где надо исправить. Работа выматывала, через час уже начали слипаться глаза, она не попадала в буквы на клавиатуре, все время ошибалась.

- Лариса Сергеевна, я не поняла, уже половина дня прошла, а у вас только одна страница текста? – от крика над ухом Лариса дернулась, как ужаленная.

- Вы бы не пугали так, Генриетта Давыдовна, а то заикой так можно остаться, - зло ответила Лариса. – Скока смогла. Столько сделала.

- Ты мне ещё тут препираться будешь, - взвизгнула Генриетта Давыдовна.

- Ой, Генриетта Давыдовна, ещё не втянулась после праздников.

- Видно хорошо праздники отпраздновала, - съязвила начальница.

- Очень хорошо, - мечтательно улыбнулась Лариса.

- Боюсь, но я испорчу тебе настроение, - начала Генриетта Давыдовна. – Если ты не сдашь книгу за неделю в печать, то я тебя лишу премии.

Последние слова начальница прошипела.

Лариса посмотрела на количество страниц и прикинула, сколько ей понадобиться времени для исправления ошибок, у неё вышел год.

- И насколько большая эта ваша премия? – бросила она вопрос начальнице, когда та уже перешла к другому столу.

- Пятнадцать тысяч рублей, - начальница ткнула пальцем куда-то вверх.

- Ой, из-за такой мелочи не стоит и жопу рвать, - махнула рукой Лариса, и по наступившей тишине, поняла, что сморозила глупость.

Генриетта Давыдовна посерела лицом, потом покраснела, затем пошла пятнами.

- Ты…ты…ты мерзкая дрянь! Тебе здесь заработную плату платят, а ты … а ты… ты смеешь…

Генриетта Давыдавна грозила ей пальцем и тряслась так, что щеки её ходили ходуном. Но в этот момент прозвенел звонок к обеду. Все вскочили и бросились к выходу. Поспешила со всеми и Лариса.

- Лариска, ты белены объелась? – прошептала ей, пробегая мимо, какая-то девчушка. – Она же тебя с говном сожрет. Мстить будет.

- Подавиться, - ответила ей Лариса.

- Ты какая-то другая с праздника вернулась, - удивленно уставилась на неё ещё одна девушка.

- Ну, может быть, - Лариса поняла, что «открыла карты», ну не похожа она на Ларису, голова то у неё от Тамары.

Обедали они в столовой. Лариса посмотрела на блюда, что выставила повариха, и поморщилась. Все невкусное и выглядело не аппетитно.

- Как скотам готовят, - упрекнула Лариса поваров.