— Вижу, вижу! Пять, семь, двенадцать! Ого-го! Сорок три отметки, Жень. Всем пионерским отрядом вылезли?
— Похоже решили девок нагнуть, — прошептал папаша Кац и ехидно добавил, — враг не ведал, дурачина, что в тени притаился отряд октябрят.
— Кац, где ты видел лысых и бухих октябрят?
— Я так им остался. В пионеры меня не приняли, по причине ярого неприятия дедушки Ленина, в комсомол соответственно тоже. Так что я вполне вписываюсь. Стрелять то будешь?
— Пусть поближе подойдут. Двести метров, далековато, разбегутся.
— Хорошо, подождём, — согласился Изя, но всё произошло по-другому. Низкое небо пробила вспышка молнии и разрывая тучи на аллею едва проходя габаритами между корпусами швейных цехов приземлился неизвестный корабль. У нолдов таких точно не было. На Протеус он также никаким боком не походил. Обводами он напоминал богомола, вставшего на задние лапы. В районе жопы, то есть кормы открылся прямоугольный люк и из него показались три массивные фигуры.
В тусклом освещении мы сперва не поняли кто это, но присмотревшись нашли сходство по описанию с яутжа. Они нас не видели и даже не посмотрели в нашу сторону. Спрятавшись за горой мусора, мы не излучали тепло тем более сидя в броневике. Вероятно, спутали нас с металлическим контейнером. Все трое носили полные доспехи, закрывающие их почти полностью оставив обнажёнными только стопы ног и кисти рук. Трёхметровые гиганты, потрясая своими толстыми дредами о чём-то посовещались. В руках двоих из них возникли круглые щиты раскрывшись из пластин словно веер, в другой руке они держали короткие копья. На самом деле они только лишь казались копьями. Как мы потом узнали эти так называемые копья могли стрелять, разлетаться мелкими заусенцами в стороны пробивая даже бетон, трансформироваться в трезубец и чёрт знает ещё во что. У третьего, самого большого яутжа в тусклом свете поблёскивал зазубренный клинок в правой руке.
Он поднял левую руку, на предплечье которой был закреплён прибор. Проведя по нему правой, он открыл крышку. Я ошибся и спутал его с наручами, но как оказалось на руке у яутжи светился компьютер. Быстро набрав команду, он сделал несколько шагов в направлении крадущихся муров. Что интересно, его совершенно не интересовали амазонки таскающие продукты из магазина в грузовики, хотя они находились ближе, чем муры. Пройдя вперёд три метра из-за спины главного яутжа, сорвались вверх шесть светящихся объектов размером с теннисный мяч. По три на каждую сторону аллеи. Они взлетели и повисли метрах в двадцати над землёй и дружно включились, оказавшись мощными прожекторами. Муры тут же проявились из темноты и заметно занервничали, крутя головами. Увидев, кто их вывел на чистую воду тут же открыли огонь по пришельцам.
Двое яутжа с щитами вышли вперёд и нагнув голову в маске вперёд двинулись к мурам навстречу. Попадавшие по ним пули и заряды из автоматов нолдов их совершенно не беспокоили. Яутжа спокойно отражали своей бронёй и щитами потуги муров. До муров оставалось пройти ещё полсотни шагов, когда они начали шмалять из подствольников гранатами. Гранаты влетали в щиты и детонировали, слегка отталкивая гигантов назад. Третий без щита опять что-то набрал на своём компьютере и уже сам корабль выстрелил по направлению муров небольшими цилиндрами. Они по параболе упали на скопление бешено отстреливающихся любителей свежей плоти. Каждый цилиндр раскрылся в трёх метрах над землей раскидывая во все стороны мелкоячеистую сеть. Она, казалось, жила сама по себе и охватывала сразу несколько человек прижимая их к поверхности. Я думаю, что она вполне могла сломать им кости сожмись она сильнее, но главный яутжа регулировал натяжение.
Таким образом они сковали практически всех. Из сорока трёх муров удалось убежать только двоим. В погоню за ними бросились яутжа с щитами. Главный деловито прошёлся между едва шевелящимися мурами и тыкал в них своим копьём. Стоило ему только коснуться сетки как с острия его копья перетекал голубой разряд и растекался по всей площади кокона. Всем, кто были в нём замирали, будучи парализованными, но ещё живыми. Яутжа брал за специальную ручку тюк со спеленатыми мурами и тащил в корабль. Особенно не церемонясь он закидывал их в трюм и шёл за следующими. Таким образом он перетаскал все шесть тюков, когда вернулась парочка с щитами. Они вели раненого мура, он неловко прыгал на одной ноге, вторая у него висела плетью. Из голени торчала кость. Второго мура не удалось взять живым, и как доказательство яутжа кинул его голову под ноги главному. Они слегка перетёрли между собой издавая щёлкающие звуки и тряся дредами. Наконец о чём-то договорились и направились к кораблю. Лиц их мы не видели, голова была полностью закрыта маской или шлемом. В узких щелях шлемов светились только жёлтые зрачки. Что меня озадачило, они были круглыми как у нас.
Главный взял за руку мура со сломанной ногой и просто забросил его в трюм. Пролетев метров десять тот, сильно приложился о дальнюю стену освещённого трюма и отключился. Да уж, силищи в них было немерено. Покрутив головами, они уже собрались грузиться сами, как совершенно не вовремя позади нас из административного корпуса выбежала радостная Афродита.
— Это залёт! — прошептала Лиана. — Женя?
— Залп! — тихо скомандовал я, как будто они могли меня отсюда услышать. А вдруг и правда могли? Ну и пусть, это будет последнее, что они услышат. Тут же в движение пришла лазерная турель со скрипом, довернувшая орудие и выцеливая яутжа. Блядская пушка, сколько раз говорил смазать её! Яутжа среагировали мгновенно. Один со щитом кинул под ноги Афродите нечто похожее на хоккейную шайбу только металлическую. Она, долетев до девушки выстрелила вверх сеткой на одну персону опутав её, и начала скручивать негру в бараний рог. Афродита заорала от боли.
— Вали их наглухо! — скомандовал я и рыбкой выпрыгнул из броневика. Папаша Кац быстро захлопнул за мной дверь. Соня выстрелила практически в упор в ближайшего хищника и перерезала его на несколько частей. Лазерный луч огромной мощности с такой дистанции не оставил яутжа ни одного шанса. И даже их хвалёная броня спасовала. Главный успел уйти в невидимость постепенно исчезая из реальности. Второй с щитом попытался закрыться от лазера и также благополучно скончался разделённый на шесть частей. Мимо меня пронёсся ветерок в направлении Афродиты, и я понял, что главный решил её спереть у меня из-под носа и улететь не попрощавшись. На такое я пойти не мог. «Одер»!.
А вот и он. Всё же если присмотреться, то можно его заметить, но только под моим даром. Мимо меня медленно двигалось нечто напоминающее контуры яутжа состоящие из прозрачной воды. Но даже пусть она будет трижды прозрачной, всё равно можно отличить объект от предметов за ним. Он словно перетекал, а всё остальное замерло. Но повторюсь, я заметил его случайно и то под ускорением. Куда его бить и смогу ли я пробить броню? Заморачиваться я не стал и просто дотронулся до яутжа рукой в районе бедра. Он мгновенно покрылся льдом и стал виден невооружённым глазом. Вот так просто, как могло бы показаться. Но очень сомневался, смог бы я успеть, будучи в обычном состоянии. Яутжа двигались с феноменальной скоростью. Убить их было можно, но только из броневика или их оружием. Возможно, его броню возьмёт мой кинжал. Кинжал!
Я быстро переместился к Афродите. Яутжа уже никуда не спешил и вряд ли освободится ото льда. У нас были свои преимущества, я вспомнил теорию Изи Каца о том, что Улей даёт всем шанс на победу, даже самому слабому медляку. Афродиту спеленала та же сеть, что и муров. Но её она как раз ломала, конкретно врезавшись в руку. Она уже глубоко погрузилась в плоть своими нитями похожими на тончайшие металлические тросы доставляя неимоверную боль девушке. Я подцепил кончиком кинжала сеть, и она лопнула.
Тогда я начал очень осторожно освобождать Афродиту сверху вниз. Благо сеть ещё не дотянулась до головы и остановилась на плечах. Я успел срезать эти загадочные нити ниже колен, когда дар закончился. Я вывалился в реальность и услышал отборный мат и увидел куски кровоточащей плоти, свисающие с лучевой кости левой руки. К нам уже бежал папаша Кац с саквояжем. Афродита ещё не понимала, что с ней произошло, прокусив губу стонала. Я закончил с правой ногой полностью освободив её и тут раздался жуткий треск и дикий вопль девушки. Сеть сломала ей левую голень в трёх местах. Самое страшное, что Афродита оставалась в сознании. Отбросив аккуратность, я вместе с мясом, разрезал последнюю ячейку.
