Засмотревшись на внутреннее строение чудовища я пропускаю четвёртый выстрел. Он предназначен не мне, меня вообще здесь быть не должно в этот момент. И робот конечно же не виноват, при всём своём желании, он меня попросту не видит! Четвёртый лазерный луч пробивает мне голень оставляя в ноге аккуратную дырку диаметром в три сантиметра. И конечно же по закону подлости испаряет кость. Сжимая зубы, ползу в сторону опасаясь добавки. Что-то заставляет меня дотронуться до раны, и она тут же перестаёт болеть. Лёд заполняет отверстия становясь временным протезом. Встаю с трудом на ноги и отбегаю подальше. В уши врывается рёв боя. Мой первый ксеноморф пропахав по инерции почву расплескал все свои внутренности на песке, которые уже прожгли небольшую яму в месте падения. Второй разделённый лазером пополам ещё стоит, но уже через секунду падает в обе стороны. Получился отличный образчик для исследований. На лицо всё внутреннее строение.

Соня разобралась со своим отбив ему в итоге замёрзшую башку. Лёд ничего ей не сделал. Он у меня вообще, как будто мыслящий стал. Знал кому можно причинить неприятности, а кому нет. Второй замёрзший ксеноморф всё же успел проткнуть лапой одну амазонку, но также благополучно добит Афродитой. Вокруг Яниса лежало три трупа наших и конвульсивно дергающееся тело ксеноморфа. Сам же Янис тоже пребывал в не лучшей форме. Убитый монстр окатил всех четверых волной кислоты. Трое погибли на месте частично расплавленные, сам Янис благодаря экзоскелету пострадал меньше, но от его правой ноги ни осталось ничего ниже колена. В данный момент он висел на страховочных ремнях потеряв сознание, а папаша Кац камлал над ним. Я уже хотел выдохнуть и праздновать победу, как с главного входа появились три фигуры яутжа. Охранный робот номер два работающий без перерыва почти час заглох, накапливая энергию. Яутжа об этом не знали и спокойно зашли на стаб как ни в чём не бывало. Запоздало я понял, что роботов надо ставить парами. Но на вышке нет места для двоих и тем более они не распакованы даже.

Я огляделся. От нас осталась едва ли треть, что-то около человек шестидесяти. По большей части плохо вооружённых напуганных девиц. Яутжа уже предвкушали как они схватят нас. Но и средствами защиты не пренебрегали. Я мельком взглянул на Соню, она тяжело дышала, но одного ещё могла взять на себя. Афродита пригнулась к земле почти встав на четыре лапы и глухо рычала. Возможно, она займёт ещё одного, а вот кто возьмёт на себя третьего? Я полностью выложился, один дар на откате, второй почти выдохся. И нога почти не шевелится замороженная начисто.

— Отходим ко второй паре роботов, — крикнул я. — Может хоть они помогут!

Соня подставила мне плечо, увидев, мой недуг, и мы попятились назад. Афродита вышла перед нами и зашипела, прикрывая наш отход. Папаша Кац тащил на себя Яниса. Яутжа не торопились, открыв свои пластинчатые круглые щиты они медленно начали движение прижимая нас к дальней стене стаба. Хотя с той стороны нас никто не атаковал, но я почуял неладное. Вряд ли они выйдут в зону прямой видимости второй пары охранных роботов. Скорее всего они загоняют нас! Кто-то ещё остался из ксеноморфов и сейчас стремительно несётся вдоль внешнего забора стараясь зайти нам в тыл! Возможно и нет. Может быть, яутжа хотят собрать нас плотнее и накинуть свои сетки? Тоже как вариант, для нас конечно же кошмарный. Таким образом мы пятились что-то вроде минуты мучительно обдумывая варианты дальнейшего развития боя. Но всё изменила Лиана.

Расшвыривая контейнеры и ящики, показался шестиногий паук с кабиной, окутанной силовым полем. Рядом со сферической кабиной имелись два манипулятора с шестиствольными орудиями в точности, повторяющие подобные на экзоскелетах. Но судя по их калибрам пулемётами там и не пахло. Жерла у стволов вводили в ступор, в каждый из них пролезла бы голова новорождённого ребёнка. Над куполом мигала оранжевая сирена. Тут же раздался ревун от чего все бросились врассыпную, а мне эта музыка напомнила предупреждение выстрела из главного калибра нашего командирского броневика.

— Ловите плазму уроды, мазафака! — донёсся из шагающего танка усиленный громкоговорителем звонкий голосок моей благоверной. Рыжая всё это время лихорадочно распаковывала шагающий танк! Ну не умница же! А я как последняя сволочь облизывалась на задницу, которую уволок ксеноморф в темноту, маньяк!

— Согласен, — прошептал мне на ухо папаша Кац. Благо больше никто этого не слышал. — На хлебни!

Тем временем яутжа замерли, не ожидая такого поворота. Бежать вроде поздно, уходить в невидимость тоже не вариант, все видят, что они торчат посередине стаба. Прикрывшись своими крышками от кастрюль, они решили воевать! Шагающий танк окутался маревом кипящего воздуха извергая уже не капсулы, а чистую плазму. На этот раз танковые орудия придали ей подходящую скорость. Двенадцать шаров с резким свистом понеслись к застывшим в ахуе яутжа. Ещё одно мгновение и мы обзавелись бассейном с кипящей плазмой, в которой пропали три громадных силуэта. Один залп поставил точку в этом вопросе. И завершил полное уничтожение стены стаба на протяжении сотни метров. Амазонки тут же бросились тушить догорающие столбы. Я упал на землю в изнеможении и взглянул на свою ногу. И здесь меня ждал очередной сюрприз. Нога хоть и побаливала, но была абсолютной целой даже без намёка на дырку! Лёд превратился в плоть! Ммм… как это понимать? Хотя если учитывать тот фактор, что лёд возникает в моих руках, почему бы ему не модернизироваться обратно в плоть в соответствии с прописанной структурой ДНК в клетке? Я монстр!

Не успел я как следует порадоваться у нас снова возникла внештатная ситуация. За всей это суматохой мы совершенно забыли о нолде. Он сидел в металлической клетке у дальней стены и ждал своего часа, когда мы его пристрелим после того, как он превратиться в заражённого. Всё просто, ты заражённый, я стреляю тебе в лоб. Ничего личного! Дело в том, что нолд не захотел обращаться и сейчас кричал диким криком увидев приземлившегося на крышу клетки ксеноморфа. Тот спрыгнул на толстые металлические прутья с частокола забора каким-то чудесным образом проскользнул мимо охранных роботов. Из его пасти капала кислотная слюна, прожигая прутья. Ксеноморф деловито разогнул их и спрыгнул вниз. Встав в полный рост, он зашипел и сделал шаг к нолду. Парень отступил в дальний угол и закрыл лицо руками. К сожалению, мы никак не успевали к нему. Стрелять Лиане было нельзя в этом случае погибнет всё вместе с ещё тридцатью метрами забора.

То, что произошло позже можно смело записывать в книгу рекордов Улья. Парень закрылся руками и завизжал. Вокруг него соткался оранжевый туман и через мгновение в сторону ксеноморфа с громким хлопком выстрелил протуберанец ярчайшего пламени. Фронтом в один метр и длиной в три, он не оставил ничего живого на своём пути. Ксеноморф сгорел почти полностью за секунду и только кончик подрагивающего хвоста остался лежать, просунувшись между прутьями клетки.

— Вах! — папаша Кац — Испарил начисто! Пирокинетик!

— Изя, не ругайся, — одёрнула его Соня.

— Вы, девушка, малограмотная, что ль? — хихикнул папаша Кац и тут же получил по печени. — Сонечка, шутка юмора же. Больно то как! — Заныл профессор.

— Извергающий огонь, — перевела Афродита. — Вот так сразу?

— Вероятность исчезающе мала, но как мы все видели, он смог! — Изя тёр правый бок искоса поглядывая на Соню. — Лесник, что с ним будет? Жалко такой экземпляр пускать под откос, хотя и оставлять опасно.

— Мы все умрём, — философски ответил я и пожал плечами. — Откуда я знаю, что с ним будет.

— Я не про это. Мы его оставим в живых или как?

— Или как, — Лиана вылезла из шагающего танка. — Зачем он нам?

— Мог бы пригодится, у нас куча нолдовского оборудования, настроит заодно, — предложила Соня.

— Он так настроит, что роботы всех уничтожат кроме него за минуту, — хмыкнула Лиана. — Я не верю нолдам ни на грош!