Ис в запоздалой панике коснулась щек, словно могла это ощутить резко заледеневшими пальцами. Улыбнулась натренированным годами движением. Посмотрела вокруг. Увидела дуче Фальке, что украдкой ей двусмысленно подмигнул. Предводителя пиратов, склонившего голову в молчаливом кивке одобрения. Вероятно, эрл Флауэр еще не доложил о главной новости вечера. Разве после сватовства Мерчевиля Буканбург стал бы уважать Вестланд?.. Стал бы. Если бы он галантно отвернулся к Тополю и вытащил таинственного короля Аяна на свет…

И неважно, вывалил бы отец ей все эти гадости в Белой Комнате или нет. Такое рано или поздно должно было случиться. Она поняла слишком поздно. Это ее просчет, ей и расплачиваться.

— Почти два десятка лет Чудесный Источник не имел возможности пробиться к небу, — пафосно начал Гаррик Тенор речь у подножия террасы, — а его дворец не принимал гостей. И вот сегодня — усилиями нашей великолепной императрицы Исмеи Басс — в Середину Года чудодейственная вода наконец снова порадует веселых гостей дворца!

— За империю! — воскликнул советник Тиа, поднимая бокал.

— За империю! — громогласно воскликнули вестландцы, мерчевильцы, буканбуржцы, несколько топольцев и два гудруитянина.

И в небо взметнулась тонкая струя воды, как пущенная стрела. Несколько дам даже взвизгнули от неожиданности. Гости столпились на ступенях, задирая головы. Ис видела уже это действо не раз — слишком много репетиций посетила. Но не стала отказывать себе в удовольствии, потянула Барти к левой балюстраде.

— Пойдем, посмотришь, патриот.

В призрачной темноте сада вдруг мягко засветилась ларипетра и стали причудливые силуэты елей и голых ветвей, мерцающие редкой крошкой звездной пыли аллеи и четыре симметричные лавочки вокруг отреставрированного фонтана. Но внимание зрителей, конечно же, привлекли застывшие на противоположных лавочках девушка в белом и юноша в черном.

Слезливо дрогнула скрипка. Девушка вдруг порхнула вперед и вверх, прямо в голубоватые пенные струи фонтана. Ее волосы в прыжке тяжелыми змеями взвились в воздух.

— Она ведь убьется! — крикнул кто-то.

— Разве такое возможно?!.

Возможно. Когда в дело идут невидимые в свете кристаллов тонкие тросы и… ларипетровые браслеты.

Едва прыгунья коснулась воды вытянутой стройной ножкой, провалилась в толщу пенной воды, и даже кто-то из кавалеров попытался пробиться вперед, чтобы ее спасти, как… фонтан засиял голубым, и… девушку вытолкнул кверху прозрачный купол, почти под самый балкон. Она танцевала в нем пикканту под мелодию, что резво оживала, из столичной превращаясь в мерчевильскую. Едва шар добрался до вершины фонтана, как он лопнул, и продолжающая порхать плясунья исчезла в воде. И снова сияние, и снова вверх. И непрерывающаяся пиканта. И мыльный пузырь — вдребезги, и скрипка взмывает в прощальном крещендо, чтобы снова воскреснуть через бесконечный миг.

А ножки не перестают подскакивать, отбивать чечетку, и руки — вить невидимые узоры локтями и запястьями. Где-то там, между звездным небом и пляшущими гладкими верхушками фонтанных струй.

Девушкой была Фрида Блэк, дочь плотника из трактира «От пуза».

Терраса взорвалась ахами и аплодисментами. Исмея довольно ухмыльнулась уголком рта. Пусть они болтают про «малышку Ис», а только Мерчевиль и дальше будет драться за возможность приехать сюда.

Зрители и думать забыли о существовании юноши в черном, почти слившимся с ночью: никто и не заметил, как он легко взмыл в воздух к танцовщице, простирая руку вперед. И вдруг все зеркала, отражающие свет ларипетры, повернулись в нему.

Барти сбоку шумно задержал дыхание, гости ахнули в очередной раз и притихли.

Юношей в черном был Бимсу, помощник лекаря Квиллы Мель.

Фрида заметила Бимсу, обернулась, прервала танец, потянулась навстречу, протянула ладонь… пальцы партнеров коснулись друг друга и… купол впустил Бимсу внутрь с легким чваканьем. Он обхватил талию партнерши и подбросил кверху, как пушинку.

Эрлита Урсурс прослезилась — Исмея точно видела. Не одна юная девушка заломила руки в этот момент и помечтала о чем-то подобном для себя…

Пара закружилась внутри в самых что ни на есть мерчевильских традициях, исчезая в воде, появляясь в искрах, снова проваливаясь… И мелодия обращалась то крейцем, то пиратской шантой, то эйлем родом из Бубильона…

А зеркала вокруг фонтанной ларипетры тоже словно танцевали, отражали свет то лучами, то плашмя, то резко схлопывались. Чтобы потом вновь пустить световой сноп в самые струи, по которым, как лесные пташки, порхала юная пара, то теряя, то обретая друг друга и такой невозможный в своем существовании лопающийся и возвращающийся шар.

— Правда, что ли, школу танца открыть… — пробормотала Исмея себе под нос, складывая руки на груди.

Она заслуженно гордилась собой. Она справилась здесь. Она справится всюду.

— Как… — завороженно прошептал Барти. — Это магия, ваше имперское величество?..

— Это открытые Тиль свойства ларипетры, — засмеялась тихо Исмея, и указала в сторону зеркал: — Вон там и она со своим мужем, в этом светопреставлении крутит зеркала…

— Что?! Правда? Но шар…

— Сходи к ней на урок, и узнаешь — тоже не могла поверить… Барти, пожалуй, кроме частных уроков стоит устроить школу и для взрослых. Завтра же переговорю с Тильдой — напомни мне, если…

— Ваше имперское величество!

Из толпы к ней протискивались мерчевильцы с дуче Фальке во главе. Несравненный дуче сиял:

— Ах, что за чУдное представление! — он стиснул ее пальцы, без разрешения прикоснувшись к покоящейся на балюстраде руке. — Какое счастье, что на сей раз была моя очередь ехать, — совершенно непростительным образом дохнул он ей в ухо, — и я мог увидеть, что вы колдуете не хуже сирены.

— Ваше величество, — резво обернулась боком Исмея, выскальзывая из столь неучтивого захвата, — как вы смотрите на совместную прогулку?

Брови дуче поползли наверх, как и кончики губ.

— Весьма положительно, ваше имперское величество! Или я могу называть вас… Исмея?

И снова — как счастлива Тильда, что может носить эту свою дурацкую, но такую удобную в подобных случаях маску. Надо было из Мерчевиля взять не только пикканту, но и идею карнавала.

— Я думаю, после нашей прогулки вы сами найдете ответ на этот вопрос, — как могла мягко улыбнулась Ис и велела Барти, обретающемуся за спиной: — Ваша светлость, прошу вас следовать за нами на расстоянии.

Барти что-то ахнул за спиной, но предусмотрительно воздержался от комментария. Великолепный танец в фонтане закончился, Фрида и Бимсу соскочили на аллеи, предварительно незаметно отщелкнув тросы, и Тильда с Чеком и ШурИком повернули зеркала на фонтан, развеивая невесомое волшебство света в нечто осязаемое и постоянное.

Возражения дуче потонули в восторженных аплодисментах:

— …наедине…

Исмея усмехнулась:

— Без свиты наша беседа будет выглядеть слишком… толерантно, вы не находите?

Дуче не знал стольного словечка «толерантно», но решил сойти за умного, а потому кивнул и кликнул пару мерчевильцев следовать за ними. Для приличия.

Исмея накинула поданную камердинером меховую накидку. Полночь. Новый день принес зиму.

— Этот танец… — начал он светскую беседу, пока они спускались по ступеням террасы на виду у всех, — я так ничего и не понял. Они — выходцы из моря Духов?.. Мы правда это видели, ваше имперское величество?.. Или это все обман зрения?..

Но Фриду обступила молодежь, касаясь ее рук, она смеялась и краснела — она была настоящей. И Бимсу ревниво не отходил от партнерши по танцу ни на шаг. Если кто и думал подобным образом, личная встреча с танцорами могла развеять сомнения.

— Я думала над вашим советом, — с кокетливым почти смешком покачала головой императрица, — открыть школу. И придумала, что он хорош. Там вы непременно сможете постичь все секреты, ваше величество. Вы ведь… захотите записаться?

Хотите играть по мерчевильским правилам? Будут вам мерчевильские правила.