— И пусть видит, — сказал он тихо, но так, что слова прозвучали на всю их светлую кухню, на весь их общий дом. Глядя в глаза Асе, он добавил: — Пусть учится. Как надо любить. По-настоящему. Навсегда.

Он крепче обнял жену, и Ася прижалась к нему, глядя на Лию, сжимающую кофточку для будущего братика или сестренки. В воздухе витали запахи кофе, домашнего уюта и полной гармонии. Прошлое, с его болью и ошибками, не было стерто. Оно было искуплено. Любовью, выдержавшей испытания. Трудом, построившим настоящее. И временем, доказавшим, что даже самые глубокие раны могут затянуться, когда их лечат искренностью, терпением и бесчисленными маленькими шагами навстречу друг другу. Они стояли на своей земле. На своей. Вместе. И будущее было теплым, светлым и бесконечно дорогим, как персиковая кофточка в руках их дочери.

Конец.