Охренеть! У нас будет ребенок!

Прикидываю, когда случилась наша последняя ночь, и высчитываю, что плоду сейчас около месяца. Интересно, Настя была у врача? Что ей сказали?

Вот я дебил, просрал момент. Безбожно профукал такую новость, а теперь как побитый пес стою под дверью.

Мотаю головой, чтобы окончательно прийти в себя, и лечу вниз. Окрыленный, счастливый до невозможности. Прыгаю в тачку и мчу в цветочный. Сначала в один, потом в другой, в третий. Скупаю все орхидеи, какие только есть.

Эти цветы не пахнут, и поэтому Насте не будет от них плохо.

В тачке пытаюсь реанимировать свой мозг. В первую беременность Настя ни в чем себя не ограничивала, токсикоза у нее практически не было. А вот со второй беременностью, похоже, будет иначе, так что заезжаю в магазин и набираю фруктов и ягод, лечу обратно.

Стыдливо скребусь в дверь.

— Настюш…

— Господи, Яшин, ты же уехал! — стонет с той стороны.

— Впустишь?

— Нет!

— Хорошо. Я тогда оставлю кое-что у двери и уйду, ладно?

— Допустим.

Ставлю пакеты на пол, сверху пристраиваю цветы.

— Насть… — кладу руку на дверь, будто могу коснуться ее саму, — я так счастлив…

— С чего это вдруг? Это не твой ребенок! — язвит, зараза.

— Мой, — лицо аж болит от улыбки.

Как и обещал, оставляю Настю в покое, но лишь на время.

Настя

Представительных вещей у меня немного. Работая в отряде, я не заморачивалась над гардеробом, но в офис к отцу и Антону все-таки стоит надеть что-то поприличнее джинсов и футболки.

Да и есть одна небольшая проблемка… или большая, это с какой стороны посмотреть. Я не влезаю в некоторые из своих вещей, а те, в которые влезаю, не особо подходят для визита в офис.

За пару часов до назначенного времени я еду в торговый центр и покупаю черные брюки палаццо и бежевую блузку. Просто, но элегантно и практично.

На ресепшен меня записывают как гостя, пока я не оформлена официально, и я поднимаюсь на нужный этаж.

Иду по коридору и рассматриваю, как устроены рабочие места. Все по-современному, каждое место отгорожено, чтобы не было ощущения, будто ты сидишь в зоопарке, сотрудники активно участвуют в деловых процессах. Кто-то разговаривает по телефону, кто-то распечатывает документы. Значит, где-то тут я и буду работать.

Конечно, это не сравнится с кабинетом, который мы делили с Митей. То была спичечная коробка метр на метр. Холодная, плохо проветриваемая. Здесь же тепло, светло.

Переговорные комнаты тоже за стеклом, и видно, кто там сейчас.

Подхожу к отцовскому кабинету. Меня встречает папин бессменный секретарь, она с ним уже лет двадцать.

— Настя, здравствуйте, — несмотря на то, что она старше меня, всегда обращалась ко мне и брату на вы.

— Здравствуйте, Ирина. Папа у себя? Он говорил, что будет ждать меня.

— Да-да, — она вежливо улыбается. — Он звонил, спрашивал, не приехали ли вы, а то они с Антоном Викторовичем уже переживали, что вы не приедете.

— Как я могу! — улыбаюсь женщине.

— Может, вам принести что-нибудь? Чай, кофе?

— Нет-нет, спасибо. Я лучше пойду, не хочу заставлять отца ждать.

Толкаю дверь в кабинет отца и прохожу.

— О, Настена, — он улыбается и подходит ко мне, обнимает. — Совсем дорогу в родительский дом забыла. Дай-ка посмотрю на тебя.

Отходит и вертит меня за плечи:

— Изменилось что-то, не могу понять что.

— Я поправилась, пап, — улыбаюсь.

— Правда? И хорошо, что поправилась! Сразу похорошела. Вон и румянец какой на щеках! Не то что раньше, кожа да кости!

Антон давится смехом в кулак, и я укоризненно смотрю на него.

— Мать говорила, вы повздорили, — продолжает отец. — Надо зарыть топор войны. Сегодня же чтобы приехала к нам на ужин! А то больше месяца тебя не видели.

— Ладно-ладно, — вздыхаю. — Надо маме сказать, а то мало ли.

Все эти дни с мамой мы общались скупо. — Как дела? — Нормально. — Жива? — Да. Вот и все.

— Антон, ты тоже приезжай обязательно, — говорит брату уже строже.

— Да без вопросов, — тот легко соглашается, с матерью у него более душевные отношения, чем у меня.

Мать Антоном довольна, он все делает так, как ей хотелось бы, не то что непутевая я.

— Садись, дочка, обсудим ситуацию, — папа подводит меня к креслу для посетителей.

С отцом у меня отношения лучше, чем с мамой. Вот Антона он дергает постоянно, требуя от него многого, меня же больше опекает, чем третирует, в отличие от мамы.

Папа садится в свое кресло, Антон рядом со мной.

— Настя, мы тут с отцом обсуждали, куда будет лучше тебя пристроить, — начинает Антон. — Можно много где себя попробовать, но мы подумали, что твое экономическое образование как раз пригодится в аналитике. У нас как раз сформирован новый отдел под специфическую отчетность по логистике. Как ты смотришь на то, чтобы там поработать аналитиком?

— Я сразу поправлю, — вмешивается отец. — Аналитиком поначалу, тебе нужно узнать процесс изнутри. Если зарекомендуешь себя хорошо, возглавишь отдел.

— А куда денете человека, который возглавляет отдел сейчас?

— Сергей возглавляет отдел аналитики продаж, второй отдел мы ему дали дополнительно и временно, он знает, что это не на постоянку.

Закусываю губу и перевожу взгляд на Антона:

— Ты ему не говорил, да?

— Про что? — хмурится брат, а потом поднимает брови и тянет: — А-а-а. Нет, пока не говорил. Посчитал, что не имею права.

Да, наверное, так и есть.

Набираю в легкие воздуха и поднимаю взгляд на отца:

— Пап, я беременна.

— От кого? — он округляет глаза.

— Вы издеваетесь? — выкрикиваю, не сдержавшись.

Папа делает виноватое лицо:

— Ну прости, дочка. Я же должен был уточнить. А ты, кстати, не ответила.

Вздыхаю удрученно. Вот мужики, а!

— От Гриши, пап, от кого еще!

— Так вы сошлись?!

— Да нет же! И это не имеет никакого отношения к моей работе. Я просто хочу быть честной с человеком, который дает мне место.

Папа по-деловому кивает и размышляет пару секунд.

— Предлагаю сделать так: оформляем тебя в штат, до декрета работаешь рядовым специалистом, если все пойдет хорошо, уходишь в декрет. После него будем уже обсуждать более предметно, нечего делить шкуру неубитого медведя.

В словах моего отца прекрасно все, кроме вот этого «если все пойдет хорошо». Думать об этом я не хочу. Все будет хорошо. Обязательно будет.

— Устроит тебя так? — спрашивает брат.

— Да, конечно!

— Пойдем тогда, покажу тебе кабинет.

На прощание отец крепко прижимает меня к себе и говорит на ухо:

— Я рад за тебя, Настя. Знала бы ты, как хочется понянчиться с внуками.

— Понянчишься обязательно, — обещаю серьезно.

Антон ведет меня через весь офис к нужному кабинету. Внутри пять отдельных зон со столами.

— Мы пока что набираем остальных сотрудников, так что у тебя есть возможность занять место, которое тебе нравится больше всего, — подмигивает мне.

Решительно прохожу к столу у окна.

— Этот.

— Отлично. Что ж, сестрёнка. Добро пожаловать в новую жизнь./

Настя

Новая жизнь начинается с нового утреннего ритуала, а именно встречи с унитазом лицом к лицу, так сказать.

— Когда же это закончится, — бормочу себе под нос и умываюсь холодной водой.

Завтракать я перестала. После таких утренних забегов как-то особо и не хочется. За неделю работы в офисе отца я уже привыкла брать с собой завтрак и ближе к обеду, когда волна тошноты точно сходит, съедать его.

Я докупила вещей в свой гардероб, так что мой арсенал нарядов пополнился. Старалась выбирать вещи, подходящие для офиса, но такие, чтобы можно было носить на больших сроках. Также делаю укладку и подкрашиваюсь.

Даже несмотря на чрезмерную бледность, которую не получилось перекрыть румянами, я выгляжу достойно. Чуть ли не впервые за последние года три реально кайфую от своего отражения.